Таблица лидеров

Ева Геворгян

похоже весело только лошадке)))

Harutyun Merdinyan (ARM) PH EF World Championships Glasgow 2015 Наш парень взял бронзу на ЧМ и завоевал путевку на Олимпиаду!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Красавец!!!

так выглядят древесные лягушки на Аляске. В период зимней спячки древесной лягушки более 60 процентов ее тела замерзает; она перестает дышать, а ее сердце перестает биться. Все физические процессы, такие как метаболическая активность и производство отходов останавливаются. "Для всех окружающих они мертвы", сказал Дон Ларсон, доктор философии из Фэрбенкса, Аляска. По его исследованиям, древесные лягушки могут выжить даже в долгие зимы, когда температура колеблется между 9 -18 градусами мороза. На самом деле она может вынести от 10 до 15 циклов замораживания / оттаивания в течение одного сезона.

а это видимо работа одних и тех же мастеров

В последний раз нам говорили это году этак в 451...

местами-несомненно

А вот еще)) эти рекламщики о чем думают? Шаурмен)

в дождливый день в Чикаго

Я бы добавил еще ПЕРДЕЛЬКА (переделка))))

80% российских армян, которые (по твоему мнению) так считают при этом в САРе не работают. Для чего ему САР, если он живет интересами другого государства? Нельс, ты всегда говорил, что те кто живут вдалеке от Армении не знают, что у вас творится и судить об этом не могут, откуда ты знаешь, какой процент российских армян так думает?)))))

с фб,не знал куда запостить

Если карабахцы взялись за это дело, то учитывая их упорство, в араксе через пару лет рыбы не останется)))

В жопу таких "армян".

лучше бы купол и крепость Ахталы 10 в. (Лори) востановили

Со щитом и на щите Оценивая майские события 1918 года, известный английский историк Кристофер Уокер писал: «Если бы под Сардарабадом (Сардарапат) армяне потерпели поражение, слово «Армения» стало бы просто географическим термином...» Руководил решающей битвой за выживание генерал Мовсес Силиков. Подробная публикация о генерале Мовсесе Силикове и его фотография впервые появились в советской печати в дни празднования 70-летия Сардарабадской битвы. Это стало возможным после того, как его сын — Георгий Силиков, в очередной раз обратившись к армянским властям с просьбой о реабилитации отца, получил наконец из Генпрокуратуры уведомление об отмене приговора «за недоказанностью обвинения». Вряд ли в начале I мировой войны кто-нибудь мог предположить, что блестящая карьера генерала завершится подобным образом… Смутное время В конце октября 1914г. в ответ на нападение Турции на черноморское побережье России последняя объявила ей войну. Военная кампания проходила вполне успешно, что вызвало небывалое воодушевление армянского населения и преувеличенные надежды у политических лидеров. В российской армии сражались армянские солдаты и офицеры, а в турецком тылу действовали партизаны, на что младотурецкое правительство ответило кровавыми репрессиями и полной депортацией армянского населения Западной Армении, сопровождавшейся массовыми убийствами мирных жителей. За два года русским войскам удалось занять почти всю территорию Западной Армении. Однако тяжелая экономическая ситуация, нерешительные действия правительства и разногласия в правящей элите привели к жесточайшему политическому кризису и большевистскому перевороту в России. Фронт разваливался, российские войска отступали. Наспех созданный Закавказский Сейм, никем не признанный и раздираемый внутренними противоречиями, не мог контролировать ситуацию. К тому времени уже существовали отдельные национальные подразделения, и, как писал главком фронта Лебединский, армянские батальоны были «лучшими войсками среди действующих частей Кавказского фронта». Командование приняло решение о создании национальных корпусов. Армянский Национальный Совет, заседавший в Тифлисе, поручил формирование армянских частей генералу Фоме Назарбекову. Опытный полководец проявил незаурядные организаторские способности и к январю 1918г. создал вполне боеспособный корпус из двух дивизий и вспомогательных частей. Командиром первой дивизии был назначен генерал Арешов, второй — генерал Силиков. Профессионал Мовсес Силиков родился 14 сентября 1862г. в Елизаветпольской губернии. Силиковы жили в достатке — их род владел небольшим заводом. Продолжая военные традиции предков, среди которых был генерал-майор артиллерии, Мовсес получил первоначальное образование в 1-й Московской военной гимназии — одном из лучших военных учебных заведений России, где наряду с основными дисциплинами преподавали ремесла, танцы, пение. Учебу он продолжил в находившемся под императорским патронатом 3-м Александровском военном училище. В августе 1884г. Мовсес был произведен в подпоручики и направлен в 155-й Кубинский полк, расквартированный в Карсе, где дослужился до чина капитана. Здесь же в 1901г. Силиков женился на дочери офицера русской армии польского происхождения Наталии Здановской, преподававшей в местной гимназии. Через четыре года у них родился сын Георгий. К этому времени характер будущего полководца вполне сложился — спокойствие, выдержанность, рассудительность и в то же время жизнерадостность помогали ему легко переносить тяготы военной службы. Среди его увлечений были модные тогда фотография и туризм. Особенно он любил музыку, хорошо знал оперу, и, имея неплохой голос, некоторое время руководил полковым хором. В январе 1904г. Силиков с отличием закончил Ораниенбаумскую офицерскую стрелковую школу и получил назначение в Александрополь, где прослужил до конца 1911г. В декабре заместитель командира 8-го стрелкового полка подполковник Силиков был направлен в Персию в составе экспедиционного корпуса. Первая мировая война застала его в Тавризе в чине полковника, командира 6-го полка 2-й стрелковой дивизии. Он принимал участие во многих сражениях, в частности, играл видную роль при взятии Муша и Битлиса, командовал Мушским и Ванским отрядами, был первым комендантом Эрзерума. За боевые заслуги Мовсес Силиков был награжден многочисленными орденами, Георгиевским оружием, а в 1916г. произведен в генерал-майоры. У последней черты Свое назначение командиром армянской дивизии генерал воспринял с воодушевлением и, оставив семью в Тифлисе, приступил к формированию дивизии. Огромный по протяженности фронт, удерживаемый ранее силами нескольких корпусов русской армии, теперь обороняли наспех сформированные немногочисленные армянские части. И это при скудном снабжении, массовом дезертирстве, наличии огромного числа беженцев, саботаже закавказских властей и, главное, бездарности политических лидеров, неуверенных в своих силах. Тифлисское же командование было озабочено не столько обороной, сколько эвакуацией имущества, ради чего с фронта снимались даже немногочисленные бронепоезда. Турки, еще недавно бывшие в отчаянном положении, воспрянули духом и возобновили военные действия. Несмотря на героическое сопротивление регулярных частей и добровольческих отрядов, фронт за пару месяцев вернулся к довоенному положению. В марте большевистская Россия ратифицировала Брест-Литовский договор, по которому Турции отдавались армянские области Карс и Ардаган, к началу войны входившие в состав России. Закавказский Сейм, объявивший к тому времени независимость от России, вначале не признал положения договора, относящиеся к Кавказу, однако под давлением Германии в конце концов приказал сдать без боя Карс, Ардаган и Батум… Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж отмечал в своих мемуарах, что одной из целей союзных держав было «освобождение народов, оказавшихся под кровавой тиранией турок, и вытеснение из Европы Оттоманской империи, как безусловно чуждой западной цивилизации». Однако вовлеченный в противостояние великих держав, армянский народ пережил самые черные страницы своей истории — под вопросом оказалось само существование нации. Все понимали, что цель турецкого руководства — не просто оккупация Восточной Армении, а полное уничтожение армянского народа. Ответственность за судьбу нации легла на плечи военных и прежде всего генерала Силикова, командовавшего к тому времени Эриванской группой войск. Забегая вперед, скажем, что генерал блестяще справился с возложенной на него миссией. Позже участник тех событий маршал Иван Баграмян назовет Силикова «наиболее одаренным из всех армянских военачальников того периода»… Декабрь 1918 г. Армянские военачальники (в среднем ряду второй слева Мовсес Силиков) Декабрь 1918 г. Армянские военачальники (в среднем ряду второй слева Мовсес Силиков) Битва за выживание В мае 1918-го положение на Эриванском направлении было сложнейшим. С запада приближалась 36-я турецкая дивизия. Она заняла станцию Аракс, а затем прорвалась в Араратскую долину, захватив большое село Сардарабад. 9-я турецкая дивизия заходила с севера, форсировав перевалы и заняв Баш-Абаран (Апаран). С юга к Араксу спешили дополнительные силы турок. Опасность грозила даже с тыла, из Шарура. Ситуация была настолько критической, что, опасаясь за жизнь Католикоса, 20 мая генерал Силиков предложил Его Святейшеству покинуть Св. Эчмиадзин и эвакуироваться в монастырь на Севанском острове. Но Георг V отказался и, выйдя к собравшемуся во дворе Кафедрального собора народу, заявил: «Я не предам матерь наших церквей, завещанную нам святыми предками. Я не покину очаг Армянской Апостольской Церкви. Если армянское воинство и сам армянский народ не смогут остановить наступление врага, если будут не в силах спасти наши святыни, тогда я готов погибнуть прямо здесь, у порога нашего храма, как ваш духовный владыка, имея над собой благословение Господне. А если и в самом деле пришел конец, отчего не принять его с честью и отвагой, не пресмыкаясь перед заклятым врагом!» По приказу Георга V с 21 до 29 мая от Арагацотна до Севана служители беспрерывно били в колокола церквей, призывая всех взять оружие и спешить на поле битвы. В этой тяжелой ситуации командование Армянского корпуса приняло смелое решение — отказаться от пассивной обороны и, обезопасив наличные, весьма скромные силы, контратаковать: не дать противнику замкнуть кольцо, вырвать инициативу и попытаться разбить врага по частям. Накануне решающей битвы генерал Силиков обратился с воззванием: «Армяне! Пробил час, когда каждый армянин, забыв свое личное во имя великого дела … должен приложить последнее усилие и ударить по врагу. Мы не хотели воевать, во имя мира и согласия готовы были пойти на любую жертву, однако наш вероломный враг продолжает идти по намеченному пути. Он хочет стереть нас с лица земли. Но если нам суждено быть уничтоженными, то лучше с оружием в руках попытаться защитить себя...» Силиков разместил свой штаб в здании духовной семинарии — в Эчмиадзине, между Сардарабадом и Баш-Абараном — там, где клещи турецкого наступления должны были сомкнуться. Зная, что 4-й турецкий корпус, движущийся через Иран, еще далеко, а с юга можно опасаться лишь передовых частей, Силиков приказал взорвать мосты через Аракс, поручив охрану берега Зейтунскому конному полку Салибекова с двумя ротами ополченцев, и выставил на левом берегу заградительные отряды. Наиболее опасным направлением генерал считал северное, поэтому разместил резерв именно там. 22 мая группы Дро и Даниел-Бека Пирумова нанесли врагу первые встречные удары. Войска Дро вышибли неприятеля из Баш-Абарана и отбросили на 30 км — к Спитакскому перевалу, а отряд Пирумова атаковал турок в Сардарабаде и после целого дня ожесточенных боев выбил их из станции и села. Неся большие потери, противник, преследуемый армянскими частями, отступил, но смог через пару десятков верст закрепиться на высотах в окрестностях станции Аракс. 24 мая под Каракилисой (Ванадзор) перешла в наступление группировка Назарбекова. Несмотря на численное неравенство (у турок здесь было 10 тысяч человек, 70 орудий и 40 пулеметов), армяне нанесли поражение неприятелю, отбросив его на 4 — 5 км. А у станции Аракс трое суток продолжались кровопролитные фронтальные атаки на турецкие позиции. Героический штурм не дал результата. И турки, и части Пирумова были измотаны и несли большие потери. Однако с уходом 9-й турецкой дивизии к Каракилисе устранилась угроза с севера, и Силиков сразу воспользовался этим, сняв оттуда свой резервный Хзнаузский отряд и бросив его на помощь Сардарабадскому. Командующий составил ударную группировку из частей резерва — регулярных войск и партизанских отрядов — и направил ее в обход турецких позиций. Ранним утром 27 мая турки были неожиданно атакованы с тыла и флангов, а основные силы армян возобновили лобовые атаки. Не выдержав, турки в панике бежали по направлению к Александрополю, отступление становилось все более беспорядочным, а части Силикова устремились в преследование. Победа была безоговорочной: турки потеряли за дни боев около четырех тысяч человек. В результате операций под Сардарабадом, Баш-Абараном и Каракилисой, героизма и самоотверженности армянских солдат и офицеров, враг был не только остановлен, но и с огромными потерями отброшен назад. Командующий Кавказским фронтом турецких войск Вехиб-паша назвал поражение своих солдат разгромом. Политическая карта мира Армянское командование было готово развивать успех и преследовать врага, генерал Силиков даже разработал план операции по освобождению Александрополя, однако вновь вмешались политики. На переговорах в Батуме закавказские делегаты не были осведомлены о военных успехах и готовы были подписать перемирие на любых условиях. Турки же, зная подробности последних событий, с радостью согласились закрепить за собой уже не принадлежавшие им позиции. В очередной раз, вернув ценою тысяч жизней свои исконные земли, пришлось отказаться от них из-за бездарности политиков, охваченных отчаянием и паникой, не надеющихся на собственные силы, но ищущих далеких покровителей. В разоренной Армении объявление независимости на оставшемся клочке территории прошло незаметно, без воодушевления. Будучи членом вновь сформированного правительства Армении, генерал Силиков принимал активное участие в военном строительстве, организовал борьбу с эпидемиями холеры и тифа, успешно руководил рядом военных операций, в частности, очистил северные провинции Армении от засевших там грузинских отрядов. Тем временем союзные войска Франции и Великобритании, продолжавшие победное наступление против Турции, принудили ее к капитуляции и выводу войск из ряда регионов. В апреле 1920г. генерал Силиков в составе правительственной делегации принимал оставленный турками без боя Карс. Опять забрезжил луч надежды, особенно после подписания Арменией, в числе других союзных стран Антанты, Севрского договора, отторгавшего от капитулировавшей Турции территорию Западной Армении. Определение точных границ будущего государства было отдано под арбитраж президента США Вудро Вильсона, предусмотревшего для него обширную территорию с выходом к морю. И снова разочарование — Кемаль-паша, возглавивший восстание против султанского правительства, подписавшего договор, перечеркнул все надежды армян. Успех Кемаля был обусловлен расколом в рядах ведущих держав Антанты и поддержкой большевиков, видевших в нем оплот революционного движения на Востоке и снабжавших его деньгами, оружием, специалистами, военной силой. Осенью 1920г. Армения, оборонявшаяся на всех фронтах, наводненная турецкими и большевистскими эмиссарами, вынуждена была лавировать между частями Красной Армии, наседавшими с востока, и кемалистами, наступавшими с запада. В итоге на части оккупированных большевиками провинций была провозглашена Армянская советская республика. Без даты и места смерти Накануне установления новой власти генерал Силиков был уволен из армии, но остался в Армении, зарабатывая на жизнь мелким предпринимательством в небольшой ткацкой артели. Вскоре в числе других бывших армянских военачальников он был подвергнут превентивной ссылке в Рязань, но затем дело его было пересмотрено, и в 1921г. он вернулся в Эривань, поступив на работу в магазин шведского АО «Балтика», торговавшего сельхозорудиями в столице и Александрополе. Несколько лет Силиков проработал в госпитале американского благотворительного общества «Амерком», среди руководителей которого был, между прочим, бывший посол США в Константинополе, небезызвестный Генри Моргентау. Последние годы жизни отставной генерал жил на попечении жены и сына, избравшего, по настоянию отца, мирную профессию инженера-гидротехника. Свободное время проводил с немногочисленными друзьями, играя в шахматы и вспоминая военные кампании, в которых принимал участие. Имя его часто упоминали в мемуарах эмигрировавшие руководители первой армянской республики, что, видимо, не осталось незамеченным — Силикова снова арестовали. Сын генерала вспоминал: «Отнеся последнюю передачу, в декабре 1937г., мать вернулась и с обидой говорила, что отец в записке указал на необходимость лучше простирывать обшлага сорочек. По своей наивности, если не сказать глупости, мы ничего не поняли. И только когда женщина, стиравшая белье, принесла лиловый комочек — то, что осталось от написанной химическим карандашом и вложенной в обшлаг сорочки записки, мы узнали, что отец хотел нас о чем-то предупредить». Семья, опасаясь преследований, переехала сначала в Тифлис, а затем в Баку. Имя генерала Силикова на долгие годы было предано забвению. Во время хрущевской оттепели Георгий Мовсесович предпринял попытку восстановить честное имя отца, но безуспешно. Спустя много лет маршал Баграмян в своих мемуарах тепло отозвался о герое Сардарабада, после чего о нем появилась статья в армянской энциклопедии. В 1988г. власти наконец сообщили сыну об отмене приговора Тройки, но до сих пор точные дата и место смерти генерала Мовсеса Силикова неизвестны… Первая юбилейная монета Республики Армения В 1994 году к 76-летию сражения под Сардарапатом была выпущена первая юбилейная монета Республики Армения. Ею открылась серия памятных монет «Национальные образцы». Монета — серебряная, массой 31,1 грамма (тройская унция) 999-й пробы. Тираж — 3000 экземпляров. Все монеты пронумерованы и снабжены «сертификатом подлинности». Номер каждой выбит на гурте и там же указана проба серебра — «999». На лицевой стороне изображен герб Республики Армения, под ним надпись «Армения», «25 драмов», «1994». На оборотной стороне — фрагменты мемориала Сардарапатской битвы. По обеим сторонам колокольни написано «Сардарапат», а внизу указана дата битвы — «1918». Журнал «Ереван», N 10, 2006

Сепаратисты мы или иранцы? )

Дорогая редакция, я в ах*е... очередной пример обалванивания россиян. "Десять тысяч украинцев выразили радость по поводу гибели российского самолета" но главное ведь картинка, чтоб Вася в Нижнем Залупине имел еще больше ненависти, а Маша в Верхнем Пердуеве окончательно поняла, что отечество в опасности. В самой статье выясняется, что 10000 украинцев, это комментарии в различных соцсетях, и еще не факт, что все 10000 украинцы... Вася и Маша не будуt вдаваться в подробности о том, что фото, на котором "Десять тысяч украинцев выразили радость по поводу гибели российского самолета", сделано как минимум месяц назад. Они тихо сожрут ту парашу, которую им подают.

Россию класть и на ассадовскую семью. Главнее для России держат под контролем мировой газовый рынок.

http://www.zeit.de/reisen/2015-10/italien-lost-places-nostalgia-sven-fennema-bilder-2

Очень даже "уже поделённая" . Здесь целая. Об этом я писал в теме: http://openarmenia.com/index.php?/topic/31568-сирийская-папка/&page=185#comment-1767944

У меня зкупало крольчатину одна крупная сеть мясных магазинов. Но они стали ввозить (пускай и некачественную) крольчатину дешевле и перестали стабильно закупать у меня. И что мне теперь выйти на улицу и требовать реализации своей продукци?? Я могу требовать условий для труда, но не реализации того что ...Кстати мне и другим кролиководам точно также говорили - производите больше-все возьмем. Давно пора понять что расчеты надо делать на себя, а не на слово государства - откажутся от своих слов и обязателльств запросто. Но вместо того чтобы прикрыть свою лавочку я скооперировался с другими и мы хотим организовать постоянные поставки этой продукции на рынок с более низкой ценой, но вот у государства уже в рамках ассоциации можно и помощь просить/требовать. В этом они не откажут, а в реализации моей продукции...Врядли они станут требовать у магазинов покупать продукцию местных фермеров. Хотя это не помешало им запретить ввоз муки из РА, но всеже -случай не тот.

- Щи да каша - мать наша.

Красиво и здорово.

Гол и 2 голевые передачи у Генриха сегодня..) Высший класс..

Будь он не ладен. Я не могу понять этого явления. Ладно бы зарабатывали по-королевски, а то при всех прочих равных, то на то и выходит. А если и чуть больше выходит, то не лучше это делать дома, в кругу семьи, чем по-джумшуторавшановски?

Монь ... это последствия того, о чем с тобой спорил не один десяток юзеров. Хошь верь, хошь не верь... Общество умело ведут к гоморе с содомом. Первые незрелые плоды ты уже и сама видишь... Просто часть плодов тебе нравится, а к другой части ты еще не привыкла. Ничего ... способность к привыканию - это одно из немногих качеств человека, которое в обилии у него есть.

В Германии создана организация народов, подвергшихся геноциду в Османской империи В Германии потомки народов, подвергшихся геноциду в Османской империи, объединились и создали организацию под названием «АГАДЕКА». Об этом заявил на пресс-конференции 31 октября председатель Союза армянский академиков Германии Азат Ордуханян, являющийся также вице-председателем организации. По его словам, название организации связано с именами вышеупомянутых народов – армяне, греки, ассирийцы, дерсимцы, езиды, курды кочкири и алевиты. Деятельность организации, согласно Азату Ордуханяну, будет нацелена на признание всех геноцидов и восстановление исторических и культурных прав этих народов. «Председателем избран наш друг, вице-председатель Центрального Управления понтийских греков Илиас Маврикис. Мы как семья смогли понять друг друга и объединиться. Думаю, что организация еще даст о себе знать», - подчеркнул он. В ближайшие дни, добавил Азат Ордуханян, организация будет зарегистрирована в суде первой инстанции Кельна. Новости Армении - NEWS.am

«За ним ушли эти вежливые и холодные люди» Коллективный дневник 1937 года http://kommersant.ru/doc/2837296 30.10.2015 Ко Дню памяти жертв политических репрессий Мария Бессмертная составила коллективный дневник 1937 года, из которого видно, как жертвами развернувшегося террора становились не только те, кто был арестован, но и те, кто избежал ареста ЯНВАРЬ 4 января Меня очень беспокоит психическое состояние моей жены. В течение последних 6-7 лет ее характер резко изменился. Она стала очень раздражительной, дома постоянно кричит и на детей, и на меня, и на домашнюю работницу. Кроме этого, у нее начинает развиваться нечто вроде мании преследования. Во всех окружающих она видит шпионов ГПУ, ей кажется, что даже близкие ее знакомые являются секретными агентами. Лев Николаев, антрополог, анатом, 39 лет / Дневник 25 января Кратко об январе: двенадцать дней каникул прошли хорошо, но в дом отдыха я не ездила. <...> Сейчас идет второй процесс троцкистов. Вскрываются жуткие вещи. Всех, наверное, расстреляют. Нина Костерина, школьница, 16 лет / Дневник 26 января Почему они так легко во всем признаются и ведут себя как пойманные за руку мелкие воришки? Ведь это же старые политики, видавшие виды. Так уж сразу в камерах Лубянки все раскаялись, т. е. поняли свою неправоту? Александр Гладков, драматург, киносценарист, 25 лет / Дневник ФЕВРАЛЬ 9 февраля Я уже отвык от того, чтобы кто-нибудь о другом сказал хорошее или просто неплохое. Когда один говорит о ком-нибудь, кажется, что он его кусает и жует истерзанное тело. Даже движения рта при таких разговорах отвратительны, они грызущие. Все друг с другом борются. Александр Аросев, дипломат, 47 лет / Дневник 16 февраля Процесс троцкистского параллельного центра со всеми параллельными ему явлениями. Какой удобный предмет для размышлений! Великое драматическое действие, достойное строк Шекспира, звуков Вагнера, кисти Давида. Кисельному сердцу интеллигента — несравненный повод уйти в пятки. Политический ум обретает, напортив, благодарнейшую среду для самопроверки и консолидации. Историку — головокружительное раздолье: история — вот она, на блюде, со всеми приправами. Остается только жевать. Николай Устрялов, философ, 47 лет / Дневник 17 февраля Ведь все, поголовно все знают, что творится в России что-то кошмарное, жуткое, и все это исключительно от того, что Россией управляют люди — враги России и русского народа, не имеющие никакого понятия о государственном устройстве, придумавшие утопическую, бессмысленную систему какой-то "колхозной" жизни народа, и которая проводится исключительно одним только принуждением и террором. Евдоким Николаев, старший механик телеграфа, 65 лет / Дневник 26(?) февраля 22 февраля получилось мое несчастье, когда я делал сообщение о 19-й годовщине РККА на собрании рабочих МТС и меня обвинили в протягивании контрабанды. Я как честный гражданин нашей прекрасной Родины такое клеветническое пятно перенести не мог. Прошу расследовать. Прощай, дорогой, любимый вождь, учитель, отец и друг, родной т. Сталин. Всю свою жизнь я ненавидел врагов народа, трижды проклятых Троцкого и его приспешников, а сейчас меня обвиняют в их защите и клевете на В. И. Ленина. Дмитрий Иванов, заведующий парткабинетом Пермской МТС, 34 года / Предсмертная записка МАРТ 3 марта Кирова убили — за одного ублюдка сколько пролито крови и разорено семейств, а кричите, что гнев народа, народ требует смерти. Врете, бандиты, кровопийцы, это ваши слова, а не народа. Народу этого не надо, народу нужна здоровая, сытая жизнь и культурная, а это твои слова, чтобы удержаться у власти. Анна Павлова, швея, 43 года / Письмо к товарищу Сталину 5 марта Был процесс троцкистов. Душа пылает гневом и ненавистью, их казнь не удовлетворяет меня. Хотелось бы их пытать, колесовать, сжигать за все мерзости, содеянные ими. Торговцы родиной, присосавшийся к партии сброд. Мария Сванидзе, певица, 48 лет / Дневник 27 марта В "Литературной газете" отчет об общем собрании ленинградских писателей. Атмосфера доносов и проработок. Александр Гладков, драматург, киносценарист, 25 лет / Дневник АПРЕЛЬ 17 апреля Я — тень. Меня нет. У меня есть одно только право — умереть. Меня и жену толкают на самоубийство. В Союз Писателей не обращайтесь, бесполезно. Они умоют руки. Есть один только человек в мире, к которому по этому делу можно и должно обратиться. <...> Если вы хотите спасти меня от неотвратимой гибели — спасти двух человек,— пишите. Уговорите других написать. Осип Мандельштам, поэт, 46 лет / Письмо Корнею Чуковскому 17 апреля Расстроили меня, обозлили два звонка М<андельштама>, даже три. Это непроходимый, капризный эгоизм. Требование у всех, буквально, безграничного внимания к себе, к своим бедам и болям. В их воздухе всегда делается "мировая история" — не меньше,— и "мировая история" — это их личная судьба, это их биография. Еликонида Попова, режиссер, 34 года / Дневник 20 апреля Партком Союза писателей исключил "троцкистку" С. Виноградскую, старую "правдистку", автора книги о Женни Маркс и воспоминаний об Есенине, б. секретаря парткома Марченко, Дмитриевского и еще кого-то. "Литературная газета" назвала Авербаха "пресловутым". Его самого недавно видели ходящим по Москве, но, кажется, он уже арестован. Слух об аресте директора Малого театра Лядова. Слух об опале Крестинского. Александр Гладков, драматург, киносценарист, 25 лет / Дневник 24 апреля С утра — конференция. Секретарь райкома Персиц не преминул продолжать клевету на меня. Мне трудно на конференции: большинство смотрит на меня, как на врага или прокаженного, при встречах отводят глаза и стараются скрыться. Александр Аросев, дипломат, 47 лет / Дневник 23(?) апреля Мне и присниться не могло, что такую почти неграмотную женщину, как мама, сочтут троцкисткой... В своих худших кошмарах я не мог представить, что ее арестуют за эти старые грехи [кулацкое прошлое] теперь, когда ее нынешняя жизнь совершенно безгрешна. Степан Подлубный, крестьянин, 21 год / Дневник МАЙ 24 мая На днях в нашем доме на Б. Знаменском арестовали инженера К.— скромного, неяркого человека, члена партии, но без каких бы то ни было высоких связей. Он казался мне всегда человеком ортодоксальным и даже трусливым. Трудно заподозрить этого чистейшего обывателя в какой-либо крамоле. Александр Гладков, драматург, киносценарист, 25 лет / Дневник 25 мая В ночь с 25-го по 26-е мая к нам постучали. Вошли 9 сотрудников НКВД и директор дома отдыха. Они сделали тщательный обыск, велели Владеку одеваться. Я, совершенно окаменевшая, смотрела на Владека, но не могла двинуться. Владек заметил мое состояние, подошел ко мне, взял мои руки в свои теплые, хорошие и сказал спокойно: "Ты не волнуйся, моя любимая, родная моя. Береги себя и детей. Это какая-то страшная провокация со стороны польской дефензивы. Я все выясню и скоро вернусь". Поцеловал меня, погладил спящего Олесика по головке, еще раз вернулся ко мне, обнял, поцеловал и вышел. Марыля Краевская (жена Владека Краевского), преподаватель, год рождения неизвестен / Воспоминания 30 мая Накануне мы с отцом были на даче в Святошине, под Киевом. Зазвонил телефон; попросили отца. Разговаривал с ним Ворошилов: "Выезжайте немедленно в Москву, на заседание Военного совета". Была вторая половина дня. Отец ответил, что поезда на Москву сегодня больше не будет. Спросил разрешения вылететь. "Не нужно. Завтра выезжайте первым поездом". На следующий день в три часа пятнадцать минут дня отходил поезд на Москву. Я провожал отца. Настроение у него было тревожное: он знал, что в течение прошедших недель арестован ряд военачальников, в том числе и Михаил Николаевич Тухачевский. На прощанье он мне сказал: "Будь настоящим, сын!" Когда поезд тронулся, я увидел, как несколько людей в форме НКВД вскочили в предыдущий вагон (вагон-салон, в котором ехал отец, был последним). Петр Якир, школьник, 14 лет / "Детство в тюрьме. Мемуары Петра Якира" ИЮНЬ 1 июня Пришло время еще более ужасное для меня. В Детиздате придрались к каким-то моим стихам и начали меня травить. Меня прекратили печатать. Мне не выплачивают деньги, мотивируя какими-то случайными задержками. Я чувствую, что там происходит что-то тайное, злое. Нам нечего есть. Мы страшно голодаем. Я знаю, что мне пришел конец. Даниил Хармс, поэт, 32 года / Дневник 8 июня Какая-то чудовищная история с профессором Плетневым. В "Правде" статья без подписи: "Профессор — насильник-садист". Будто бы в 1934-м году принял пациентку, укусил ее за грудь, развилась какая-то неизлечимая болезнь. Пациентка его преследует. Бред. Елена Булгакова (жена Михаила Булгакова), переводчик, литературный секретарь, 44 года / Дневник 14 июня "Мне никто не давал права распоряжаться жизнью и смертью других людей,— вскипел Пастернак, когда к нему пришли за подписью.— Это вам, наконец, не контрамарки в театр подписывать". Зинаида Нейгауз, 41 год / Воспоминания 19 июня Снились горы, река и движение. Едем. Остановка. Направо прекраснейшая церковь. Не тюрьма ли? Боюсь я ее. Андрей Аржиловский, крестьянин, 52 года / Дневник 21 июня Секретно. В шпионаж расстрелянных не верят ни иностранцы, ни широкие массы местного населения... Подозрительность Сталина и всех против всех была достаточной для их приговора... Наблюдаемая повсеместно неуверенность, недоверие каждого к каждому воздействуют на дееспособность армии вредоносно. Эрнст Кестринг, военный атташе Германии в Москве, 61 год / Телеграмма в Берлин 22 июня Сегодня меня будила мама и сказала: — Юра! Вставай, я должна тебе что-то сказать. Я протер глаза. Таня привстала с постели. — Вчера ночью,— начала мама дрогнувшим голосом,— у нас было большое несчастье, папу арестовали,— и чуть не заплакала. Мы были в отупении... Сегодня у меня самый ужасный день... Юрий Трифонов, школьник, 12 лет / Дневник ИЮЛЬ 16 июля Когда приехали за ним [дедушкой] из НКВД, никого из взрослых дома не было — работали в колхозе на сенокосе. Катя сбегала в поле. Пришла с сенокоса наша мама, начали обыск. Перерыли все, даже за иконы заглядывали, протыкали землю в подполье, в конюшне, во дворе. Искали оружие, антисоветскую литературу... Ну откуда она у малограмотного деда? Конечно, ничего не нашли, но дедушку все равно посадили, даже не посмотрели на то, что инвалид: он с гражданской войны вернулся без ноги. Валентина Пушина, школьница, 10 лет / Воспоминания 24 июля Еще она [соседка] мне сказала: "Самое страшное для меня то (для нее то есть), что я уже не переживаю, как в процессе Каменева, Зиновьева, я уже привыкла. Меня это не трогает, как прежде — ведь 0,5 ЦК нет, так что к этому можно привыкнуть". Юлия Соколова-Пятницкая, инженер, 39 лет / Дневник 28 июля К нам на квартиру пришли двое мужчин. В это время я собиралась кормить грудью свою крошку. Они сказали, что меня вызывают в органы минут на десять и велели поторопиться. Я передала дочку племяннице и пошла с ними, надеясь скоро вернуться...В отделении милиции я просидела более часа. Я знала, что моя малышка голодная, кричит, и попросила милиционеров отпустить меня ненадолго, чтобы покормить ребенка. Но меня не стали даже слушать. В милиции меня продержали допоздна, а ночью увезли в тюрьму. Вера Лазуткина, обойщица, 25 лет / Воспоминания АВГУСТ 7 августа Я часто, идя по улице и всматриваясь в типы и лица, думала — куда делись, как замаскировались те миллионы людей, которые по своему социальному положению, воспитанию и психике не могли принять сов. строя, не могли идти в ногу с рабочими и бедняцким крестьянством, в ногу к социализму и коммунизму? И вот эти хамельоны на 20-м году революции обнаружились во всем своем лживом облачении. Мария Сванидзе, певица, 48 лет / Дневник 22 августа С нашими хозяевами приключилась ужасная беда. Сегодня часов в 12 неожиданно приходит с работы хозяин. Вслед за ним зашли еще два человека и стали делать обыск. Они обыскали хозяйскую половину, а потом двинулись к нам. Люди эти были полны какой-то ледяной вежливости. Я совсем онемела и не могла сделать ни одного движения. <...> Потом мы слышали, как хозяин громко, с надрывом, будто удерживая слезы, сказал: "Ну, прощайте..." <...> Маруся вцепилась в него с таким отчаянием, что и у меня брызнули слезы. Хозяин наконец с трудом оторвал от себя дочь и быстро вышел. Вслед за ним ушли эти вежливые и холодные люди. Нина Костерина, школьница, 16 лет / Дневник 25 августа Отец выходил на работу в ночную смену. Днем я с ним пилила дрова. Уходя, он грустно попрощался, обнял детей. Арестовали его на работе. Я проснулась той ночью от звука шагов. Шли несколько человек в сапогах по нашему длинному коридору. Постучали в нашу дверь. Охрана ввела отца. Начали обыск. Отца посадили поодаль, не разрешили разговаривать. Мама сидела с младшей сестренкой на коленях. Ничего не нашли. Сказали отцу: "Собирайся". В дверях отец обернулся и сказал: "Дети, я ни в чем не виноват". Сестренка плакала, а мама словно окаменела. Ольга Буровая, школьница, 14 лет / Воспоминания СЕНТЯБРЬ 1 сентября Эта атмосфера арестов, в которой мы живем, гнетет. То и дело слышишь: арестован такой-то, такой-то... Кажется, целому слою или поколению людей ломают сейчас хребты. Ощущение такое, что вокруг разрываются снаряды, которые кучками вырывают людей из рядов. И ждешь — не ударит ли в тебя. Александр Бек, писатель, 35 лет / Дневник 5 сентября Сидели они во дворе под деревьями, когда в калитку зашел военный. Мама сказала: "Это за мной". И пошла встречать в дом "гостя". <...> Мама поцеловала меня напоследок, еще раз спросила, что будет с дочерью, и ее увезли на маленькой легковой машине. Через короткое время эта машина вернулась и повезла меня. Я не помню, плакала ли я. Кажется, нет. Уже в 10-м часу меня подвезли к высокому забору. На калитке было написано "Детприемник". Владимира Уборевич, школьница, 13 лет / Письмо Елене Булгаковой 21 сентября Все понятно, если это есть начало мировой катастрофы и в ожидании светопреставления можно ложиться в гроб. Но если это вот уже и есть война и так вот будет без катастрофы. Михаил Пришвин, писатель, 64 года / Дневник ОКТЯБРЬ 1 октября Время тревожно не одними семейными происшествиями и его напряженность создает такую подозрительность кругом, что самый факт невиннейшей переписки с родными за границей ведет иногда к недоразуменьям и заставляет воздерживаться от нее. Борис Пастернак, поэт, 47 лет / Письмо к родителям 7 октября После потрясений, идущих крещендо, очевидно до окончательной катастрофы, работа падает из рук. Василий Алексеев, филолог-китаист, 56 лет / Дневник 9 октября Народ, плененный своим собственным правительством,— возможно ли это? Люди перестают совсем доверять друг другу, работают и больше не шепчутся даже. Михаил Пришвин, писатель, 64 года / Дневник 10 октября А жизнь все не дает мне успокоиться. Сегодня пережил одно из самых горьких огорчений за последние месяцы. Я узнал, что Всеволод Иванов не только голосовал за мое исключение из союза, это уж пусть, за счет его слабости и желания жить в мире со Ставским. Но он даже выступал против Сейфуллиной, он настаивал на моем исключении и подписал письмо партгруппы с требованием исключения. <...> Зачем ему понадобилось быть со мной в хороших отношениях, считать и называть меня своим другом, а потом — ударить в спину? Александр Афиногенов, драматург, 33 года / Дневник 13 октября Отец послал меня в магазин купить продукты. Когда я вернулась — у нас производят обыск. Ничего не нашли, потому что нечего было искать. Взяли книгу Ленина, вложили туда паспорт отца и повели в город. Он сказал нам последние слова: "Дети, не плачьте, я скоро вернусь. Я ни в чем не виноват. Это какая-то ошибка..." Наталья Савельева, школьница, 13 лет / Воспоминания 22 октября И сознание в нас так притуплено, что впечатления скользят, как по лакированной поверхности. Слушать целую ночь расстрел каких-то живых и, вероятно, неповинных людей — и не сойти с ума. Заснуть после этого, продолжать жить как ни в чем не бывало. Какой ужас. Любовь Шапорина, художница, 58 лет / Дневник НОЯБРЬ 4 ноября Здравствуйте, дорогие папа, мама, Костя и Вовочка... Вы знаете, что хоть не виновен, но сейчас такое положение, что рассчитывать на оправдание нет надежды, но знайте, что врагом народа я никогда не был и никогда не вредил. И я хочу, чтобы вы знали это. Для меня будет легче, что мои родные не считают меня преступником. <...> Про меня ни с кем не говорите, в особенности прошу папу, лучше говорите, что меня нет и про меня вы ничего не знаете, а то я боюсь, чтоб не придрались к вам. Николай Заворотнюк / Письмо родителям 7 ноября Здравствуй, дорогой папочка! Я тебе (через Лялю) обещала написать свои впечатления о дне тринадцатой годовщины Октябрьской революции, 7 ноября. Совсем другую картину представляет этот праздник в сравнении с прежними годами. Нет былого энтузиазма и веселья в рядах демонстрантов. Многие из последних идут не по собственному желанию, а по принуждению (во избежание черной доски или позорного столба). Женя Луговская, студентка, 20 лет / Письмо отцу 11 ноября Отец переживал и знал, что его посадят, так как появлялись статьи в газете, обвиняющие его как "врага народа". Поздно вечером, когда уже все легли, раздался настойчивый стук в дверь. Я спала на раскладушке и была ближе к двери. В одной рубашонке, босиком встала и открыла. Резко рванув дверь, вошли двое в черных пальто и спросили отца. <...> Перерыли все вещи в квартире, по листку пересмотрели все книги в шкафу отца. Забрали его дневники и оружие, на которое у него было разрешение. Мы с мамой стояли потрясенные. Когда отца уводили, он сказал нам: "Не беспокойтесь, я вернусь, разберутся,— и, обращаясь ко мне,— больше никому и никогда сама дверь не открывай". Клара Кызласова, школьница, 10 лет / Воспоминания 16 ноября В два часа ночи будят. В квартире обыск. Ужас. Кончился обыск в 1 час дня, забрали папу. Ужасно. Попрощался по-хорошему. Последние его слова ко мне: "Будь хорошим комсомольцем, береги маму". В школе получил два "отлично". За немецкий и геометрию. Не могу писать. Жутко. Из школы знает только Паша. Лег в 8. Олег Черневский, школьник, 16 лет / Дневник ДЕКАБРЬ 20 декабря С Дальнего Востока приехала знакомая папы Эсфирь Павловна, позвонила нам. Мамы не было, и говорила я. Она спросила, как наши дела. Я сказала, что дядя Миша и тетя Аня арестованы и никаких сведений о них нет, а Ирма, моя сестра, в детдоме. Слыхала также, что исключен из партии дядя Вася, брат отца. Он якобы сказал, что любит больше Ленина, чем Сталина. <...> Когда я кончила разговор, бабка накинулась на меня, зачем я все рассказываю другим. Я сказала, что Эсфирь Павловна знает папу и его дела, да и вообще я скрывать ничего не буду и в школе все расскажу. Тогда она с криком набрасывается на меня и требует, чтобы я не смела этого делать и что все это меня не касается. <...> Ясно, они все боятся — и тетки и бабка... А на меня после такой перепалки напало отчаяние. Нина Костерина, школьница, 16 лет / Дневник 28 декабря Вечером (не помню, откуда я вернулась) меня уже поджидали. Привезли в Кресты. Камера битком набита. Стояли, прикасаясь друг к другу, всю ночь. Многие плакали. Утром вызывали по одной, снимали все украшения: у кого что было — серьги, брошки, кулоны, кольца,— и заводили в камеры. В нашей камере было уже человек тридцать. Ни коек, ни нар, ни скамеек. Мне показалось, что я попала к умалишенным, и невольно попятилась — почти все махали какими-то тряпками. Было очень душно. Людмила Грановская (жена Юзефа Лось-Лосева), студентка, 22 года / Воспоминания 31 декабря Кончается этот год. Горький вкус у меня от него. Елена Булгакова, переводчик, 44 года / Дневник

да но, когда на ответственные должности назначаются такие как Сердюков, это тоже неправильно, что думать этому гипотетическому человеку который пашет для того чтобы улучшить страну свою?

анекдот сегодня узбек рассказал... два мужика(один из них коммунист) в советское время стоят ,и тот что беспартийный жалуется мол что за страна,мяса нет масла нет,дифицит всего и вся.. коммунист решил его сдать кгб-- подьезжает машина,забирают беспартийного в контору,в конторе приставляют ко лбу пистолет,и стреляют холостым патроном.. мужик теряет сознание,его приводят в чувство и спрашивают--ты понял за что???? Мужик говорит--блять и патронов в стране уже нет.....

вопрос в другом.. что наш спортсмен делал на северном кипре?

Русская кухня: приготовьте что угодно, лишь бы получилась закусь. Белорусская кухня: готовим все, что угодно, но из картофеля. Украинская кухня: в качестве начинки для торта возьмите две свиных отбивных и сальные шкварки. Грузинская кухня: приготовьте что-нибудь, засыпьте кинзой, залейте кинзмараули, добавьте сулугуни. Французская кухня: как-нибудь поджарьте мясо, залейте его соусом, с которым вы напарились 3,5 часа, украсьте шалотом. Итальянская кухня: соберите все остатки еды из холодильника, разогрейте, посыпьте моцареллой. Подавать на блине или с макаронами. Китайская кухня: Поймайте кого-нибудь, нарвите травы во дворе, обжарьте на быстром огне с горой специй и литром соевого соуса. Японская кухня: поймайте что-нибудь живое в море, немедленно разделайте на куски, подайте к столу трепещущим и с васаби. Мексиканская кухня: добавьте перца. Все остальное можете не добавлять. Ливанская кухня: намазать кунжутным маслом, залить лимонным соком. Подать к столу через 20 минут, чтобы не все поняли, что там было в начале. Индийская кухня: смешайте карри с перцем, перцем и перцем. Добавьте к карри. Украсьте горошком. Греческая кухня: подайте к столу дешевые продукты, просто нарубленные кусками и даже не смешанные. Гордо повторяйте: “Натур продукт!” Еврейская кухня: разделите посуду на мясную и молочную - теперь можно готовить, все, что угодно, главное раздельно) Это же самый цимес! Казахская, киргизская и туркменская кухня: берем вяленое мясо, копченое мясо, свежее мясо и долго варим, добавляя по вкусу соль, тесто, кислое молоко и другие специи Цыганская кухня: идем всей семьей на рынок, долго торгуемся и берем все, что плохо лежит – блюдо готовим из того, что принесем домой Узбекская кухня: берем самый жирный баран, отрезаем курдюк, режем репчатый лук и делаем самса (на 10 кг лука 0,5 кг курдюк и 0,1 кг баранины – остальное тесто). Американская кухня: пожарьте что-нибудь очень жирное на гриле. Подайте с жареной картошкой, приправьте обезжиренным майонезом, запейте диет-колой. Немецкая кухня: Купите все имеющиеся в магазине виды сосисок и сарделек и приготовьте их в микроволновне в режиме “гриль”. Употреблять с пивом, называя сосиски именами немецких и австрийских земель. Называется сей рецепт "Под пиво все сойдет!" или "Был бы бретцель" Норвежская кухня: поешьте селедки. Татарская кухня: приготовьте что-нибудь из грузинской кухни, но только из баранины и курятины. Сэкономьте на специях и перце. Северо-корейская кухня: сварите на костре немного риса, если сумеете его найти.

Вид из здания прямо в начале моста в Давиташен.

мне вот этот комментарий понравился, как это похоже на азеров В свое время в Баку такие были "хохмы" по заказу: прибегут ко мне азер-ы и начинают рассказывать жуткие истории, как вот их родственники в Карабахе только что с утра пошли громить соседнюю деревню, а бесстыдные, фашисты-армяне, звери и скоты, их поймали и побили. Причем, с серьезной миной, осуждающе так мне преподносится. И гнев народный так - волнами, волнами вокруг. И недоумение в сломаном алгоритме. И хохма даже не в том, что интернета тогда не было, а до первого телефона в Карабахе, как в любой советской провинции, в райцентр надо бежать, а прибежали ко мне с вестью в 9 утра - откуда ж они б узнали так быстро. А в том, что все вокруг реально думают - какой кошмар, наши мирно, с топорами пошли громить деревню, а их армяне взяли и не по-человечески так "выебали"... Нет, чтобы подохнуть без сопротивления. И обида в лицах, обида, как же так? Неправильно как повели себя армяне, да ежели предупредили, что тронут, так не же, а ведь инструкции нет, и такая подлость... Ведь советская власть рассказала на уроках истории и в Сумгаите вот совсем недавно, что армян спокойно можно убивать, ни одного азер-а не пострадает, а власть тебя тока по головке погладит, а тут - на тебе, такой моветон... И с осуждением на меня, как на представителя подлой и коварной нации... И смотришь ты в эти чистые наивные лица и понимаешь, что