С-300: судебные тяжбы, ВПК и профессиональная некомпетентность
Иск Ирана к России, который составляет почти миллиард долларов и доведенный до Международного третейского суда – яркий пример некомпетентности российских должностных лиц, формирующих внешнюю политику на Востоке. В истории вокруг этого контракта как в зеркале отразились все «родимые пятна» российской дипломатии: стремление «усидеть на двух стульях» разом, неумение определить приоритеты и просчитать последствия, неадекватность оценки обещаний третьих стран и откровенно наплевательское отношение к нуждам отечественного военно-промышленного комплекса в угоду западным партнерам.Российская официальная версия развития событий состоит из нескольких блоков, каждый из которых нуждается в отдельном пояснении.
Блеск и нищета российского ВПК
Блок первый - соглашение на поставку зенитных ракетных комплексов С-300ПМУ-1 было заключено в 2005 году; официальная информация о контракте появилась в 2007 году. Сумма сделки составляла 800 миллионов долларов, из которых 167 миллионов Иран перечислил России в качестве аванса. Поставка комплексов заказчику регулярно задерживалась по техническим причинам.
«Технические причины» – это такое политкорректное название той ситуации в которой оказался российский ВПК. В переводе с бюрократического языка на русский – это неспособность российского производства обеспечить выполнение заказов министерства обороны. Разумеется, официальные представители убеждали нас в обратном, броня, дескать, крепка и танки наши с каждым месяцем все быстрее. Неоднократно заявлялось о перевооружении армии России на ЗРС-400 «Триумф» и ЗРС-500 «Прометей», а также о том, что производство С-300 будет прекращено. Вот только реальность оказалась несколько иной – в апреле нынешнего года было объявлено, что закупки С-300 в модификации В4 будут возобновлены, и именно они составят основу комплекса ПВО. Официально подоплека такого решения не озвучивается, но в частных разговорах представители российского военно-промышленного комплекса и армии говорят о двух причинах. Во-первых, недостаток финансирования. Но это – далеко не главное. Вторая, основная причина – итогом «перехода на рыночные отношения», итогом прихода к управлению ВПК «эффективных менеджеров» стала неспособность ВПК обеспечить производство достаточного для перевооружения российских вооруженных сил количества данных комплексов.
Проблема кроется отнюдь не в финансах, а в утрате производственной базы и конструкторских кадров. Если единичные экземпляры «Триумфа» и «Прометея», еще показывали на испытаниях соответствие заданным тактико-техническим характеристикам, то вот массовые образцы работать по заданным параметрам не желают, ломаются на старте, падают, пропускают цели. И с менее сложным комплексом С-300ПМУ-1 и его модификацией В4, как выясняется теперь, примерно такие же проблемы. Образцы для полигонных испытаний – вполне, а вот то, что должно пойти в войска, массово, до заявленных характеристик не дотягивает.
Подобная ситуация становится нормой для российского ВПК, достаточно вспомнить недавние скандалы с возвратом и рекламациями по оружейным контрактам с Алжиром и Индией. «Эффективные менеджеры» дооптимизировались до того, что главными фигурами в ВПК сейчас стали не генеральные конструктора, а пресс-секретари и пиар-менеджеры. Когда руководитель государственного космического агентства на корпоративной пьянке получает бутылкой по голове от своего сотрудника, который приревновал его к пресс-секретарше – это значит, что в этих государственных агентствах занимаются чем угодно, но только не укреплением обороноспособности страны.
И еще раз о финансировании. В разговоре со мной военные специалисты утверждают, что «иранский» контракт на С-300 вполне мог стать тем, чем был «бушерский контракт» для атомной промышленности России в середине 90-х – источником финансирования и сохранения отрасли. Но – не стал, потому как интересы ВПК были принесены в жертву соображениям «большой политики» в понимании нынешних российских чиновников от дипломатии и оборонки. Ну и – благодаря деятельности американских, израильских и арабских лоббистов в Москве.
О западных лоббистах и арабском влиянии
И тут совершенно необходимо рассказать о втором блоке официальной версии - в конце 2008 года Москва приостановила исполнение контракта "по политическим соображениям" после смены президента России.
В этот период главы внешнеполитических ведомств России и США объявили о пресловутой "перезагрузке", провозглашенной Бараком Обамой и предполагавшей «изменение курса» в отношении России. Исходя из уверений американской стороны о том, что перезагрузка – это всерьез и надолго, Россия в одностороннем порядке осуществила расширенную трактовку резолюции Совбеза ООН №1929, статья 8-я которой гласила, что Совет безопасности «постановляет, что все государства будут предотвращать прямую или косвенную поставку, продажу или передачу Ирану со своей территории или через нее своими гражданами или лицами под их юрисдикцией, или с использованием морских или воздушных судов под их флагом - независимо от страны происхождения - любых боевых танков, боевых бронированных машин, артиллерийских систем большого калибра, боевых самолетов, боевых вертолетов, военных кораблей, ракет или ракетных систем, как они определяются для целей Регистра обычных вооружений Организации Объединенных Наций». При этом, в той же статье Совет Безопасности призывал «все государства проявлять бдительность и сдержанность в отношении поставки, продажи, передачи, снабжения, производства и использования всех других вооружений и относящихся к ним материальных средств». Самое интересное заключается в том, что комплексы С-300 ну никак не попадали ни под 8-ю статью, ни под категорию VII регистра обычных вооружений ООН. В данном случае и Дмитрий Медведев, и его советники «забежали вперед паровоза», рассчитывая на ответные преференции с американской стороны. В сентябре 2010 года президент России подписал указ «О мерах по выполнению резолюции СБ ООН №1929 от 9 июня 2010 года», в котором Медведев практически дословно процитировал статью 8 резолюции ООН, однако в одностороннем порядке дополнил ее системами С-300. Но это, напомним, лишь официальная версия, которая о многом умалчивает.
Суть же заключается в том, что в вопрос российско-иранского контракта вмешались… Саудовская Аравия и Израиль. Предложения от Саудовской Аравии поступили первыми. Поскольку утечка информации произошла практически сразу после их поступления, заместитель директора Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству (ФС ВТС) Константин Бирюлин поспешил выступить с опровержением, назвав «сообщения о том, что Россия якобы намерена вместо контракта с Ираном о поставке в эту страну С-300 заключить аналогичный контракт с Саудовской Аравией» спекуляцией. Прозвучало неубедительно, тем более, что на уточняющий вопрос, подписан ли данный контракт между РФ и Ираном, Бирюлин ответил: "Без комментариев".
25 апреля 2010 в закрытом режиме прошла встреча Медведева и министра иностранных дел КСА принца Сауда аль-Фейсала (кстати, пресс-служба Кремля не посчитала возможным сообщить, что вместе с принцем Саудом в Москву прибыл и глава саудовской общей разведки Мукран бен Абдель Азиз). На этой встрече, по некоторым данным, аль-Фейсал устно пообещал Медведеву, что в случае окончательной отмены контракта по С-300 с Ираном, саудовская сторона готова будет возобновить переговоры с Россией по поводу приобретения Королевством 150 танков Т-90, 100 вертолетов Ми-17 и Ми-35, 100 БМП-3 и 20 комплексов ПВО на общую сумму около 4-х миллиардов долларов.
По странному «совпадению», примерно в это же время Израиль пообещал российским представителям, что в случае отмены поставок С-300 Россия получит от Израиля завод по производству новейших беспилотников.
Именно на фоне этих устных обещаний (не подкрепленных абсолютно ничем) и состоялось принятие Медведевым указа о запрете на поставки. С одной стороны – ну как же было не поверить голословным заявлениям первых лиц государств, которые никогда в особой симпатии к России замечены не были (Израиль) и открыто финансировали вооруженные выступления против России (Саудовская Аравия и Катар)? С другой – решение Медведева готовились. Готовились целой командой советников, согласовывались с министерствами… Вот только и советники, и чиновники министерств, ответственных за такие решения – давно уже находятся в задушевных отношениях с западными, израильскими и арабскими лоббистами. Более того – часть из них – и есть то самое лобби, которое готовит и проталкивает решения, которые выгодны кому угодно, но только не России.
Ну а дальше – было феерично! Итоги российских ожиданий на осуществление многомиллиардной сделки с саудитами исчерпывающе оценил глава Рособоронэкспорта Анатолий Исайкин, который меланхолично констатировал: "Заключен один небольшой, по нашим меркам, контракт на несколько десятков миллионов долларов. Остальные темы находятся в стадии обсуждения. Мы передали коммерческие предложения по тем вооружениям, которые хотела бы получить Саудовская Аравия, и ждем ответа". А завод по производству израильских беспилотников – строится в Азербайджане!
Кстати, жирную точку в вопросе о перспективах военно-технического сотрудничества между Россией и Израилем (и в вопросе об израильских обещаниях) недавно поставил директор военно-политического бюро Министерства обороны Израиля генерал-майор в отставке Амос Гилад: «единственное, что мы продали России, это БПЛА «Серчер», который представляет собой 30-летний устаревший аппарат с устаревшими системами… Российская сторона хотела получить его для производства собственных БПЛА. Мы выполнили свою часть соглашения по БПЛА, но ни одна современная система не была продана и не будет продана России».
Решив поиграть в «большую политику», администрация Медведева оказалась в положении героя известного анекдота, у которого и корова пропала, и с партизанами как-то неудобно получилось. Россия понесла огромные репутационные издержки (что еще долго будет нам аукаться), ничего не приобретя взамен. Ну, если не считать того, что США выразили свое «моральное одобрение» решению Медведева.
Российская «беззаветность» и иранская «неблагодарность»
Думаете, история на этом закончилась? Как бы не так, фееричность только нарастала. И здесь мы переходим к третьему блоку официальной версии – об обиде российской стороны на «иранскую неблагодарность», которую на страницах «Коммерсанта» высказал аноним из правительства: «Мы поддерживаем их, занимаем конструктивную позицию в переговорах по ядерной проблеме, а они нам вот чем отплачивают».
Аноним медведевского правительства из скромности умалчивает об одном обстоятельстве. Осознав, что ее просто «кинули», администрация Медведева решила исправить положение – в Иран был командирован высокопоставленный чиновник, который заявил руководству Исламской республики примерно следующее: «РФ оказалась в достаточно сложной ситуации, но мы готовы ее исправить. Если Иран подаст в международный суд и тот примет соответствующее решение, то Россия будет иметь правовую базу для возобновления контракта и поставок С-300».
Уже тот факт, что для возобновления контракта никакой такой особой правовой базы не требовалось (само решение состоялось на основе расширительного толкования требований ООН), позволяет предположить, что подобное решение было вброшено высоколобым медведевским экспертам извне. То, что Медведев явно переучился на юрфаке – давно Западом (да и не только) просчитано, и именно эту его черту откровенно сыграли его прозападные советники.
Слегка изумившись этаким вывертам правового сознания российского руководства, иранцы все же не забыли спросить – правильно ли они поняли данное предложение и действительно ли оно согласовано с Первым юристом страны? И, после получения однозначного подтверждения – подали в суд. То есть – осуществили данный шаг именно с подачи и по предложению российской стороны. Так что, «иранская неблагодарность» существует только в воображении российских чиновников, которые намеренно замалчивают некоторые щекотливые детали этой истории (ну, не потеря же памяти их одновременно скосила, право слово).
Более того, Иран подчеркивал и подчеркивает, что не преследует цели, воспользовавшись случаем, "выбить" из России большие деньги. Посол Ирана в России, господин Реза Саджади неоднократно отмечал, что иск Ирана преследует цель “дать России юридические основания для возобновления сотрудничества”, не более того. Помогая России «сохранить лицо» в этой истории, иранской стороной была запущена версия о том, что «Россия аннулировала контракт на поставку в Иран ракетных комплексов С-300 в обмен на отказ Запада от военных действий против ИРИ».
Сегодня ситуация изменилась, встал вопрос о возобновлении поставок, но проблема в том, что этот вопрос сегодня в коридорах власти откровенно «забалтывается». С одной целью – и денег не заплатить, и комплексы не поставить. Отсюда – и откровенный саботаж любых попыток администрации Путина решить данную проблему на основе компромисса.
* * *Разумеется, перевод вопроса о С-300 в судебную плоскость будет проигрышем для России. И не только потому, что решение суда окажется в пользу Ирана. Не в силу юридической безупречности иранской позиции (что очевидно) или вспыхнувшей на Западе иранофилии (что слишком уж фантастично). Дело в том, что данное решение в материальном плане не будет стоить ни цента (международные финансовые санкции не позволят осуществить выплату этих денег). Репутация России как партнера в военно-техническом сотрудничестве и без того уже подмочена, а решение суда опустит ее окончательно. Итог – и без того дышащий на ладан российский ВПК окончательно перейдет на отверточную сборку устаревших западных образцов, так что при любом раскладе профит для антииранских и антироссийских сил на Западе окажется нешуточным.
После истории с С-300 про выход России на рынок систем ПВО можно будет забыть, потому как со стороны России это уже не более чем пиар, за которым стоит немощь ВПК и политическая бесхребетность, а тому же Ирану проще самостоятельно (или в кооперации с теми же КНР и Беларусью) создать аналог комплекса, чем он, собственно, сегодня и занимается. Причем – не просто аналог, а аналог более совершенный.
Я уже неоднократно говорил, что отношение к Ирану – это самый четкий индикатор того, способна ли Россия проводить самостоятельную внешнюю политику. Сегодня политическая борьба за анти- или проиранскую линию в российском руководстве переходит на новый этап. Путинскому руководству противостоит теперь не только американское, израильское и арабское лобби в России. Сегодня в эту борьбу включилось и правительство Медведева, которое нашпиговано прозападными советниками. И от того, кто победит в этой интриге – зависит и отношения России с Ираном, и способность России к проведению самостоятельного внешнеполитического курса.
http://www.zvezda.ru...09/15/s_300.htm
