cartesius

Жизнь подобна зрелищу: в ней часто весьма дурные люди занимают наилучшие места. Пифагор

Высокий IQ не сделает вас мудрым и счастливым http://www.bbc.com/russian/science/2015/05/150506_vert_fut_downsides_of_being_clever

Угу в состоянии. Молоко, мясо, сметана, хлеб сейчас гораздо качественнее чем при совке, магазины ломятся от продуктов. А ведь судя по описанию Борменталя, магазины и в то время могли бы быть гораздо лучше...если бы не насквозь прогнившая система распределения. А какой опыт у него? Личный опыт, как и у всех нас. Чем больше мнений, тем яснее картина...

Ну и я тогда жил, знал, что лучшие товары в магазинах уходили по знакомым и из под полы. Правда в Армении было все же лучше, чем в российской глубинке. Но взгляд из подсобки очень интересен, особенно о 23 тоннах загнивших мандаринах. Или ты не веришь Борменталю?

5 Things That Make English Difficult for Foreigners to Learn A billion people are learning English around the world and most of them are struggling with the same things. In 12 years of teaching ESL (English as a Second Language), I was surprised to find that there is little overlap between the mistakes foreigners make and the struggles native speakers have. English learners rarely mix up they’re/there/their or your/you’re and certainly have much less trouble with apostrophes than I do. The unpredictability of English spelling is hard for learners and native speakers alike but, for the foreigner, it’s the grammar native speakers use without thinking that proves the trickiest. Here are five of the biggest quagmires in English. 1. EVERYDAY WORDS THAT DON’T MEAN ANYTHING How would you describe what you do in the mornings? Something like this, I expect: "When my alarm goes off, I get up, take off my pajamas, put on my clothes and set off to work." That list looks basic, but it's full of one of the most frustratingly perplexing constructions in English: the dreaded phrasal verb—verbs followed by one or two prepositions. The key words in that sentence make no sense to millions of people around the world learning English as a foreign language. Your alarm goes where? Why do you get up rather than stand up? Clothing gets put on but not put off, taken off but not taken on. And as for set and off, neither of those words really mean anything at all if you think about them, so what on earth do they mean when they're together? There are thousands of phrasal verbs, literally enough to fill special dictionaries just for them. To make it worse, any one of these unfathomable constructions can have several meanings. How many definitions can you think of for "to put off"? 2. TOO MANY WAYS TO TALK ABOUT THE FUTURE When it comes to talking about what we’re going to do next, English makes things as confusing as possible. We have eight (or more, depending on whether you count expressions like It’s bound to rain tomorrow) different grammatical structures to express the future. They often convey extremely subtle subtexts which another native speaker automatically picks up on. For example, I ask you about your plans for dinner tonight and you say, “I’ll get pizza on the way home.” I know you just decided spontaneously to do that. Whereas, if you tell me you’re going to get pizza, I understand that you’ve given it prior thought. And, if you say, “I’m getting pizza,” I know it’s fixed in your mind as part of tonight’s plan, maybe you’ve even booked the restaurant. Or, you might say “I was going to get pizza,” a structure that’s sometimes known as the future in the past, signaling you might be open to changing your mind. Finally, “The pizza guy delivers at 8 p.m.” tells me you’re a junk food addict with a regularly scheduled delivery. There are at least three more future mashups (I’ll be eating, I’ll have eaten, I will have been eating) that make the plot of Interstellar look simple. When foreigners start learning English, they are taught to use will. And then they spend the rest of their English learning career unlearning everything they thought they knew. And that’s just to talk about the real future—when we start talking about the imaginary future, it’s even worse. 3. THE UNREAL FUTURE Imagine two employees talking about their future. Neither of them are particularly in love with their jobs, so they share their dreams for changing their lives. "If I changed careers, I'd become a vet," one says. The other replies, "Yeah, if I change careers, I'll become a chef." If we were eavesdropping on their conversation, we would unconsciously know that the first employee sees themselves as unlikely to ever follow their dream, just from their grammar. But the second person sees the possibility of changing career as much likelier to happen. The English learner, however, is struggling to work out whether the conversation is about the future at all, let alone the degree of likelihood it carries. “If I changed careers …” in the past? “If I change careers…” now? In English conditionals like these, we use the past to show we’re talking about an unlikely future, and the present to show we’re talking about a probable future. Which makes no sense unless you’re Marty McFly. 4. LITTLE WORDS HAVE BIG JOBS If you’ve never had to study grammar in any depth, you might not know that you use auxiliary verbs. Auxiliary supposedly means “helping,” but never has a grammar term been more misleadingly applied. For the student of English they are an impediment that begins at entry level and keeps on being a problem forever. English uses them to ask questions, to negate sentences, to give emphasis, and to show we already know the answer to the question we’re asking. They are the little words be, do, and have, their past equivalents was/were, did, and had, and the negatives of all seven of them. And any other words that get added in to “help,” like will, would, can, should etc. Now, has that made it clear? They aren’t easy, though they do trip off the tongue for native speakers, don’t they? If that’s not unhelpful enough, the position of the auxiliary relative to the “main” verb in the sentence varies depending on the tense and whether it’s a question or a statement. Also, not all questions need an auxiliary (subject questions like “Who saw you?” as opposed to “Who did you see?”), and “to be” has its own rules. 5. LITTLE WORDS HAVE LONG RULES English has some even smaller words that cause problems far out of proportion to their size: the and a/an, otherwise known as the definite and indefinite article. If you’ve grappled with Spanish or French at school, you might think English has it easy since there’s no gender to learn. But English makes up for that with its ton of rules about when to use a, when to use the, and when to use nothing. Even people who’ve been speaking English fluently for 20 years or more make mistakes with them where native speakers never would. These are some of the general difficulties people have speaking English but, depending on the person’s mother tongue, there are other specific hurdles to face. Next time you think someone’s English could do to improve, try to consider how much they've already overcome

Затем же, зачем я выставляю и другие материалы: кому-то покажется интересным, кто-то захочет подискутировать. Те, кого оставит равнодушным, проходят мимо. Лично мне рассказы очевидцев кажутся интереснее, чем "объективные" сравнения. В данном случае, о том как функционировала советская торговля, почему в магазинах не было нормального мяса, и куда девались тонны цитрусовых под Новый Год.

Украинец убедил нигерийского спамера выслать ему 600 долларов Артем Геращенков 11:32, 6 июня 2015 Фото: Артем Геращенков / Medium Украинский стартапер Артем Геращенков, живущий в Лос-Анджелесе, рассказал в своем блоге о том, как ему удалось обмануть нигерийского спамера, просившего у него денег. Мошенник выдавал себя за девушку с именем Анджелина Крейн (Angelina Crane), якобы американку, оказавшуюся в Нигерии. Профиль мошенника Скриншот: Артем Геращенков / Medium «Анджелина» в ходе переписки на ломаном английском попросила у Геращенкова высылать ей по 50–60 долларов в неделю. Однако украинец ошарашил «девушку», сообщив, что он готов отправлять ей по 500–600 долларов каждую неделю. После этого «Анджелина» прислала реквизиты для перевода, в которых значилось имя Олукаде Кехинде Мартинс (Olukade Kehinde Martins) и, через некоторое время, фотографию документов этого Олукаде. Но вместо денег Геращенков «решил» отправить девушке айфон: он рассказал мошеннику, что является дилером Apple и ему как раз нужно отправить в нигерийский город Лагос 200 айфонов. Украинец объяснил «собеседнице», что местный салон сотовой связи уже оплатил 199 смартфонов, поэтому она сможет взять один, а остальную партию нужно будет передать в магазин. Из-за того, что один телефон в партии фигурирует «неоплаченным», а проходить таможню как-то нужно, Геращенков предложил такую схему: «Анджелина» пересылает ему стоимость одного айфона, а сама при получении посылки сможет взять себе два. При этом украинец нагнетал ситуацию, рассказывая о трудностях на таможне из-за этого «неоплаченного» смартфона, которые мешают отправить все 200 в Нигерию. В конце концов стартапер смог убедить спамера, и тот выслал своей «жертве» 600 долларов. После этого Геращенков отправил «Анджелине» фотографию случайного нигерийца, выдав ее за свою — украинец сделал вид, что он и сам живет в Лагосе. Переписка с мошенником Скриншот: Артем Геращенков / Medium В разговоре с «Медузой» Геращенков отметил, что он в итоге вернул деньги нигерийцу — «карма важнее».

Artem Dertev May 24 at 11:43am · Moscow, Russia · Адский лонгрид про то как я свалил на всю жизнь. За прошедший год я ни разу не написал с чего началась и чем закончилась история моей эмиграции в Латвию. Позавчера моему бару Vakara Zinas исполнился бы год. В общем, пришла пора рассказать историю. Год назад я сошел с ума и уехал навсегда в Прибалтику. Связано это было напрямую с политической паранойей, которая охватила меня по-взрослому. Меня решительно перестало устраивать всё, что происходило в стране. Вдобавок жутко хотелось вдохнуть запах европейского бизнеса. Я положил в машину женщину, два чемодана и паспорт. Сделал шенгенскую визу на год и дал дёру. Мы приехали в Ригу 14-го февраля. Это было даже немного романтично, несмотря на то, что февральская Рига вызывает только одно желание: надеть мусорный пакет на голову, поставиться героином и умереть в углу советского панельного дома. Рига была выбрана неслучайно: я знал, что хочу открыть бар, а моя прекрасная бывшая снималась там каждое лето в кино, так что тусовка вроде как проклевывалась и надежда на светлое будущее маячила на горизонте. С порога Рига подкупает приезжих москвичей тотальной дешевизной, даже не смотря на курс евро. За 30 000 рублей мы сняли огромную двушку с панорамными окнами в пол. В подъезде был консьерж, кожаные диваны, мраморный пол, пальмы, тренажерный зал и сауна. Все удовольствия входили в тридцатку. Хочешь сауну - звонишь консьержу и он готовит ее для тебя. Во дворе жилого комплекса премиум-класса у нас было парковочное место, в подземном гараже был склад для велосипедов. Балкон был таких размеров, что с него по утрам взлетали боинги. На рынке на 1000 рублей можно было купить приблизительно всё и еще немного. Красная рыба, клубника по 50 рублей за пачку (зимой), сыры всех сортов, зелень всех расцветок. А когда я впервые начал просматривать каталоги сдаваемых коммерческих помещений, то долго не мог понять указывалась ли цена за день или за неделю. Забегая вперед, хочется сказать, что помещение под бар мы сняли в особняке 18-го века. 100 метров в самом жирном центре старого города обошлись нам в 60 000 рублей в месяц. При этом цены на алкоголь в барах стоят как в Москве. Первые же встречные нами люди моментально жаловались, что в городе некуда ходить. Все основные клубы и бары зимой не работают вообще, так что я надел плащ супермена и решил вписаться в игру. Если ты приезжаешь из Москвы, то 90% людей в Риге на тебя начинают смотреть как на пришельца с волшебной планеты. Дело в том, что Россия считает Латвию Европой, а Евросоюз считает Латвию придатком СССР, поэтому по факту стране не перепадает ниоткуда. Убыль населения показывает космические результаты: в 2009 году население страны составляло 2,1 млн. человек, а в 2015 население не превышало 1,5 млн. Почти треть страны сбежала или померла, что на тот момент меня, молодого дурака, почему-то не заставило задуматься. Куда деваются люди? Всё предельно просто. Паспорт гражданина Евросоюза дает возможность свалить в любую цивилизованную страну вроде Англии, жить и работать там без каких-либо разрешений. Люди в Латвии учатся в школе до 20 лет. У кого-то в 18 уже рождаются дети и школьники ходят на уроки уже со своими детьми. Связано это вовсе не с невероятным качеством образования, а с вынужденным сокрытием безработицы. То есть для статистики Евросоюза люди с 18 до 20 лет как бы заняты делом и процент безработицы ниже. После 20 половина уезжает из страны сразу, половина остается учиться в университете. Учатся в университете люди по 6 лет. Тенденцию работать во время учебы в ВУЗе я не заприметил (возможно, есть какие-то индивидуумы, но встречаются крайне редко). Короче, в 26 лет из ВУЗа выходит человек с опытом работы в 0 дней и приходит к тебе требовать зарплату в ультимативной форме. К слову, в прошлом году мне тоже было 26, но как-то мы существовали на разных ступенях восприятия. В Риге бармен может расчитывать на зарплату около 3 евро в час. В Лондоне - 12 фунтов в час. Есть ли хоть один довод, чтобы оставаться в стране? Ни одного. Правительство никак бешеные темпы эмиграции не пытается остановить: довольно удобно, что люди уезжают в другую страну, там зарабатывают, а деньги частично, но все же присылают в Латвию. Развивать никакой бизнес в стране не нужно - бабки, хоть и крохотные, пришлют так и так. В связи с тем, что молодежь сваливает из страны самолетами, бастовать против неэффективной политики власти нет никакой силы. В стране все больше стариков, все меньше работоспособной аудитории. Кому идти на баррикады - непонятно. Улицы в холодное время года (то есть почти всегда) совершенно пустые, редкие прохожие знают друг друга в лицо. В Риге осталось 600 000 жителей. Про правительство Латвии разговор отдельный. В стране основная власть в руках премьер-министра. Есть еще номинальный президент, но никто не знает как его зовут. Единственная оппозиция в стране - мэр Риги Нил Ушаков. На мой взгляд, клевый политик, который безболезненно умудряется гонять за все команды сразу. Где нужно - фотографируется с танком НАТО, где нужно целует руки патриарху Кириллу. Троллит партию власти в хвост и в гриву, народ ликует после каждого его поста в фейсбуке. Троллит, к слову, по делу. Единственная проблема, которую видит перед собой партия власти - засилие русского языка. Больше никаких врагов кашляющая на коленях страна не видит. Созданы специальные комиссии, которые контролируют, чтобы в меню всех кафе, например, латышский шрифт занимал 75% площади. Русский или английский претендуют только на 25% объема информации. Если пропорции нарушены, придет какая-нибудь Лайма или Ингрида, и выпишет адский штраф. При этом при всём, открытой конфронтации между русскими и латышами нет. Просто русские считают, что в случае чего придет Великая Империя и даст по щам всем латышам. Но при этом далеко не все стремятся уехать в Москву. Очень часто можно видеть, что жена говорит на русском, а муж отвечает ей на латышском, потому что если с детства ты не знаешь русский, английский и латышский, то тебя с вероятностью в 90% не возьмут на работу даже официантом. 600 000 жителей поначалу не казались мне катастрофически маленькой цифрой. В конце концов, бар все равно не может вместить больше 100 человек. То есть нужно было найти 1000 постоянных гостей, которые стали бы костяком предприятия. В конце концов, в Риге тоже есть успешные бизнесмены (Паша, Дима, Эдгарс, Эмиль, Ксюша, привет!). Проходят какие-то клевые концерты, есть всякие Рига фэшн вики и так далее. Единственное, что ты замечаешь по прошествии нескольких месяцев в Риге, так это то, что на совершенно всех фотографиях с мероприятий постоянно одни и те же условные 500 человек, которые эти мероприятия делают друг для друга. Короче, шоу Трумана в полном объеме. Органы государственной власти по первой показались мне учтивыми. Прямо в здании мэрии мне рассказали куда подать какие документы, разложили все документы по цветным папочкам, чтобы я ничего не перепутал и дали все пароли и явки. Мы действительно довольно быстро зарегистрировали компанию. Открытие счёта заняло существенно дольше времени, потому что невнятные сотрудники банка задавали 300 совершенно дурацких вопросов генеральному директору, потому что если ты хочешь открыть счет компании в банке, то не факт, что этого хочет банк (WTF, че за?). Короче, банк нужно уговорить, чтобы они приняли твои деньги и не факт, что банк уговорится. Генерального директора мы временно выбрали из числа знакомых. На него же временно решили оформить юридическое лицо. Парень никогда не работал в ресторанном бизнесе, но вроде жутко хотел учиться и даже предпринимал какие-то попытки почитать необходимую литературу. В любом случае, думал я, будет под моим чутким наблюдением. Расчёт был на то, что когда мне дадут вид на жительство, мы без труда перепишем компанию на меня, а товарищ останется в компании в должности управляющего. Мы долго искали помещение, потому что было из чего выбрать. Ремонт мы сделали за 21 день, потратив кучу денег на всякую неликвидную чушь вроде звукоизоляции потолка и литовского паркета. В тот момент мне казалось, что весь этот проект со мной навсегда, поэтому делал я всё на славу. Тут стоит уточнить: дальнейший абзац пойдет только по отношению к тем людям, с которыми мы работали. У нас остались в Риге хорошие друзья и они под эту гребенку не попадают. Я не верю в понятие «менталитет», поэтому совершенно о нем не думал. Но в Латвии он есть. Как только латыш или коренной русский латыш видит слово «Москва», у него дергается рубильник «ГРАБЕЖ». В Латвии все проекты закрываются так быстро, что для латышей / русских латышей уму непостижимо, что можно устроиться куда-то на работу, там сделать карьеру, получить прибавку к зарплате и тем самым развиться как профессионалу. Гораздо проще украсть здесь и сейчас, чем верить в какую-то мифическую прибавку. Мы открывались под запах краски и горы мусора. Вы ни при каких обстоятельствах не заставите латышей остаться работать сверхурочно. Нет такой цены, которая остановит латыша перед походом к домашнему телевизору в семь вечера. Целый день строители могут пинать из угла в угол, чем крайне бесили привезенного мной из Москвы технического директора Мишу Ниндзю. Дошло до того, что как только строители узнавали о грядущем приезде Ниндзи, они просто сбегали домой, потому что Ниндзя не мог понять умом как можно один электрический щиток собирать 2 недели и объяснял строителям на уральском, что он думает по поводу их безделья. Короче, мы открылись как клевый полуфабрикат. Накануне в реанимацию попал генеральный директор, у которого на руках остались все коды от кассы и доступы к документам и лицензиям. В день открытия в городе начался саммит, поэтому власти посчитали возможным перекрыть реально весь город. Матерясь, я тащил на себе два газовых баллона за 5 километров, мебель носили в руках все, кто мог. Открытие длилось несколько дней. Мы привозили диджеев из Москвы, диджеев из Англии (дешевле, чем из Москвы получается) и музыкантов из Италии. Немного напрягало то, как тяжело народ реагировал на все предлагаемые развлечения. То есть несмотря на всю крутость привозов, людей приходилось в буквальном смысле в ручном режиме уговаривать придти потусить. Считается, что должен пройти год, прежде, чем местные прочухают в чем ништяк. И дело тут вовсе не в конкуренции. Для местных проще посидеть дома, чем куда-то выбраться. 70% времени на улице то дождь, то снег, поэтому создается уверенная привычка, что дома теплее, спокойнее и дешевле. Летом на улице изредка появляется солнце, а это вообще означает полный крах бизнеса, потому что все дружно валят на пляж в Юрмалу. Несмотря на все мифы о здоровом европейском капитализме, первая проверка пришла в бар через неделю после открытия. Друзья из бара «Под мухой» передали мне в подарок собственноручно сваренный кофейный биттер. Я поставил его в бар ПОД стойку. С улицы зашли обыкновенные полицейские, имеющие в стране фактически безграничную власть, и с порога накатали нам штраф в районе 1000 евро за бутылку, не имеющую акцизы. Все наши истории о барных традициях, о том, что бутылка не предназначена для продажи остались позади. А затем мне отказали в виде на жительство. Отказали по предельно простой причине: департамент миграции запросил у меня 500 дополнительных документов, которые мой бесполезный местный адвокат кое-как все же собрал. Мы предоставили все бумажки день в день, а департамент миграции эти бумажки просто потерял, предложив подать документы заново через аппеляцию. Апелляция длилась 4 месяца. За это время за непробиваемую тупость от дел был отстранен наш генеральный директор. На его место мы позвали милого парня Райтиса, который взялся избавить нас от всех проблем. В разгар одной из пятниц из бара уволился бар-менеджер, сообщив, что ему «не нравится как к нему здесь относятся». Шеф-повар, к тому моменту, успешно спавшая с генеральным директором, осталась от него «смотрящей». Бармены, зная, что не смогут без своего бар-менеджера больше найти работу никогда, свалили за ним в тот же вечер. Хозяин охранного агентства, с которым мы заключили договор, начал ставить нам на вход сотрудников наркополиции, которые вместо своих обязанностей охранников, начали трясти наших же гостей. Это обосновывалось тем, что нам необходимо было заслужить перед полицией репутацию "места без проблем». Я сидел в Москве и просто охреневал от происходящего. У меня закончились дни в туристической визе. Все попытки найти новый персонал на расстоянии, понятное дело, успехом не заканчивались. В какой-то момент я решил взять границу штурмом. Таможенники то ли просчитались в моих днях, то ли реально там оставалась парочка свободных и мы с аудитором из Москвы приехали решать гору навалившихся проблем. В ночи мы выдернули из дома нового управляющего Райтиса, распечатали все расходы компании за прошедший сезон и начали задавать вопросы. Выяснилось, что с карты компании всего за 1 месяц было списано около 6000 евро, которые тратились управляющим на казино, заправку машин друзей, такси и одежду. Жулик отвечал не моргая, что так всё и было. Бояться ему было нечего - по документам генеральным директором компании оставался тот самый тупица, который прекрасно понял, что с новым управляющим нужно просто войти в долю, а мы оставались просто туристами с закончившейся визой. На предложение переписать компанию на нашего представителя, тупица выписал нам список требований и вынудил заплатить ему 3000 евро. В сентябре мне отказали в виде на жительство повторно со следующей формулировкой: департамент миграции Латвийской республики благодарит вас за открытие бизнеса на территории страны, но не считает необходимым присутствие собственника бизнеса на территории Латвии. Мол, спасибо, конечно, за всё, но управляйте из Москвы. Так себе представляет нормальный бизнес латвийская власть. Нас обвели вокруг пальца как лохов. Из всех возможных ошибок я допустил примерно все. Краткий курс MBA состоялся в моей жизни за 6 месяцев. В сентябре прошлого года бар «Вечерние новости», задуманный мной как место сбора всей рижской интеллигенции, прекратил свое существование по причине невозможности моего нахождения в Латвии. Мы потеряли кучу денег, я едва не схватил инфаркт, у меня появились седые волосы. Через некоторое время от десятков москвичей, открывавших когда-либо бизнес в Латвии, мы услышали совершенно аналогичные истории об обшарпанном филиале Европы с имперскими амбициями и деревенским развитием. Эта история научила нас целому ряду навыков. В Европе есть закон, но мы совершенно не понимаем правил игры. В России никакого закона нет, но каким-то чудом мы все, не сговариваясь, узнали, что превышение скорости стоит 1000 рублей в руки сотруднику, а пьянка за рулём 50 000. Об этом не написано ни в каких кодексах, но мы откуда-то это знаем все условия выживания и даже научились с ними работать. Я на деле узнал, что такое правильная работа с документами. Перестал звать на работу просто симпатичных мне людей и всерьез задумался о таком слове как «статистика». И все же, иногда я скучаю по той прекрасной колбасе, суши, маленькой кофейне, двум замечательным переехавшим москвичам, и одной симпатичной радиоведущей. Как бы паршиво не было от могильной тишины холодных рижских улиц.

Man shoots male doctor for assisting his wife’s delivery in Saudi Arabia Shooter claims that woman gynecologist should have assisted in delivery Image Credit: courtesy Okaz Dr Muhannad Al Zabn recuperating after the incident. Published: 09:10 May 26, 2016 02 By Habib Toumi, Bureau Chief Add to My Gulf News SHARE RssShare on facebookShare on twitterAdd on google plusSend Email to FriendAddthis89 Riyadh: A Saudi man was arrested after he shot a male obstetrician, arguing that he had no right to assist his wife’s delivery and that a woman gynecologist should have been around. Dr Muhannad Al Zabn, who has a Jordanian father and a Saudi mother, delivered the baby one month ago at the King Fahad Medical City in the Saudi capital Riyadh. According to media reports, the father went to the hospital and told the doctor he wanted to see him to thank him for helping his wife with the delivery of the baby, Saudi news site Sabq reported on Thursday. The two met in the garden of the hospital and during the conversation, the shooter took out a gun he had concealed under his clothes and fired at the doctor. As the Saudi father fled the scene, medics rushed the victim to the emergency department then to the intensive care unit. The shooter was later arrested by the police. Bassam Al Buraikan, the spokesperson for the hospital confirmed the incident, saying that a doctor was shot and that his condition was now stable. He added that the security authorities launched an investigation after collecting evidence from the scene of the attempted murder. Most social media users shared their sympathy with the obstetrician and harshly criticised the shooter. However, some commenters argued that women gynecologists should always be given priority in the delivery of babies in order to avoid cultural clashes.

Жеребца зовут Акгез Гели. Он ахалтекинец, изабелловой масти. Живет в Киеве. И он признан самой красивой лошадью в мире!

Новый русский перевод:Господь – Пастырь мой;я ни в чем не буду нуждаться.Он покоит меня на зеленых пастбищахи водит меня к тихим водамКлассический перевод:Господь - Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться:Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихимНа церковнославянском языке:Господь пасет мя, и ничтоже мя лишит.На месте злачне, тамо всели мя, на воде покойне воспита мя.

Sergey Morev May 24 at 8:30am · Женщина в неброском платье и её супруг, одетый в скромный костюм, сошли с поезда на Бостонском вокзале и направились к офису президента Гарвардского университета. Им не была назначена встреча. Секретарь с первого взгляда определил, что таким провинциалам нечего делать в Гарварде. – Он будет занят целый день. – Мы подождем. В течение нескольких часов секретарь игнорировал посетителей в надежде, что в какой-то момент они разочаруются и уйдут. Однако, убедившись, что пара никуда уходить не собирается, он все же решился побеспокоить президента, хотя очень этого не хотел. – Может, если вы примете их на минутку, они скорее пойдут? Когда посетители вошли, президент принял вид суровый и высокомерный. К нему обратилась женщина: – У нас был сын, в течение одного года он учился в вашем университете. Он любил это место и был очень счастлив здесь. Но, к сожалению, год назад он неожиданно умер. Мой муж и я хотели бы оставить о нем память на территории университета. Президент совсем этому не обрадовался – даже наоборот, стал еще более раздраженным. – Госпожа, – ответил он, – мы не можем ставить статуи всем, кто учился в Гарварде и умер. Если бы мы делали так, это место походило бы на кладбище. – Нет-нет, – поспешила возразить женщина, – мы не желаем устанавливать статую, мы хотим построить новый корпус для Гарварда. Президент осмотрел выцветшее клетчатое платье и бедный костюм и воскликнул: – Корпус? Вы имеете представление, сколько стоит один такой корпус? Все Гарвардские здания стоят более семи миллионов долларов! Минуту женщина ничего не отвечала. Потом повернулась к мужу и тихо сказала: – Так мало стоит построить новый университет? Так почему же тогда нам не построить свой университет? Мужчина утвердительно кивнул. Гарвардский президент выглядел растерянным. Мистер и миссис Стэнфорд встали и вышли из кабинета. В Пало-Альто, в Калифорнии, они основали университет в память о любимом сыне. Университет носит их имя – Стэнфордский. Из Википедии: «Стэнфорд был основан железнодорожным магнатом, сенатором США Леландом Стэнфордом и его женой Джейн Стэнфорд. Университет назван в честь их единственного сына Леланда Стэнфорда (младшего), умершего в 1884 году и не дожившего до 16-летия. Стэнфорды решили посвятить университет своему единственному сыну, и Леланд сказал супруге: „Дети Калифорнии будут нашими детьми“...»

- У нас трагедия в семье... - Что случилось? - Дочь вчера сказала нам с мужем, что хочет братика. - Ещё одного? - Нет, этого.

Стресс отказа http://evo-lutio.livejournal.com/69924.html Очень многих волнует вопрос, как и где проводить свои личные границы, чтобы не отдавать людям лишнего, но и не наступать на их территорию. Чем при этом следует руководствоваться? Вот примеры фантастической фамильярности, которая всем почти очевидна (кроме авторов писем, видимо) и всех почти поражает. В подобных ситуациях чужой человек предлагает вам работать на себя бесплатно, и хотя его приветливость и незамутненность может приводить вас в ступор на какое-то время, вам очевидно, что это хамство: 1)незнакомый человек 2)предлагает вам затратную работу 3)не предлагает взамен ничего 4)не понимает, что в его предложении не так. Такой уровень эгоцентризма встречается только у маленьких детей, которые могут путать других людей со своей мамой, а свою маму с собой. Это нормально для ребенка, но в процессе взросления он должен постепенно разделить границы и осознать, что его мама и особенно чужие люди – отдельные существа, поэтому его хочу напрямую их не касается. Пока ребенок беспомощен и беззащитен, он имеет взрослого в виде своего собственного продолжения и может обращать свое хочу к нему. Даже к чужим может, если мамы нет рядом. Это хорошо для ребенка и вызывает в посторонних людях улыбку и желание ему максимально угодить. Но чем старше становится ребенок, тем больше у него становится личных сил и возможностей, и его хочу должно направляться на него самого. Взрослый человек все свои хочу должен адресовать строго – себе. И если сам справиться не может, должен либо оставить эти хочу, либо понять, кого он может привлечь и на каком основании. Основание - самое главное в этом вопросе. «Хочу есть!» - найди еду и поешь: приготовь, купи, заработай на нее, либо на что-то обменяй. Взрослому человеку это очевидно. Но многие великовозрастные инфантилы испытывают в этом моменте большие сомнения. «А как же кооперация?» - спрашивают они, путая кооперацию с инфантильным поведением. Чем взрослая кооперация, которая очень желательна для человека, без которой человек не выжил бы ни в древнее время, ни позже, отличается от детского слияния? Кооперация – это взаимодействие отдельных людей на основе взаимной пользы. Ребенок ни с кем не кооперируется, пока мал, ему нечем, он является частью родителей, он обращает свои хочу к ним напрямую, его хочу = их проблема, его здоровье и благополучие = их личный интерес. То есть родители дают ребенку заботу, а он им свое личное благополучие. Им достаточно того, что ему хорошо. Они рады этому так, как если бы он был их лучшей частью. Собственно, так и есть. Но это лишь до тех пор, пока ребенок совсем мал. А дальше он должен начать постепенно отделять свои границы. Сначала он должен начать говорить «спасибо» и как-то иначе проявлять благодарность (свою руку, которая взяла еду мы не благодарим, а вот если еду протянула нам рука другого – да). Благодарность – первый уровень отделения границ, осознание и признание, что другой человек - отдельный, и наша проблема напрямую его не касается, это не его проблема. Заранее благодарность выражается в виде вежливой просьбы, мы просим, а не требуем, потому что признаем, что не имеем на это прав. Иногда мы просим даже тогда, когда имеем права, поскольку хотим показать себя вежливыми людьми. Вежливость – это уступка со стороны своих границ. В идеале вежливость должна быть обоюдной. Это самый комфортный вид общения для людей, экономящий море энергии! Когда ребенок вырос, он должен понимать, что забота о том, чтобы ему было хорошо, не касается чужих людей и лишь относительно касается людей близких. Нет, конечно, мамочка все так же радуется, когда ее 30-летнему сыну хорошо, радуется точно так же, как когда ему было 3 месяца. Но есть нюанс. Есть мать не только любит ребенка, но и уважает (а уважение к ребенку должно возрастать по мере его взросления, тогда как любовь может оставаться как в детстве) она не может быть рада его эгоистичному поведению. Если в 30 лет ему хорошо от того, что она отдает ему свою пенсию, это означает, что ее ребенок не вырос, его самосознание осталось на уровне 3 лет. И это его полный крах как личности. Вот почему разумные родители радуются, когда ребенок вовремя учится отделять границы и огорчаются, когда ребенок ведет себя слишком эгоистично для своего возраста. То есть в то время, когда он должен уже понимать, что мама – не его часть тела, он обращается к ней как к себе, не замечая ее отдельных человеческих границ. Это значит, что у такого ребенка - задержка в личностном развитии. Иногда задержка в личностном развитии может быть такой сильной и долгой, что человек 30-ти лет отправляет в личку чужому человеку письма, подобные тем, которые я привела выше в виде ссылки. Он остановился где-то на уровне 3 лет, когда ребенок может обратиться к кому угодно и с его стороны достаточно только «пожалуйста», любой взрослый найдет такого ребенка очень вежливым, а его мама будет гордится тем, насколько он личностно развит. Фазу от грубого «дай» до «дай пожалуйста» в отношении незнакомых людей большинство инфантилов благополучно проходят, поскольку иначе получают болезненные пинки. Безапелляционные, грубые запросы воспринимаются как агрессия и вызывают ответную агрессию. Другое дело «просьба». На просьбу агрессией не принято отвечать, просьбу можно либо удовлетворить, либо отказать в ней, либо проигнорировать. Просьба не оскорбительна, она как бы нейтральна, поэтому большинство людей теряются, когда к ним обращают просьбу бесплатно поработать. Почему это их угнетает? Почему рождает в них негатив? Ведь это не агрессия. Ведь можно просто сказать «нет». МОЖНО ПРОСТО ОТКАЗАТЬ. В чем проблема? Однако, сказать «нет» далеко не так легко, как может показаться. Это требует затрат энергии, это заставляет проводить жесткую границу, рыть ров, в каком-то смысле выталкивать человека за порог, который он уже успел в своей просьбе переступить. Просьба - это занесенная над порогом нога, и это только самая вежливая просьба, а некоторыми просьбами люди порог переступают. Большинству людей, тем более людям деликатным, добрым, отказать кому-то – это целое дело. Особенно неприятно им отказывать тем, с кем они потом вынуждены взаимодействовать. Напрасно кажется, что такая деликатность излишня. Нет, это нормальная деликатность. Ненормальны люди, которые не уважают чужих границ и легко переступают пороги, считая, что если что, пусть их просто выгонят вон. Все модные нынче тренинги «научись отказывать» хоть и бывают полезны для людей с совсем уж нежными границами, но все-таки они подобны курсам самообороны. Уметь обороняться это хорошо, но плохо, когда приходится этим пользоваться, не так ли? Мало какой адекватный человек рад возможности защищать себя боксерскими приемами в переулке и особенно где-нибудь в гостях. Умение отказать – это навык, которым владеть желательно, но если приходится его применять, значит обстановка слишком некомфортна и чересчур напряженна. Жесткость границ коррелирует с градусом агрессии, а в дружелюбной обстановке границы должны быть очень гибкими, то есть люди должны друг другу УСТУПАТЬ. Именно способностью и желанием взаимно уступать друг другу определяются хорошие отношения, и дружеские, и любовные. Чем больше взаимные уступки, тем лучше, но именно взаимные. Самые лучшие границы - это те, которые позволили бы человеку оставаться достаточно дружелюбным и открытым, чтобы в его жизнь не иссякал поток таких же дружелюбных людей, способных его жизнь обогатить, но при этом дали бы возможность фильтровать всех тех, которые его жизнь разоряют, отнимают энергию и заставляют испытывать стресс. То есть идеальные границы – не слишком жесткие и плотные, иначе они пропустят в жизнь мало полезного, но и не слишком мягкие и проницаемые, иначе они пропустят в жизнь слишком много вредного. Лучшей визуализацией границ является мембрана живой клетки. В идеале такая мембрана подобна чувствительному фильтру. Мы должны отфильтровать всех паразитов-эгоистов, но притянуть в свою жизнь людей-неэгоистов и удержать их в своей жизни, будучи и сами неэгоистами, а щедрыми и добрыми людьми. Что такое эгоистичный запрос? Если формулировать коротко: чем меньше человек учитывает ваши интересы, тем более эгоистичен его запрос. Если это близкий человек, ваши интересы пересекаются с его, то есть многие ваши интересы = его интересы, противопоставления нет, поэтому большинство просьб близких неэгоистичны, кроме тех, которые явно противоречат вашим интересам. В нормальных отношениях близкие люди могут пользоваться кредитом нашей энергии. До определенного уровня этот кредит – наш подарок, мы не хотим ничего взамен, любые подсчеты нас могут задевать, поскольку как бы намекают, что между нами довольно жесткая граница, когда мы хотим единства. Но во взрослых отношениях уровень затрат, после которых подарок превращается в кредит, все-таки ограничен. Критериев для ограничений два: уровень близости и дееспособность второй стороны. 1)Если близость велика, а дееспособность второго мала, например это ребенок или беспомощный больной, ограничения = 0, мы будем давать все, что можем, и ничего не ждать в ответ. 2)Если близость велика, но и дееспособность второго велика, мы можем давать много, но недолго, с какого-то момента наш подарок закончится и начнется кредит без процента или с небольшим процентом, то есть мы будем ожидать благодарности, а ее полное отсутствие воспринимать как эгоизм второй стороны и вероломное поведение. Получив окончательное подтверждение этому, мы захотим прекратить близость или максимально ее снизить. И вложения свои, конечно, тоже постараемся прекратить или максимально сократить. 3)Если близость с человеком очень мала (он почти чужой), но и дееспособность его очень мала, мы не будем ждать ничего взамен, но объем того, что мы хотим ему дать будет достаточно символическим. Исключения составляют случаи, когда человек формально чужой, но сила со-чувствия нашего позволила нам считать его близким. В этом случае мы можем отдать много и сделать это с удовольствием. 4)Если близость с человеком очень мала, а дееспособность его достаточна, то есть он явно не погибнет без нашей услуги, то мы обычно ничего не хотим ему давать, мы не видим основания, у нас есть близкие люди, на которым мы можем себя потратить, у нас есть разные задачи, которые нам нужно решать вместо того, чтобы заниматься проблемами чужого человека. Эгоист, склонный к паразитизму в силу своего инфантилизма, то есть задержки в личностном развитии, не чувствует чужих границ, то есть у него есть проблема с определением близости. Во-первых, любой человек на свете ему кажется очень близким каждый раз, когда у него возникает в нем потребность. То есть близость людей определяется не какими-то объективными критериями, а собственным желанием. Желание автоматические создает картину близкого взаимодействия, точнее использования, но эгоист может быть искренне уверен, что это взаимодействие. Отличий он не видит, ведь для того, чтобы понять слово «взаимный» нужно отделить свое от чужого и прикинуть, равен ли свой интерес чужому, а если свой интерес не отделим от чужого, любое желание кажется взаимным. Во-вторых, затраты других на его нужды кажутся такому человеку незначительными. Так как он не видит различий между своим и чужим, ему кажется, что ничего человек на него не тратит, а тратит на себя. Если ему хочется поболтать о себе, значит это интересно и другому. Импульс к взаимодействию возникает автоматически, то есть такой человек не задумывается об уместности, но если его спросить, почему он решил, что другому это интересно, он может дать странное объяснение. Например, с тех пор, как я сделала доступ к комментариям только для друзей, написав суровое (очень неприятно, кстати, так резко писать) предупреждение, что мне нужны в друзья только те, кто могут писать интересные комментарии, мне пришло очень много запросов. По этим запросам видно, что многие весьма своеобразно понимают слово «интересные». Некоторые просят дать им доступ, потому что «хочется с Вами поспорить», то есть на полном серьезе думают, что дискуссия с незнакомым, буквально случайным прохожим человеку очень интересна, не просто терпима, а настолько интересна, что им ради этого дадут доступ. Другие просят дать доступ, потому что «хочется получше понять статью, а для этого нужно задать Вам вопросы», то есть на полном серьезе уверены, что автору очень важно, чтобы именно он, это незнакомый случайный прохожий, все правильно понял, и автор готов отвечать на его вопросы ради этого. Третьи аргументируют целесообразность для меня дать им доступ, потому что «не знаю, как применить схему к своей личной ситуации, надеюсь вы мне поможете» то есть опять уверены, что лично мне важно помочь этому симпатичному инфантилу и это в моих прямых интересах. Четвертые пишут, что доступ им нужно дать, потому что «Ваши ответы на мои вопросы могут быть интересны тем, кто не имеет доступа», то есть считают, что я закрыла доступ совершенно случайно, и теперь искреннее переживаю, что не могут отвечать на вопросы всех тех, кому доступ закрыт. Чем это отличается от просьбы бесплатно нарисовать, прорекламировать, перевести, провести экскурсию, по ссылке в начале поста? Тем, что очень много людей, к сожалению, считают, что любой написанный бесплатно психологический текст – это предложение волонтерских психологических услуг. Раз автор написал текст, то теперь он хочет растолковать его каждому, помочь его понять, развеять все сомнения, доказать свою точку зрения, подогнать к его ситуации в жизни, то есть, написав текст, горит от желания помочь каждому его читателю персонально. Такая точка зрения у людей с уровнем инфантилизма выше среднего складывается, когда они видят, что я активно разбираю некоторые ситуации в комментариях. Это является для них доказательством, что мне нравится бесплатная работа. Но нюанс заключается в том, что это не работа, а мой собственный интерес. Меня не просят разбирать эти ситуации, их просто рассказывают как примеры собственного опыта, собственных размышлений, собственных вариантов решений, ответов на мои вопросы, дополнений к моему тексту. Это и есть то загадочное "интересное", по которому я фильтрую комментаторов и над которым некоторые безуспешно ломают голову. Чем это отличается от барского «у меня есть вопрос, но можете не отвечать, если не хотите» или заискивающего «очень сильно извиняюсь, очень сильно благодарю, но очень хочется задать вопросик» которое еще противней? Чтобы не ответить на такой вопрос, нужно либо сказать грубое «не хочу» выставив перед собой жесткую границу, и это еще неприятнее и затратней, если перед тобой долго унижаются (это вообще стресс), либо равнодушно проигнорировать, что тоже - так себе с точки зрения комфорта. Вежливый человек не вынуждает другого посылать его или игнорировать, не создает ситуации, когда другому приходится отказывать, вести себя невежливо, грубо, чувствовать себя плохим. Вежливый человек не влезает на территорию ни к кому, и его не приходится оттуда прогонять. Поэтому всего два совета: что в жизни, что в жж, не просите ни о чем незнакомых и малознакомых людей, ничего за это не предлагая, если речь не идет о вашей жизни и здоровье, покупайте услуги у специалистов, или ждите, что вам предложат, не вынуждайте нормальных людей вам отказывать или соглашаться через силу, просите у своих близких, у друзей, но будьте по возможности и им благодарны. И второй. Когда пишете комментарии не у друзей или общаетесь в реале с достаточно посторонними людьми, просто рассказывайте о своих размышлениях или даже проблемах, без посыла к тем обязательно принять участие в вашей жизни, и если человеку будет интересно, он поучаствует, а если нет, вы увидите это и сможете сменить тему, сохранив и себе, и ему комфорт. Запрос-Отказ - это область конфликта, постарайтесь не доводить до нее, если для этого нет серьезных оснований. В этом и заключается уважение к чужим границам.

Автор блога Wisdomination Збынек Драб опубликовал заметку о том, почему дисциплина гораздо важнее мотивации для достижения целей. Есть два главных способа заставить себя что-то сделать: первый, самый популярный и сокрушительно-ошибочный — попробовать мотивировать себя; второй, менее популярный и полностью правильный выбор — развивать в себе дисциплину. Это одна из тех ситуаций, когда принятие иного подхода немедленно приводит к лучшим результатам. Нечасто услышишь верное использование выражения «сдвиг парадигмы», но это тот самый случай. Момент, когда над головой загорается лампочка. В чем разница? ( Свернуть ) Мотивация, в общих чертах, основывается на ошибочном предположении, что для завершения задачи необходимо конкретное умственное или эмоциональное состояние. Это полностью неверное восприятие. Дисциплина, напротив, отделяет деятельность от настроений и чувств и тем самым обходит проблему. Последствия ошеломляют. Успешное выполнение задач приводит к внутренним состояниям, которые кажутся хроническим прокрастинаторам необходимыми для того, чтобы приступить к реализации задач. Если говорить проще, чтобы начать тренировки, не нужно ждать, когда вы будете в олимпийской форме. Вы, наоборот, тренируетесь, чтобы достичь этой формы. Если действие обусловлено чувствами, ожидание верного настроя становится особенно коварной формой прокрастинации. Я знаком с этим слишком хорошо и хотел бы, чтобы кто-то указал мне на это за 20, 15 или 10 лет до того, как я почувствовал разницу на своей шкуре. Если ты ждешь до того момента, пока не почувствуешь, что готов что-то делать, тебе конец. Именно так возникают страшные прокрастинаторские петли. По своей сути, гнаться за мотивацией — значит настаивать на инфантильной фантазии о том, что нам нужно делать только то, на что есть настрой. Проблема оформлена следующим образом: «Как мне настроить себя сделать то, что я уже своим мозгом решил сделать?» — Плохо. Правильный вопрос вот: «Как мне признать свои чувства несущественными и начать делать вещи, которые я сознательно хочу делать?». Фишка в том, чтобы обрезать связь между чувствами и действиями, и делать то, что нужно, в любом случае. Вы будете чувствовать себя хорошо и энергично уже впоследствии. Мотивация — неправильный путь. Я на 100% уверен, что это ошибочное ограничение — главная причина того, что многие жители развитых стран просто сидят в трусах, играют в Xbox и мастурбируют, вместо того чтобы делать что-то полезное. Вера в мотивацию — следствие психологических проблем. Поскольку реальная жизнь в реальном мире иногда требует от людей делать то, что никто в здравом уме не может воспринимать с энтузиазмом, «мотивация» натыкается на непреодолимое препятствие в попытке вызвать энтузиазм к тому, что объективно его не заслуживает. Единственное решение, кроме валяния дурака, заключается в том, чтобы забыть про этот самый «здравый ум». Это ужасная и, к счастью, ошибочная дилемма. Попытка поддерживать энтузиазм к принципиально тусклым и убийственным действиям — это форма преднамеренного нанесения психологического вреда самому себе, добровольное безумие: «Я так обожаю эти таблички, очень хочется поскорее заполнить формулу для вычисления годового дохода, я так люблю свою работу!» Намного лучший сценарий — сохранить здравомыслие, которое, к сожалению, имеет тенденцию быть неверно истолкованным как моральная неудача: «Я до сих пор не люблю мою бесцельную работу по перекладыванию бумажек», «Я все еще предпочитаю пирог, а не брокколи, и не могу потерять вес, может, я просто слабак», «Мне нужно купить еще одну книгу по мотивации». Фигня. Критическая ошибка заключается в том, чтобы вообще рассматривать такие случаи в разрезе мотивации или ее недостатка. Ответ — в дисциплине, а не мотивации. У мотивации крошечный срок годности, и ее необходимо постоянно обновлять. Мотивация — это когда ты вручную давишь на рукоятку, чтобы усилить давление. В лучшем случае она хранит и преобразует энергию для конкретной цели. Бывают ситуации, когда это правильный подход — на ум приходят олимпийские соревнования и побег из тюрьмы. Но это ужасная основа для обычных ежедневных действий, и вряд ли это поможет достижению долгосрочных результатов. Дисциплина — мотор, который однажды завелся и постоянно поставляет энергию в систему. Продуктивность не имеет необходимых психических состояний. Для последовательных, долгосрочных результатов дисциплина превосходит мотивацию (нарезает вокруг нее круги, дает щелбан и ест ее обед). В итоге мотивация — это попытка достичь состояния готовности к какому-то действию. Дисциплина — это когда вы делаете что-то, даже будучи не в состоянии. Уже после этого вы чувствуете себя хорошо. Дисциплина, если кратко, это система, а мотивация в то же время, скорее, аналогична цели. В этом есть симметрия. Дисциплина — это что-то более-менее постоянное, а мотивация — мимолетна. Как развить дисциплину? Приобретая привычки — начиная с маленьких, даже микроскопических, набирая обороты, используя их для дальнейших изменений в повседневной жизни, строя петлю положительной отдачи.

ПАРИКМАХЕРСКАЯ. НЕМОЛОДОЙ ПОЛНОВАТЫЙ МАСТЕР возится над прической молодого жилистого парня. Задача - сделать ежик плоским, как аэродром. - А мне Алиска Кушак два мэмэ на висках ножницами выстригала, - говорит парень. - И плоскоту тоже вручняк. Знаете такую? Лауреатка всяких конкурсов (с ударением на "о"). - Зависит от привычки, - говорит мастер. - Могу и ножницами, только разницы ноль. На полчаса дольше, и всё. - Ладно, ладно, - говорит парень. - Не в том дело. Но вы постарайтесь, чтоб ни волоска не торчало. Чтобы цых - как заполировано. У меня волос густой, можно. Я приплачу, кстати, если время дольше займет. Я не жлоб... Парикмахер кивает. - Ненавижу жлобов! - вздыхает парень. - Вот буквально позавчера. Берет у меня клиент девочку на ночь. И, сука, спрашивает, типа на ночь - это насколько? Насколько-насколько, на ночь и есть на ночь! А он пристал: на сколько часов? Ну я, чисто чтоб отвязаться: восьмичасовая рабочая ночь, гы-гы. Посмеялись. А девчонка мне потом говорит: встаю я в полдевятого, одеваюсь, а он еще требует, сука. Ты, типа, недоработала! Я тебя, типа, в час ночи взял. Еще полчаса мои. Вот жлобина, а ведь пожилой человек, совсем совесть потеряли, блин, куда катимся... Так бы и дал в морду! - Ну и дали? - А? - В морду-то ему дали? - спрашивает мастер. - Нельзя, - вздыхает парень. - Клиент всегда прав.

Из этих деток вырастут бесстрашные и смелые люди, если конечно доживут до окончания школы. Где-то в китайской провинции школьники трех деревень вынуждены добираться до школы козьими тропками, а всё потому, что дороги напрямки не существует.

1. Правильное дыханиеЕсть такая хорошая техника, которая называется «Дыхание по квадрату». Для того, чтобы ее использовать, тебе нужно найти любой прямоугольный или квадратный предмет рядом. Пусть это будет лист бумаги, или дверь, или даже зеркало. Итак, теперь нужно сделать вот что. Посмотри в левый верхний угол и сделай вдох. Задержи дыхание на четыре секунды. Далее перемести взгляд на правый верхний угол и сделай выдох. Теперь сделай вдох, и переведи взгляд на правый нижний угол. Задержи дыхание на четыре секунды. И на выдохе переведи взгляд на левый нижний угол. Повторяй этот прием, пока не поймешь, что ты полностью сосредоточен.2. Минутка медитацииСамые лучшие приемы по сохранению концентрации – они же самые простые. Как правило, они просто возвращают людей в состояние осознанности. Еще один простой способ: найти какое-нибудь тихое место, сесть на стул и представить себя у моря. Для этого даже не обязательно закрывать глаза. Просто представь, как шум прибоя ласкает твой слух и как рядом шумит море. Старайся не впускать посторонние мысли в мозг. Можешь использовать специальную спокойную музыку для медитаций.3. Отключи зрениеОдин из источников напряжения для нас – это то, что жизнь движется очень быстро, и мы порой просто не успеваем за ней. Для того чтобы расслабиться, достаточно хотя бы на пять минуть «отключить» глаза. Просто закрой их, или выключи свет, закрой жалюзи и побудь немного в этом состоянии. Ты почувствуешь, как ты становишься более спокойным.4. Не будь многозадачнымОчень часто мы пытаемся успеть всё и сразу, но, разумеется, у нас не получается ничего. Ученые давно доказали, что многозадачность – это миф. Наш мозг не в состоянии обрабатывать несколько задач одновременно, сохраняя при этом качество «обработки». То есть, скажем, ты можешь, конечно, гладить рубашку и разговаривать по телефону. Вероятно, рубашка сильно не пострадает от этого. Но одновременно делать финансовый отчет на компьютере и вести деловую переписку с помощью смартфона – это вряд ли. Так что самый быстрый способ сделать список вещей — делать их последовательно.5. Научись управлять своими эмоциямиЕсть такое понятие «Оптимальная зона концентрации». Для того чтобы находится в этой зоне, нужно уметь контролировать свои эмоции. Эмоциональный интеллект — это способность осознавать свои чувства и, насколько возможно, управлять ими себе во благо. Например, чувство тревоги может серьезно повредить продуктивности. Человек, который испытывает какие-то сильные положительные или отрицательные чувства, очень редко может находиться в оптимальной концентрации. Обычно люди не пытаются контролировать свои эмоции, потому что им кажется, что это невозможно. По большому счету так и есть. Однако чувствами можно управлять опосредованно. Ты не можешь изменить сами эмоции, но ты в состоянии изменить мышление, а оно повлияет на восприятие.6. Спрашивай себя «Чего я сейчас не делаю?»Человеческий мозг как компьютер. Если на нём открыто несколько важных приложений и программ, то они могут тормозить работу с основным приложением. Есть хороший вопрос, который поможет расставить приоритеты. Спрашивай себя: «Чего я сейчас не делаю?». Ответив на этот вопрос, ты поймешь, на чём тебе лучше сейчас сосредоточиться. Эта тактика поможет тебе понять, что для тебя действительно важно и на что следует обратить внимание в первую очередь.Оригинал взят у ilyina_svetlana в 6 приемов, которые помогут моментально сконцентрировать внимание.

http://p-i-f.livejournal.com/7756019.html

http://bormental-r.livejournal.com/18991.html Было это в конце семидесятых, когда на дворе стояла эпоха всеобщего счастья и полной эйфории, а в магазинах ничего не было. Ну, как ничего? А вот так, ничего. То есть, огромные кубы маргарина и комбижира, конечно, были, как без них. Был томатный сок в огромных колбах. А также сок сливовый. Была подсахаренная вода в трехлитровых банках под названием "Березовый сок". Были консервы (очень полезные, говорят) "Морская капуста". И много чего было такого же полезного и питательного. Но вот так, чтобы зайти в магазин и купить чего-нибудь поесть – вот этого не было. Поесть надо было "достать". А я был счастливым отцом только что родившейся дочки и у меня оказалось немножко свободного времени. Дня три в неделю. Посему, увидев на двери нашего магазина "Продукты" написанное от руки объявление "Требуется грузчик", я подошел к директору и тут же на эти три дня с ней и договорился. Деньги небольшие – рублей 70-80, но разве деньгами измерялось в конце 70-х благосостояние грузчика в гастрономе? Деньги были приятным небольшим дополнением к продуктам. А надо сказать, что в Свердловске не то, что в конце 70-х, в нем сроду мяса в магазинах не было. Было некое костяное чудо, называвшееся "суповой набор", и достать его считалось необыкновенной удачей, но вот так, чтобы прям мясо – такого никогда. Сестра у меня привозила его из командировок в Москву. Самолетом. За 2 тысячи километров. Очень удобно. Молоко – был такой период! – выдавали беременным женщинам и детям до 8 лет по талонам. И занимать за ним очередь надо было часов с пяти утра, потому что магазин открывался в 8, а завозили молока очень мало, поэтому оно могло кончиться, несмотря на талон. Так у меня пару раз было: прямо передо мной раз – и кончилось молоко. Очень обидно, кстати. Я даже ругался матом. Громко. А иногда вместо молока завозили ацедофилин. Прекрасный питательный продукт, но для двухлетнего ребенка мало пригодный. А на талонах было написано "молочные продукты", так что не поскандалишь. Куриц вот тоже "выбрасывали". В смысле, продавали, но называлось это "выбрасывали". Синие, сморщенные, с остатками перышек, с беззащитными гребешками на обтянутых пергаментной кожей головах, с грустно закрытыми навсегда глазками. Особенно печально выглядели коготки на ножках. Из ножек можно было сварить холодец, а головы приходилось выбрасывать навсегда. Леденящая душу картина. Из серии "… и плачу". В общем, жизнь проходила в рассуждении где бы достать чего-нибудь поесть. В эти годы, как мне кажется, и родился знаменитый парадокс: "В магазинах ничего нет, а холодильники в домах забиты под завязку". Естественно. Напал на колбасу – берешь "палку" килограмма на два и хранишь ее до позеленения. Масло нашел – сразу килограмма полтора – и в морозилку. И так далее. Так что в холодильнике действительно было все. Особенно, если учесть, что холодильники тогда были совсем не такими, какие стоят в домах сегодня, так что забить их было не так уж трудно. Эта преамбула для тех, кто те годы помнит по маминым бутербродам и мультикам про Винни-Пуха. Те, кто был в те годы родителем, это и без меня прекрасно помнит, потому что такое не забывается. Итак, в один прекрасный (это не штамп!) день я, интеллигентный мальчик из хорошей еврейской семьи, прихожу в магазин "Продукты", расположенный в Юго-Западном районе г. Свердловска в районе ул. Белореченская – пер. Встречный (это чтоб было понятно, что пришел я не в центральный гастроном), переодеваюсь в классический синий сатиновый халат и приступаю к выполнению сложной, но почетной обязанности грузчика. Вот и первое задание: "Иди-ка ты, Борменталюшко, мяса наруби!". Я подумал, что ослышался и переспросил: "Что?!" - Мяса, говорят, наруби. Сейчас придут из санэпидемстанции и пожарной охраны, надо им мясца приготовить. Захожу я в холодильник (а холодильник в магазине это не "Саратов" и не "Бирюса", это цельное помещение, очень холодное), и попадаю в рай. По стенам, покачиваясь в морозном тумане, висят мясные туши. Если кто помнит первого "Рокки" - мясную лавку, где итальянский жеребец тренировался – вот примерно так же. Посередине стоит огромная деревянная плаха с воткнутым в нее топором. Хоть сейчас Емельку Пугачева вводи. Значит, надо скользкую ледяную тяжеленную тушу снять с крюка, положить ее на плаху, зафиксировать левой рукой, чтобы не елозила, а правой молодецки поднять топор и с размаху точно попасть в порционный кусок. И сделать все это предстоит профессорскому сыну с высшим филологическим образованием. И что вы думаеет? Я ее разрубил. Правда, количество строганины, усыпавшей пол холодильника, не поддавалось учету, как и количество костяных опилок. Но то, что осталось, я гордо завернул в газетку и лично отнес директору, полной накрашенной даме в белом халате и норковой круглой шапке, навечно нахлобученной на перманент. Она на меня, сука, даже не взглянула, не то, чтобы сказать: - А за прекрасно выполненную работу, дорогой Борменталь, я премирую тебя вот этой аппетитной телячьей ляжкой. Хрен там. Вообще, доставалось работникам из тех деликатесов, что были в этом зачуханном периферийном магазинчике, крайне мало. Несмотря на то, что полки на складе были забиты желтыми жерновами пошехонского, российского и прочих костромских сыров, хрен ты что мог оттуда взять, не говоря уж о вынести в продажу. Если бы граждане СССР имели хотя бы приблизительное представление о том изобилии, что царило в самом заштатном магазине! И о той антисанитарии, которая царила в подсобках если бы знали, то в жизни бы не покупали масло, скажем. Чтобы разрезать ледяной потный куб масла килограмм на 30, звали меня, и я, упираясь рукой, которой только что делал незнамо что, в этот куб, другой разрезал его на части стальной проволокой, которая валялась незнамо где. Но народ по сю пору вспоминает то вкусное масло, что было когда-то. А какая прелесть привоз сметаны! О, вы не знаете, что такое привоз сметаны! Когда я снимал с грузовика здоровенные фляги со сметаной и с молоком, то ко мне выстраивались в очередь все продавщицы с принесенными из дому баночками. В одни баночки наливалась свежая белоснежная сметана, точнее не наливалась, а накладывалась, потому что была она настоящей – как говорится, ножом можно резать. Но продавщиц было много. И грузчиков в смену было два. И экспедиторов. И руководство – директор, зам, бухгалтер. А также особо приближенные, типа, зубных врачей. Короче, минут через двадцать от фляги в 52 литра оставалось хорошо если две трети. Но может собственных Невтонов и других быстрых разумом, может! Ведь после того, как та же банда налетала на привезенное молоко и снимала самое вкусное – верхние сливки, жирное густое молоко, то и молочка оставалось где-то две трети. Тогда молоко доливалось в сметану, а в молоко добавлялась вода. Или остатки вчерашнего, если такое случалось. Мне доверялось все это тщательно перемешать до однородной массы – и уже потом выставлялось на продажу. И народ по сю пору вспоминает молочные продукты, что были когда-то. При том воровство это (а то, что это было воровство, знали все) велось в щадящем режиме, потому как операция эта происходила каждый день и брали понемногу. Но свеженького. Помню, как я однажды получил по голове, вытащив "в зал" свежую, только что привезенную флягу сметаны, в то время как в холодильнике стояла еще цельная треть вчерашней! Суповые наборы мне милостиво разрешали брать. Продавщицы даже сами помогали выбрать такой, где бы на косточках было побольше мяса. Покупатели разбирали их за считанные минуты, потому как слух о том, что в магазине "выбросили" суповые наборы, разлетался со скоростью сотовой рассылки СМС. Но апофеозом была история с мандаринами. В наш заштатный магазин завезли 35 тонн мандарин. Я повторю. 35 тонн. Перед Новым годом. Для продажи ветеранам и инвалидам "ВОВ". Только. Но 35 тонн. Если учесть, что к нашему магазину было прикреплено где-то 70-100 ветеранов и инвалидов (дело было в конце 70-х, напомню, ветеранам было чуть за пятьдесят – около шестидесяти, и было их много), то при самом простом подсчете получалось, что на одного ветерана приходилось три с половиной центнера мандаринов. Это к вопросу о плановом хозяйстве. Со своей стороны, хочу подчеркнуть, что привозили мандарины в ящиках по 12 кг. И грузовики эти разгружал я один. Блин .До сих пор помню. Директор категорически запретила пускать мандарины в продажу – перед Новым Годом мандарины –это валюта. А для пущей секретности запретила и работникам магазина брать мандарины домой. Низзя. Дура она была в своей норковой шапке, потому что плохо себе представляла, что такое 35 тонн. Ящиками с оранжевыми шариками было забито все, все склады, все подсобки, но они все равно никуда не вмещались, поэтому и коридор был до потолка забит этими ящиками. Концентрированный аромат цитрусовых выдавал директора с головой, потому что чувствовался задолго до подхода к скромному серому зданию с неоновой манящей надписью "Продукты". Через пару дней, когда аромат стал невыносимым, директор дала отмашку. Два дня нескончаемым потоком через задний проход магазина шли трудящиеся: милиционеры, пожарные, санэпидстанция, райздрав, детские врачи, зубные врачи, странные люди, не странные люди, хорошо одетые люди неопознаваемых профессий, классные руководители детей знакомых директора, знакомые классных руководителей детей знакомых директора, зубные врачи знакомых знакомых классных руководителей детей знакомых директора и прочие ближайшие родственники. Все они уходили с непрозрачными газетными пакетами, в которых угадывались очертания милых сердцу экзотических мандарин. Таким образом было роздано, распродано, раздарено… где-то тонн 12 по моим подсчетам. Осталось еще 20 тонн… Тогда мы получили указание отправить мандарины в продажу ветеранам и инвалидам, которым, собственно, они и были предназначены, с ограничением по 5 кг в одни руки. Еще полтонны… Работники магазина взяли по 5 кг. Еще килограмм сто-сто пятьдесят… В продажу обычным гражданам? Хрен! За пару дней до Нового года аромат превратился в вонь. Мандарины – товар скоропортящийся. Из оранжевых они стали превращаться в белые, потом в зеленые, мохнатые, отвратительные и склизкие шарики. Особо спелые лопались и их сок стекал мне под ноги, что было крайне удачно, учитывая, что по этому коридору я таскал коробки, ящики, фляги, бидоны и прочие кубы масла, стараясь балансировать на этой зеленоватой жиже, что покрывала пол магазина уже чуть ли не по щиколотку. Вымывать ее было бесполезно, потому что на следующий день гнили новые мандарины, отдавая нежный сок моим сапогам. 20 тонн отборных оранжевых цитрусовых превратились в 20 тонн зеленой гнили. Директор решилась и приказала отправить эти мандарины в продажу… Уже не по 3 рубля 50 копеек, как свежие и веселые шарики, а по 35 коп за кг как некондиционный товар. Это стыдливо называлось "на компот". 20 тонн разлетелись за полдня. Я до сих пор не могу понять, на хрена их было держать, когда все нужные люди уже свое получили? Зачем нужно было портить? Отдельная история – как делались деньги в обычном продуктовом магазине. Напомню, что в то время спиртное продавалось с 11 утра. А уже с 8 утра, с открытия, к отделу соки-воды выстраивалась длинная очередь граждан с синеватыми лицами и трясущимися руками. Каждый из них выпивал стакан сока, закусывал конфеткой, розовел и весело шагал на работу – на завод, на стройку или еще куда. Чудодейственный сок! – думал наивный я, пока не обнаружил, что Зойка, работавшая в отделе соки-воды, держит под прилавком бутылочку коньячка. Семирублевый коньяк, разливаемый с утра по цене трешка за сто грамм, творил чудеса! Конфетку широкая зойкина душа отдавала в качестве закуски бесплатно. Почему коньяк? А из-за цвета. Очень похож на виноградный сок. Водкой она тоже приторговывала, но тайно и очень проверенным клиентам, чтоб не сдали. И то не "в розлив" ©. Самым бедным и несчастным, у которых не было денег, наливался стакан "алжирского сухого" за 80 копеек (стоило оно рубль пять за поллитра). В общем, Зойка жила весело и искренне считала, что все эти махинации – справедливая награда за тяжелый труд и малую зарплату. Вообще, продавщицы – отдельная песня. Сильное впечатление на меня производили их разговоры, когда садились перекусить в обеденый перерыв (монстры вроде меня еще помнят времена, когда в магазинах был обеденный перерыв: в продуктовых с 13 до 14, в промышленных – с 14 до 15). Нарезался сыр-колбаса, меня гоняли за свежим хлебушком в соседнюю булочную (я потом там по ночам хлеб разгружал), брались другие деликатесы – естественно, бесплатно, накрывался стол, кипятился электрический чайник, и обеденный час проходил в неторопливых философских беседах. - Вот бы такого попробовать! – восклицала продавщица колбасного отдела, потрясая палкой ливерной колбасы, действительно напоминавшей уд онагра. – А, девочки?! И девочки заливисто хохотали. Сексуальные отношения вообще были самой неистощимой темой для шуток. Они истово ненавидели покупателей за то, что те мешают им работать. Вечно лезут, идут каким-то нескончаемым потоком, вечно им что-то надо, привередничают еще. А так-то чего б не работать? Вон, через дорогу, в пивном киоске, в те редкие минуты, когда туда завозили пиво, продавщица высовывалась и откровенно спрашивала моментально выстроившуюся, вьющуюся спиралью, очередь: - Разбавлять или не доливать? И мужики хором кричали: - Не доливать! Один из них объяснил наивному мне: - Кому ж охота разбавленное-то пить? Лучше поменьше, да получше. И всем выгода. Теперь, когда я читаю глубокомысленные высказывания родившихся в 80-е о том, как все было хорошо в СССР, мне не только смешно. Мне гомерически смешно. Смешно читать про колбасу "из настоящего мяса", которой отродясь не было. Про отношения между людьми. Про уважение к профессии. В общем, про все то, чего не было и про что они слышали от кого-то сказки. И когда они начинают стенать, заламывая очи горе, о современном упадке нравов, передо мной как живая встает Тамарка в засаленном белом халате, туго натянутом на ярко-красную шерстяную кофту, в накрахмаленном колпаке, держащая в пухлой руке палку ливерной колбасы, напоминающей сами-знаете-что, по колено в мандариновой жиже и густой сметане, символизирующая собой изобилие развитого социализма, будь он неладен.

Свирепость высшей пробы 20.05.2015, 08:24 Денис Драгунский о морали большинства http://www.gazeta.ru/comments/column/dragunsky/6694325.shtml Не так давно в наш политический обиход вошло роковое число 86. Социологи не устают сообщать, что 86% опрошенных поддерживают и одобряют все действия власти. Кроме того, они ненавидят Америку, Европу и Украину, а также либералов, геев и лесбиянок, мигрантов, инородцев, иноверцев и оппозиционеров... Они верят всему, что говорят и показывают по телевизору. Они любят Ленина, Сталина и царя-мученика Николая. Они убеждены в существовании инопланетян, порчи и сглаза, всемирного заговора против России, мирового правительства Ротшильдов и Рокфеллеров. Они верят в целебные свойства всего, о чем рассказывают в передачах о здоровом образе жизни. Они считают, что жизнь вот-вот наладится, доллар рухнет, а мы скоро восстановим СССР и полетим сначала на Луну, а потом на Марс... Правда, они недовольны ростом цен и низкими пенсиями, но убеждены, что в этом виноват Обама. Как водится, расколотый образованный класс ссорится по поводу некоего третьего лица. В конце XIX века в России спор шел о крестьянстве. В начале ХХ века — о рабочем классе. А вот сейчас заговорили о «народе вообще». Об этих чертовых 86%. Одни (так называемые либералы) пугаются, что необразованных и глупых слишком много и это ужасно, это подавляет, нечем дышать, куда катимся, что за судьба у нашей страны и т.п. Другие (так называемые патриоты), наоборот, осуждают первых за некий, извините за выражение, «креаклизм», то есть за снобизм и пренебрежение по отношению к простому народу. Успокойтесь, господа. Вы делаете две ошибки. Во-первых, не 86%, а всего 80%. Четыре пятых, другими словами. 6% явно накинули социологи. С двоякой целью. Польстить власти — это раз. Придать цифре видимость объективности — это два. Не 80% и не 90%, а именно что 86%. Ну просто как в аптеке. Во-вторых, четыре пятых — это наивозможнейший минимум плохо образованных, не способных к рациональному рассуждению и спокойному рассмотрению чужой точки зрения, а также (то ли вследствие неучености, то ли как-то само по себе) бессмысленно жестоких людей. Элиас Канетти том, почему человек так любит убивать и судить Создание враждебных стай Как происходит формирование воинственной массы? В чем причина войн? Как из вроде бы мирного суждения возникает смертный приговор врагу? В рубрике... → Так было при всех властях. При Перикле, Юлии Цезаре, Людовике Святом, Иване Грозном, Петре Великом и Николае Кровавом. При Иосифе Сталине, Франклине Рузвельте, Адольфе Гитлере и Уинстоне Черчилле. При Кеннеди и Хрущеве. А также при дальнейших властях и лидерах вплоть до наших дней. Причем при лидерах из начала этого списка (то есть при Юлии Цезаре или Иване Грозном) таких людей было вообще 99%, уж не будем огорчаться десятыми долями. Это люди, которые прилежно и тяжело работают в поле или на фабрике, а в последние десятилетия — в офисе и за прилавком. Работают, мягко говоря, неизменно. А жестко говоря — безнадежно. То есть без всякой возможности всерьез переменить участь. Но это вызвано вовсе не желанием жертвенно помочь родине и ее гражданам. Фраза «крестьяне кормят нас хлебом», или «рабочие делают для нас машины и мебель», или «продавец стоит ради нас за прилавком» — это либо метафора на грани жульничества, либо невежество на уровне девятого класса средней школы. Ну или какое-то совершенно комичное толстовство: добрый хлебопашец несет свежевыпеченный каравай в подарок графу-писателю, «великому креаклу земли русской». Нет! Они трудятся, потому что зарабатывают себе на пропитание, одежду и жилье, вот и все. Не будут трудиться — с голоду помрут, а этого им, естественно, не хочется. Поэтому нет никакого резона фетишизировать сам факт, что какие-то граждане каждый день рано утром идут на тяжелую работу. Конечно, эти люди в подавляющем большинстве случаев не виноваты, что оказались в этой мрачной социальной зоне. Но уж как стасовалось, так и выпало. Больше того. Какое-то количество упорных и одаренных людей постоянно выбивается наверх. Но примерно столько же людей вялых и неумных одновременно опускается вниз. В эти самые четыре пятых. Этих людей не надо осуждать за их темноту: они, повторяю, в этом не виноваты. Далее, эти люди обладают всей полнотой человеческих, гражданских и политических прав, разумеется, включая избирательное. Любая попытка ограничить эти права чревата обрушением всей социально-политической конструкции современного государства и должна — на мой взгляд! — решительно пресекаться. Но ни в коем случае нельзя ориентироваться на их суждения, ценности и жизненные устремления. Потому что эти люди ни в коей мере не являются кладезем морали. Скорее наоборот. Именно они, как показывает история, громят и убивают во время Варфоломеевских и Хрустальных ночей, линчуют негров, пишут доносы на друзей-соседей, а также на лично не знакомых киноартистов и военачальников, а когда в их городок приходит эшелон с депортированными поволжскими немцами, кидают в стариков и детей комья грязи с криками «Фашисты!». Именно они покупают акции банка Джона Ло, компании Панамского канала и МММ. Именно они поддерживают и одобряют любую власть и радостно повторяют слова, услышанные по радио или от государственных пропагандистов. Они даже не аморальны. Аморализм — это ведь тоже этическое учение, требующее определенного напряжения ума и некоторых знаний. Они чаще всего бывают имморальны, то есть вне морали. Им почти недоступны категории добра и зла, выходящие за пределы их повседневного быта, за пределы сиюминутной личной выгоды. Именно сиюминутной, потому что задуматься о сколько-нибудь отдаленных последствиях своих поступков они не в силах. Когда читаешь про зверства фашистских оккупантов и их подручных на советской территории, перед глазами встает масса однотипных историй. Человек пошел в полицаи к немцам, чтоб сытнее жить (как раньше за этим же устраивался в советскую милицию). Человек шел с базара, увидел: люди евреев в землю живьем закапывают. Стал им пособлять. А вот пошел бы другой дорогой или в другой час — и не совершил бы «преступлений против человечности». Андрей Амальрик о том, какие национальные идеи нас вдохновляют «Чтобы никому не было лучше, чем мне» После того как президент России процитировал Бердяева, для кремлевских чиновников организовали своеобразные курсы повышения квалификации. На семинарах... → Ах, не о человечности речь! Он даже не понимает этого слова. Куда там! Речь о простом расчете: неужели он, этот внезапный пособник нацистов, действительно думал, что фашистский рейх победил и окончательно утвердился на нашей земле? Что Красная армия никогда не вернется на эту землю и никакого возмездия не будет? Уверяю вас, он ничего подобного не думал. Ага! Значит, он думал, что убежит от вернувшихся коммунистов в Германию? Вместе со своими новыми хозяевами? Да нет же! Он вообще ни о чем не думал и ничего не планировал. Он просто убивал вместе со всеми. Потому что в его душе был нерастраченный (и вечно пополняемый) заряд злобы, жестокости, ненависти. Откуда эта беспредметная ненависть? Вернее, поначалу беспредметная, всеохватная злоба, ярость и желание грызть того, кто рядом, а потом настойчиво ищущая свой объект — кого ненавидеть, кого убивать — и радостно его находящая. Откуда? От темноты и невоспитанности души. Человек от природы зверь, и, как писал Саллюстий еще в I веке до н.э., «Omneis homines, qui sese praestare student ceteris animalibus, summa ope niti decet», что в переводе значит «Все люди, которые хотят превосходить остальных животных, должны стараться изо всех сил... чтобы не жить как скотина, которая зависит только от своего желудка». Стараться стать людьми, то есть существами с разумом, честью и состраданием. То же самое происходило и с самими оккупантами. Они мало-помалу втягивались в расправы с мирными жителями. В обоих смыслах слова. Были втянуты командирами, и сами как-то помаленьку втягивались в это дело. Несмотря на лицемерно-благородные «десять заповедей немецкого солдата», розданные войскам перед вторжением. Дескать, немецкий солдат есть рыцарь, воюет не с народом, а с жидо-большевиками, а народу он покровитель, освободитель и все такое прочее. Но рыцарь рыцарем, а запах свежей крови сильнее любых заповедей. Это неправда, что мирных жителей уничтожали только эсэсовцы, да и то не всякие, а только в черных мундирах, а остальные были просто солдатами. Увы, нет. Я читал поразительные воспоминания немецких летчиков. Сначала они натурально блевали от ужаса и отвращения к самим себе после бомбежек мирных кварталов. А потом успокаивались. Потом привыкали, втягивались, увлекались. А уж месяца через три, возвращаясь на аэродром после воздушного боя и заметив на земле телегу с крестьянином или ребенка, бредущего с котомкой, не отказывали себе в удовольствии снизиться и поохотиться. Этак из пулемета, на бреющем полете. Потом, то есть совсем потом, после капитуляции и плена, они каялись. Это были покаянные мемуары. Написанные — важное уточнение! — в ходе принудительной денацификации. Просто так, с бухты-барахты, четыре пятых населения никогда не кается. Но если серьезно и авторитетно попросить, поставив танк в родном переулке и приставив дуло к затылку, тогда с милой душой. И покаемся, и рубище на груди раздерем, и главу пеплом посыплем — разрешите обратиться, пепел ваш или с собой приносить? Так точно. Будет сделано. Почему так трудно признать геноцид – геноцидом, а репрессии – репрессиями Кровь предков По какой причине люди так боятся признавать позорные страницы истории своей страны, тем самым ассоциируя себя с тиранами? Ведь именно это умение... → Да что там летчики — технически подкованные, но в общем-то простые ребята. Писатель Генрих Белль признается, что поначалу с презрением наблюдал всю эту вакханалию грабежа, которая развернулась на оккупированной земле, когда офицеры и солдаты посылали в рейх все, что можно упаковать, от драгоценностей и тканей до всякой снеди. Но потом тоже втянулся и увлекся. Писал маме, что вот, дескать, сварил вкрутую две дюжины отборных яиц и посылаю с приветом из России. Мне хочется надеяться и верить, что великий немецкий писатель, гуманист и моралист все же не принимал участия в уничтожении мирных жителей. Но остается проблема сиюминутной личной выгоды: и немецкие оккупанты, и русские коллаборанты, и мирные советские люди, настрочившие миллионы доносов, действовали не столько из свирепости, сколько из желания урвать кусочек — отрез на костюм, швейную машинку, должность в тресте, лишнюю комнату в коммуналке. Но ведь это и есть свирепость высшей пробы — убить соседа за нужную в хозяйстве вещь. Истребить или поработить целый народ ради его полей, шахт и заводов. Тут непонятно, что раньше, жестокость или алчность. Наверное, это какое-то первичное, нерасчлененное, младенчески-зверское желание — сожрать, тем самым убив. А потом — убить, чтоб сожрать. И наконец, убить просто так. Щекоча свои чувства, ярко вспоминая о насыщении (то ли брюха, то ли эмоций — без разницы). Не надо иллюзий насчет четырех пятых. Они же 80%. Однако остается культура. Та, которая издревле запретила людям инцест и каннибализм, то есть, через понятные логические ступеньки, запретила изнасилование и убийство. Задача образованных и умных людей, говоря словами Саллюстия, «summa ope niti». То есть изо всех сил стараться, чтобы 80% превратились в 75, 70, 60%... Чтобы темнота и рождаемая ею ненависть отступали, скукоживались под жарким светом разума. Но горе государству, где политический класс ради сиюминутной выгоды делает ставку на все самое мрачное и злобное в народе. Тут уж действительно 80% могут превратиться в 86%, а там и в 99%. Как во времена Юлия Цезаря или Ивана Грозного. Оно нам надо?