"Вас задолбало, что некоторые постоянно меняют рецептуру блюда? Как я вас понимаю! Мне в детстве тоже повезло: моя бабушка обожала готовить, плюс к этому — она максималистка.
http://zadolba.li/
К примеру, тебе понравился борщ и ты — о ужас! — сказал об этом бабушке? Отныне и присно бабушка будет готовить тебе только его. В каждый твой визит на столе борщ. Если ты у неё в гостях на каникулах, то — бинго — борщ ты будешь есть каждый день. На пятый день бабушка спрашивает, почему ты не ешь борщ, ведь ты его «так любишь». Отвечаешь, что как-то поднадоело, неделю одно и то же. Бабушка смертельно обижается и в ближайший год-два борща тебе больше принципиально не готовит: «Тебе же тогда не понравилось».
Ты заикнулся, что хочешь на ужин омлет с укропом? Что ж, слово внучка́ — закон для любящей бабушки. Но учти: укропа в тарелке будет больше, чем яиц. Для кровиночки ничего не жалко. Опять не ешь? Но ты же сам просил!
Яйца — вообще отдельная песня. В девяностые годы на страну обрушился сальмонеллёз. Страшное дело! Дабы оградить любимых внуков от страшной заразы, бабушка жарит яичницу в режиме «напалм». Белок в яишенке тёмно-коричневый и хрустит, желток твёрже, чем у яйца, сваренного вкрутую. Зато заразы точно нет! Почему нельзя было отказаться от яичницы совсем — до сих пор загадка.
Сестра не любит жирное мясо и особенно свинину? Ну что она понимает, глупенькая! Вот возьмём кусочек пожирнее, польём майонезиком — и съест как миленькая! И пельмешки сделаем из чистой свинины. Ребёнок растёт, ему нужна энергия! Да, сестра потом очень энергично блевала в ванной, помню-помню. Бабушка охала под дверью: «Как же так, Светочка, неужто несвежее попалось? Ой-ёй, ты ж страдалица моя!» Бабуля, Света предупреждала тебя, что не хочет жирное. Но ты же знаешь лучше. Она предупреждала, что не будет есть много. Но для тебя же слово «много» не существует. Всё, что до центнера — это полпорции.
Знаете, у меня растут свои дети, у сестры вот-вот родится первенец. Перед тем как везти их к тёще или к своей родне, проинспектирую кухню, честное слово."
****
"Меня задолбала манера некоторых людей делать из вкусной пищи и аппетитных блюд откровенную гадость, особенно посредством всяких усовершенствований и замены составляющих. Как пример — моя собственная бабушка, которая у нас заправляла кухонными делами. Только съехав от неё после замужества и начав готовить сама, я поняла, почему в детстве накормить меня было целой проблемой.
Бабушка всегда сокрушалась насчёт меня: «Ну почему, как в гости к кому-то придём, она ест всё, а дома накормить её можно только со скандалом?» Просто включаем логику и получаем ответ: значит, в гостях вкуснее. И это касалось не только гостей, но и школы, магазинов, кафешек и родственников.
В школе я всегда за обе щёки уплетала котлеты в столовой, тогда как от домашних отказывалась. И как-то бабушка попросила меня принести ей котлетку на пробу. Я принесла, она попробовала и заявила: «Ну и чего такого? У меня вкуснее! Я туда лучок ещё добавляю!» Ничуть не вкуснее — это было нечто размером с тарелку, истекающее жиром, из жёсткого фарша с огромными шматками того самого лука. Склизкую и жёсткую котлету обычно невозможно было прожевать, а количество перца в ней зашкаливало.
Когда мне впервые налили морковный сок, я тут же влюбилась в этот напиток. Морковь у нас была своя, с огорода; как только она вырастала, мама делала мне сок почти каждый день. Всё закончилось, когда за дело взялась бабушка. Зачем, ну зачем ты туда добавила сметану и заставила это пить?! После нескольких порций этой бурды от сока я отказалась наотрез.
Долго я не могла понять, почему дома с трудом ела сырники, поливая их мёдом и вареньем, а в гостях уплетала их за обе щёки, пока мама не сказала мне: по рецепту в сырники добавляют сахар. И тут-то до меня дошло: когда мама заболела сахарным диабетом (мне было семь лет), бабушка перестала в творог класть сахар, а положить заменитель, который ела мама, она не догадалась. Сырники получались настолько кислыми, что их не спасали ни мёд, ни варенье.
С ними же связана другая неприятная история. Бабушка была свято уверена, что если продукт испортился, то надо его пожарить, и всё будет съедобно. Ну, или добавить этот продукт в другое блюдо. Как будто это поможет! Найдя в холодильнике залежавшийся творог, она налепила сырников, которые я потом и съела, придя с учёбы. Надо ли говорить, что весь вечер я провела в обнимку с унитазом? Когда начали всей семьёй искать причину отравления, бабушка лишь невинно заявила: «А что такого? Творог пах уже неприятно, но не пропадать же ему! Я сырников и сделала». Именно поэтому дома я всегда старалась есть что-то максимально простое, с подозрением относясь ко всему жареному, супам и кашам.
Кстати, насчёт каш: я так и не поняла, зачем в гречку с молоком бабушка клала тот самый пресловутый лук и огромное количество сливочного масла. Лук я находила везде, даже в тарелке с овсянкой или картошкой-пюре. Бабушка очень любила возмущаться, что её пюре с луком есть никто не хочет.
Супы никогда не напоминали супы — скорее, смесь остатков вчерашнего ужина, слегка разбавленную водичкой. Надо ли говорить, что именно в супах была большая вероятность наткнуться на что-то тухлое или просроченное? И даже любимые бабушкой приправы от вермишели «Роллтон» супы не спасали. Иногда в супе плавал кусок мяса или курицы со шкурой, хрящами и костями. Когда я была совсем маленькой, это самое мясо я тишком кидала кошке.
Для меня всегда было праздником, когда готовила мама. Надо ли говорить, что мамина стряпня всегда съедалась подчистую? Конечно, многие могут сказать: коли не нравилось, готовила бы сама! Но к сожалению, в детстве это было невозможно, а как только я стала постарше, всегда старалась делать что-то отдельно для себя. Но удавалось это не всегда — меня нещадно гнали из кухни либо заставляли есть уже что-то приготовленное, три дня стоящее в холодильнике. Любимый бабушкин девиз: «Пока не съешь, из-за стола не выйдешь».
Мораль такова: если не умеете готовить, не беритесь за это дело и тем более не впихивайте свою кулинарию в детей. Мне всегда было противно наблюдать, как в детей запихивают всякую гадость, да ещё удивляются, что они её не едят. В детстве я одно время даже прятала еду под стол, что бы потом тихонько выкинуть её в мусорное ведро. Из-за некачественной еды у меня слабый желудок, нарушение аппетита и подозрение к любым незнакомым блюдам, которые я изучаю чуть ли не под лупой. Так что если все вокруг постоянно отказываются от того, что вы приготовили, то это повод задуматься. И в первую очередь — вам!"
***
"Когда я был маленьким, мать и бабушка очень любили «баловать малыша оладушками». Всё бы хорошо, но они каждый раз добавляли туда тёртый лук, и из вкусного лакомства оладьи превращались в малосъедобное нечто. Я плевался, упирался, но совладать с двумя взрослыми женщинами не мог.
— Это же вку-у-усно! Поку-у-ушай! — с коровьей интонацией цедила мать, пихая мне в рот очередную оладью.
— Сам просил, какого чёрта не жрёшь? Это же вкусно! Мы и лучку добавили, чтоб вкуснее было! — выходила из себя бабка.
— Не надо добавлять лук! — каждый раз просил я, надеясь хотя бы в этот раз именно полакомиться, но в ответ получал опять груду оладьев с луком и коровьи глаза:
— Как это без лука? Без лука же невкусно! Да что ты понимаешь, дурачок!
Я вырос, женился. Моя жена с пониманием отнеслась к тому, что я не приемлю лук в оладьях. Но меня вывело из себя, когда она стала сыпать в суп упирающемуся сыну укроп, повторяя те же коровьи интонации:
— Как это без укропа суп? Это же вку-у-усно! Да что ты понимаешь, дурачок!
Вот такое чувство, что дети — не люди, и у них никак не может быть собственного вкуса. А тот, что есть — да дурачки ещё, вот вырастут…"
****
"Родня спрашивает, почему я не приезжаю к ним подольше погостить с дочкой в квартиру и на дачу. И продолжают спрашивать, сколько бы раз я им честно ни отвечала, что не могу у них ничего есть.
Я не могу быть уверена в свежести вашего борща, потому что в детстве неоднократно наблюдала, как вы кипятили забродивший суп, хотя у меня всегда был слабый желудок (уж не вашими ли стараниями?). Зловоние разносилось по дому, я отказывалась от еды, меня наказывали.
Я не могу быть уверена в овощном салате, ведь вы так любите покупать подпорченные овощи по дешёвке, а потом срезать у них подгнившие и заплесневелые бока, так что в итоге получается даже дороже и совсем не безопасно.
Я не могу есть мясные или рыбные блюда, ведь вы свято верите, что если продукт лежит в холодильнике, то он бессмертен. И даже вкуснее, если недельку-две там настоится! А даже если вы решите положить его в морозилку, то размораживаться он потом будет не меньше суток на веранде или крыльце, облепленный мухами, заветрившийся.
Я не хочу пить с вами чай, потому что вы считаете, что торт нужно покупать за неделю до праздника. А ещё вы ни за что не покажете мне его коробку, потому что считаете, что гости ничего не заметят, если не сказать им, что торт просрочен.
Я не оставлю ребёнка с вами и на полчаса, потому что вы уже пробовали накормить его горошком, который месяц стоял открытым в холодильнике, свято веря, что «это консервы, они могут храниться годами». Могут, если они закрыты, вашу раздери!
Я не разрешаю своему ребёнку есть «морковку прямо с грядки». Не потому, что я не люблю своего ребёнка и обожаю всё химическое, а потому, что вы её только что помыли в бочке, вода в которой откровенно цветёт, а обилие живности в ней заметно невооружённым взглядом. К тому же, перед походом за урожаем вы не помыли руки после выливания содержимого дачного туалета.
Да, я приезжаю на дачу с пятилитровкой чистой воды, которую я кипячу в своём ковшике и завариваю себе и дочке кашу в пластиковых коробочках не для того, чтобы обидеть вас. Но всё-таки вода из колодца, которая при кипячении даёт обильную жёлтую пену… Я не буду вам ничего говорить: я вас люблю, вы мои родители, бабушки и дедушки. Просто так нельзя. Это не капризы, не брезгливость, не «ой-ой-ой, какие мы нежные». Вы говорите с человеком, который ходит в затяжные походы и может жить пару недель с ребёнком в лесу, питаясь тем, что поймал и собрал. И при этом, что самое главное, все остаются здоровы и живы, в отличие от попыток посидеть за праздничным столом вместе с вами…"
