Перейти к содержанию
cartesius

Занимательные истории

Рекомендуемые сообщения

Я опять напросился в гости к доктору исторических наук, профессору Марии Сергеевне.
Всегда к ней напрашиваюсь, когда нужна срочная консультация по сложному историческому вопросу, а интернет абсолютно не в курсе дела.
Мария Сергеевна – маленькая семидесятипятилетняя старушка с вечной «беломориной» в зубах, не вынимая папиросу изо рта и умудрившись не обжечь, она поцеловала меня в щёку, взяла тортик и повела в комнату.
Минут через двадцать к нам заглянул старичок – муж Марии Сергеевны. Поздоровался и, картинно заткнув нос, недовольно сказал:

- Маша, ты-то ладно, но зачем же гостя так обкуривать, посмотри, он уже весь зелёный от твоей дымины.

Старушка поднялась с кресла, подошла к мужу, ловко перекатила во рту папиросу, сделала торжественно-грустное лицо и вдруг начала руками изображать небольшие плавательные движения, вроде как брассом.
Старичок посмотрел очень строго, потом неожиданно рассмеялся, поцеловал жену в лоб, сказал: - «Маша, ты - дурында» и вышел из комнаты.
Мы вернулись к нашим Персидским царям, но Мария Сергеевна вдруг перебила меня и говорит:

- А ведь со стороны я действительно выглядела как дурында: мужу не нравится мой табачный дым, а я ему показываю - плыви, мол, отсюда.
На самом деле – это очень древняя история. Однажды, больше сорока лет тому назад, мы с мужем на «Запорожце» поехали дикарями в Крым. Это было наше свадебное путешествие. Скалы, море, палатка, вокруг ни души. Красота. Чего ещё желать?
Незаметно пролетел месяц и наступил последний вечер, утром на рассвете нужно уезжать. Час ночи, луна за облаками, на море лёгкая рябь. Пока я спала, муж решил немного искупаться напоследок, попрощаться с морем. Он и сейчас как рыба плавает, а тогда и вообще был капитаном университетской ватерпольной команды. Заплыл, значит, мой муж метров на триста, полежал на воде, понырял, чувствует – холодновато стало, пора бы и возвращаться.
Но тут он осознал, что после ныряний, не очень-то соображает - где горизонт, а где берег? Куда плыть? В темноте даже собственных рук не видно. Пробовал плавать зигзагами, вдруг берег нащупает, да где там, ориентиров никаких, получались не зигзаги, а неизвестно что. Пробовал кричать, тоже толку никакого, палатка наша за горкой, да еще и ветер свищет. Кричи – не кричи, только силы тратить. А до рассвета ещё очень далеко, продержаться нереально, замёрзнешь. В общем, дело – труба.
И вот, когда мой бедный муж уже начал прощаться с жизнью, вдруг, далеко-далеко, он заметил спасительный огонёк: а это его любимая молодая жена Мария Сергеевна проснулась и попёрлась к морю покурить, подальше от палатки, чтобы не застукал строгий, некурящий муж.
И когда он, полуживой, выполз на берег, отплевался, отдышался, то на радостях клятвенно пообещал, что больше ни разу в жизни, до конца своих дней не упрекнёт меня за курение."

  • Upvote 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО
США. Штаб - квартира "Гринпис"
от сумчатого опоссума Пети, проживающего в России и умеющего писать по русски.
Дорогой "Гринпис"! Обращается к вам сумчатый опоссум с просьбой вернуть меня на историческую родину или в любое другое место. Лишь бы подальше от пятиэтажного котеджа в престижном районе города Новосибирск. И сейчас вы поймете почему.
Родился я в Новой Зеландии и там же чуть было не достиг половой зрелости. Но однажды меня повстречал отдыхавший в наших краях "новый русский" и на всякий случай купил.
Когда он привез меня домой, его жена спросила: "А это что за урод? " Я понимаю что экзотичен, но не до такой же степени! "Новый русский" долго вспоминал мое название и наконец сказал, что я - "Сумчатый PETEK"! Жена обозвала меня Петей оставила жить под семнадцатым телевизором в третьей гостиной.
Кормить они меня пытались по научному. За большие деньги наняли крупного специалиста, который заявил, что из пищи я ем только ростки молодого бамбука... Так я впервые в жизни попробовал молодой бамбук! Было отвратительно. Пришлось поступиться принципами и воровать верблюжью колючку у гамадрила, который по соседству свил гнездо в четвертом камине десятой спальни. Его тоже кормят по научному, поэтому колючку он не ест, а питается чем попало. Один раз даже на меня набросился! Съесть хотел!... Да съел то всего ничего, больше обслюнявил. Но вспоминать неприятно!
Затем хозяева предприняли попытку моего размножения в неволе. Они привели мне самку опоссума. По крайней мере они так думали, что самку. На самом деле это был матерый самец, который подошел ко мне и спросил: " Ну, земляк, что делать будем? "
"В каком смысле? " - не понял я. "В физиологическом! Они ведь не отстанут! Будут крутить нам порнофильмы и подсовывать "Плейбой". Пока мы с тобой, так сказать... " Я конечно за продолжения рода, но не таким же способом! Ну не могу я увлечь под телевизор и страстно набросится на этого... "Ты не обольщайся!. - прочитал мои мысли матерый самец, - это тебя с самкой перепутали! Так что делать то будем? " И пришлось таки нам десять часов подряд всем вместе смотреть порнофильмы и листать "Плейбой".
А как то раз в дом ворвались бандиты в масках и перепутали гамадрила с "новым русским". Они пытали обезьяну утюгом и спрашивали, где деньги спрятаны. Так ведь это мерзкое животное под пытками научилось говорить! И какие были его первые слова? "Спросите у опоссума. Он знает! " Тогда бандиты стали пытать меня. Пришлось так же овладеть членораздельной речью и некстати им заметить: "Вы забыли утюг включить! " Это был тонкий расчет. Бандиты сказали гамадрилу: "А ты, скотина, почему про утюг молчал? ", снова принялись мучить этого гада.
Недавно я обнаружил в морозильнике десятого холодильника живого пингвина. Он там маскировался под куриный окорочок. Я спросил где он жил до этого, на что пингвин ответил: "В третьем холодильнике. Но там кончились пельмени. " Потом он сказал, что отсюда живым еще никто не уходил. И мертвым тоже. А также попросил меня после смерти похоронить его на Родине, в третьем холодильнике.
Но что самое ужасное, вчера хозяева принимали гостей. Один из них оказался гурманом, в самом извращенном смысле этого слова. Он сказал, что очень уважает жаркое из опоссума. Хозяева как - то виновато на меня посмотрели и пригласили всех прийти через неделю на вечер экзотических блюд. Теперь у меня осталось немного времени и небольшая надежда, что начнут с гамадрила. Поэтому, дорогой "Гринпис", не сидите сиднем, а делайте что - нибудь, делайте! Пока редкий вид животного не стал реже еще на один экземпляр. Со зверским уважением, ваш сумчатый опоссум Петя.

  • Upvote 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Читаю воспоминание бывшего крепостного. Родился в голодный год. Неурожай. Помещица, в селе которой родился герой, на крестины его отпустила подарком полпуда ржаной и пуд овсяной муки. В семь лет героя определили в крепостное училище для обучения грамоте и церковному нотному пению. Помещица приезжала навещать своих учеников, своих крестников. Экзаменовала их. Придумала специальные круглые дощечки (не решился мемуарист употребить слово медаль, но написал «величиной с большую серебряную медаль, подобной той, что раздает Министерство государственных имуществ за образцовые молочные продукты»).

Так вернёмся к мальчику-то. Пошёл, как и все мальчики деревни, в училище. Грамота, церковь, медаль. На медали были порядковые номера по успеваемости. Героя нашего под номером один барыня решила лично проэкзаменовать. Барыня была образованная. Результатом своего педагогического эксперимента оказалась довольной. Показывала мальчика все иностранным гувернёрам своих детей, говорила, что и русские русских могу обучать не хуже, а то и лучше наёмных французов.
Выдала мальчику гостинец, который потом стал стандартом для всех отличников её школы: 50 коп. серебром, белых булок и "фунтовой коробки французского печенья". За этот гостинец и ласку мальчик был обязан в церкви без предупреждения подходить к барыне и целовать ей ручку. После чего шёл в господский дом и получал очередной пакет с булками и печеньем. Расписывался в специальной книжке, ставил дату. Барыня была русской, но ценила строжайший порядок. Когда барыня со своими "фрейлинами" лично собирали ягоды для варенья ( у барыни было 5000 душ крепостных и около миллиона рублей в банках, не считая ста тысяч десятин чернозёма), она заезжала к мальчику и "засыпала его подарками и ягодами".
Один из господских домов своих барыня решила украсить регулярной рощей по английскому образцу. Деревья выкапывались из земли и с корнями по сто пятьдесят пудов перевозились на место "их нынешнего процветающего благополучия". Всё барыне было по силам. Был при усадьбе сад фруктовый и липовый парк ещё и сосновые аллеи. 
Завела "дом для приюта" бедных и немощных. В одном отделении под вывеской "Дающего рука да не оскудевает" проживали нищие дворянки. В другом отделении проживали "благообразные старички и старушки из простых". Вёлся специальный опять же дневник. В который вписывались результаты труда подопечных бедных и немощных. Дворянки занимались делом благородным: вязали чулки, плели кружева, вышивали шелком, варили варенья, солили и мариновали фрукты, грибы. Простые престарелые тоже без дела не посиживали. Вывозили продукцию из дома для приюта возами. 
Рядом с приютом была картинная галерея со свободным доступом всем. У крестьянской молодёжи была игра - со свечой пробежать по этой галерея, обмирая от ужаса. Живые лица на полотнах и досках! При свете свечи ещё более живые. Обмирали многие, но добегал к выходу. Барыня не препятствовала. Говорила, что так лучше запомнят. Ночь в музее - это не продукт, ввезённый нам недавно. Это наша традиция. Более креативная, кстати, чем нынешняя практика. 
За галерей была бесплатная аптека. Для всех занемогших. Барыня много ездила в Европу. Любила Германию. Рецепты проверяла, за ходом лечения наблюдала, велись записи.
Барский дом стоял в окружении разнообразного сезонного цветника ( из поместья Мальборо идея), вокруг цветника был второй круг из каштанов ( Париж, Париж) Сбоку тсояли оранжереи, в которых тюльпаны, лилии, левкои, лаванда и прочее. 
Третий круг вокруг дома был из дубов. Аллеи посыпались ежедневно свежим песком. Вдоль аллей стояли кустарники с мелкими розами. Чуть поодаль -больница. Больница была с отделениями: простудным, лихорадочным, горячечным, хирургическим и для "умалишенных и совершенно бешеных людей". При больнице постоянно были нанятый врач, фельдшер и вспомогательный женский персонал. Фельдшер и женский персонал были из крепостных. Через двор от больницы, обсаженный "лекарственными шалфеями и мятами" , располагались помещения для живописцев ( часть работ из картинной галереи именно их произведения). Живописцев учили в Санкт-Петербурге. Одного отправили в Италию, но он там быстро пропал. От дома к деревне вела дорога, обсаженная особо густыми ракитами. Тень. Крестьянам не надо было щуриться при подъезде к барскому дому, лошадям было прохладнее. Немцы посоветовали. На ветвях этих ракит барыня развешивала собственноручно испеченных "жаворонков" в день 9 марта (по стар.стилю) на "Сорока сороков". Пшеничные жаворонки барыни предназначались крестьянским детям. Ржаные с патокой - всем желающим. Чуть поодаль была пасека на сотни три ульев. А ещё чуть поодаль - на 1000 ульев. Сама барыня любила "мёд дикий". А пасечный шел на продажу. 
Неподалёку от дома барыни стояли дома для барской дворни. Список дворни надо посмотреть, а тов вечно представляем в виде дворни или плесневелых старух, лакеев, разбитных девок или упырей с кнутами и кровавым глазом под чубом. В домах для дворни жили крепостные слесари, кузнецы, садовники, повара, сапожники, юристы, живописцы, музыканты, певцы, агрономы, землемеры, конторщики, управляющие отраслями. Все по происхождению крестьяне, все из пяти соседних деревень, все родственники и сродственники. От домов крепостной дворни к барскому дому вели аллеи "из одних махровых душистых роз". Напомню, что барыня была очень проевропейская и находилась под сильным влиянием практической философии и натуральной пользы "позитивизма" с оттенком в английский "утилитаризм". Читала журналы на эту тему. Поэтому розы с кустов использовали для изготовления розовой воды. Для этого из Парижа был выписан особый "деликатный перегонный куб парфюмерный". При парфюмерном перегонном кубе трудилось трое специалистов, один в Париже учмился ( он куб и привёз), другой ездил в Персию, третий учился варить особое мыло в Дрездене. Все они, конечно, были крепостными. Сбоку - оранжерея для дынь. Под теплицами ягодными - три гектара. Стеклили теплицы своим стеклом свои люди. Вокруг теплиц - гряды с пряными травами. Ниже по склону стоял "нижний фруктовый сад" - это для крестьян, пусть сами там, что хотят.
Дороги в имении были восточнопрусского образца - с двумя канавами по бокам. Дороги сходились к специальному двору , на которых стояли "застольные" - столовые для приехавших и обитающих, У каждого был специальный талон ( барыня читала Фурье и знакомилась с идеями другого социалиста- утописта Оуэна), Талоны были нескольких видов: для приехавших недворян, для приехавших без цели, для приехавших служивых по казенной надобности, для чистой прислуги, для "дворовых одиноких работников", "для крестьян" и для "странников". Талоны были разноцветные, печатались в своей же типографии. Печатник при ней был. Правда, не свой, не родной, куплен в Курской губернии. Над обедающими звонил бельгийский колокольный аппарат, играл приятную музыку. По праздникам мерно били в двухпудовый простой колокол, установленный тут же. Нал колоколом был установлен английский флюгер, который указывал, понятно, направление ветра, а кроме того ещё и имел на себе барометр.
Хозяйство при имении было образцовым. Барыня умела редкий дар извлекать полезное из всего. Поля, леса, луга, огороды, сады, пасеки, мясное и молочное производства, налаженные голландцами. Сыры, сливки, солонина, ветчина. Фабрика по выделке полувальных ремней, сбруи, обуви: козловый, опойковый и выростковый товар на сапоги, подошвы для армии. Птичник снабжал пухом, шедшим на экспорт. Конный завод, который специализировался на орловских рысистых. На полях работали крепостные тоже.На молотильных машинах завода Бутеноп " с зубчатыми приёмными цилиндрами". Кроме молотилок барыня закупила австрийские паровые веялки Дриззе. Выстроили восемь элеваторов с американской системой вентилирования ( фирма "Браззер Крэйг") Паровая мельница была ( "Кёльнтриуф") Работала прессовая французская маслодавильня ( с отделениями: конопляное масло, масло ореховое, маковое и подсолнечное). Запустила барыня ткацкую мануфактуру при имении: на своем сырье гнали на мануфактуре от тонкой "тальки" до "хлопковой ваты" ( хлопок имитировали). Шли полотна "мешковая" и "дерюжная" потоком.
Заботилась барыня о здоровом питании: специально собирала "зеленую рожь, зеленую пшеницу, зеленый ячмень". В восковой спелости. Просушивала её, вызревала в специальной сушильне, дробила грубо и заливала молоком на завтрак себе и детям. Это за полвека до Джона Келлога с его хлопьями и прочими полезными опилками.
В голод 1840-1841 года, когда цена на рожь доходила до 10 рублей за четверть (примерно 200 кг), барыня раздавала свой хлеб крестьянам и на новый посев выделили зерно. они же крепостные. Её. Подданные её страны. Она и флаг повесила со своим гербом над главной резиденцией своей. Когда барыня была не в духе, флаг приспускали. Это считали удобной деликатностью.
Конечно, со странностями была барыня. Была жестокой иногда. Была иногда капризной. Я сейчас не про это. Она для крестьянских детей построила парк развлечений, чтобы не бились по оврагам и не топли в прудах: качели, карусели, гигантские шаги, розыгрыши призов (пряники, ленты, бусы, леденцы).
Когда барыня умирала при ней был очень близкий ей человек. Доктор.
- Есть ли надежда на жизнь?
- Никакой! 
- Спасибо за правду...
Протянула руку для поцелуя, отвернулась и умерла.
Когда Варвара Петровна Тургенева скончалась, ей наследовали два её сына: Николай Сергеевич и Иван Сергеевич Тургеневы. Ходили слухи, что в завещании было сказано: "Всем крестьянам объявляю свободу на правах государственных крестьян..." Но огласили завещание другое.
Иван Сергеевич (сентиментально занятый душой и литературой) и Николай Сергеевич (не занятый, как кажется, ничем) немедленно вернули в имении Спасское-Лутовиново барщину. Были заброшены "Наряд ежедневных работ" и "Руководства по аптекарскому отделу". Как и десяток подобных инструкций. Уволили всех наемных специалистов. Вырубили там, заровняли здесь. Крестьян погнали в поля на 
барщинные отработки.
Через пять лет не осталось ничего. Крестьяне любили Ивана Сергеевича. Он был человеком очень хорошим. Это правда. Очень и очень хорошим. Его крестьяне так и называли "добрый барин". Ещё они его называли "слепой". Он на охоты свои за рассказами ходил с собаками по молодому овсу, а это ведь грех-то какой! Слепой значит. не может зрячий по восковому овсу с собакой ходить. Вернувшись с очередной гениальной охоты, Иван Сергеевич пообещал дать вольную Ивану Козлову. Чтобы в город уехал, учмился. Через два месяца Ивана Козлова отдадут в рекруты и он помрёт от холеры на Кавказе.
Маму свою Иван Сергеевич (человек хороший и вольный от крепостного безумия) описал в рассказе "Муму". 
А про Ивана Козлова не написал отчего-то ничего. Как не написал про судьбы всех этих юристов, агрономов, аптекарей, ткачей и наладчиков машин, которых вышибли из их академгородка и бросили полубар-полухолопов на жнивьё. Дольше всех продержался двухпудовый колокол. Он упал на барометр, но уцелел среди разоренного двора. Наверняка, барометр что-то успел звякнуть колоколу, что-то про "великая сушь...би квайет, кэп, грейт дэй", но колокол английский не понимал . 
Человек создает вокруг себя добро не по своему желанию, а просто живя так, как может.

  • Upvote 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Дорогой супруг,

Я пишу тебе это письмо, чтобы сказать, что ухожу от тебя. Я была прекрасной женой все эти 7 лет и не получила взамен ничего. Предыдущие две недели были сущей пыткой, но последней каплей стал звонок твоего начальника, который сказал, что ты уволился.

На прошлой неделе ты пришел домой и не заметил ни моего маникюра, ни новой прически. Ни-че-го. Ты не за метил, что я приготовила тебе на ужин любимое блюдо и купила новый пеньюар.

Ты поел ровно за 2 минуты, посмотрел футбол и ушел спать. Ты перестал говорить, что любишь меня; ты даже не прикасаешься ко мне. Я не знаю, действительно ли ты разлюбил меня или притворяешься, но я ухожу.

P.S. Если захочешь найти меня, просто знай, что мы с твоим братом уехали в Западную Вирджинию.

Всего хорошего! Твоя бывшая жена.

 

Дорогая моя бывшая жена,

Ничто не могло обрадовать меня больше, чем твое письмо. Согласен, мы были женаты 7 лет, но все эти годы ты была далека от понятия идеальной жены. Я смотрел матчи, чтобы отключиться от твоего бесконечного ворчанья и нытья. Плохо, что это не помогало.

Я видел, что ты подстриглась, просто первое, что пришло мне в голову: “Ты выглядишь как мужик”. И я промолчал. Мама учила меня молчать, если я не могу сказать ничего приятного. Что же до моего любимого ужина, то ты, вероятно, перепутала меня с братом. Я 7 лет как не ем свинину. Твое неглиже я разглядел, но остался холоден, потому что на нем болтался ценник “49$”. Я очень надеялся, что это никак не связано с тем, что накануне брат занял у меня как раз 50 баксов.

Даже после всего этого я люблю тебя и верю, что мы могли бы пережить все это. Именно поэтому, когда я узнал, что выиграл в лотерею 10 000 000 долларов, я уволился и купил нам два билета на Ямайку. Я думал, что мы сможем начать все заново. Но придя домой, я обнаружил твое письмо. Ну что ж, наверное, ничто не случается просто так. Надеюсь, что ты будешь счастлива в новой жизни. Мой юрист сказал, что благодаря твоему письму ты не сможешь вытянуть из меня ни копейки.

P.S. Не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь, но мой брат Карл родился Карлой. Надеюсь, тебя это не смутит.

  • Upvote 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
19 часов назад, cartesius сказал:

Маму свою Иван Сергеевич (человек хороший и вольный от крепостного безумия) описал в рассказе "Муму". 

Прямо таки пособие по изречению "благими намерениями...".

Дал свободу, кто-то сдох с голоду остальные устроили революцию...

А про барыню-то как поучительно ... почему то Трамп вспомнился )))

  • Upvote 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Минет – пока варится кофе….

“Мама, что такое минет?”

Меня этот вопрос застал врасплох.

А вы как бы почувствовали себя в такой ситуации ?..

Дочке 14 лет. Субботнее утро. Она сидит в нашей малюсенькой, залитой солнцем столовой, ест любимую (не шучу) манную кашу, читает что-то по-русски… Идиллия. И вдруг такой вопрос.

Так, без паники. Надо выиграть время…

“Сейчас, кофе доварю и приду к тебе. Не хочу кричать.”

Полторы минуты выиграла.

Что отвечать? Послать к папе? Это он у нас доктор. Причем здесь доктор? Тем более что он недавно анекдот на тему рассказывал., вся соль которого в том, что мальчикам и девочкам по разному объясняют(дают-берут).Не стоит осложнять ситуацию.

Посоветовать в словаре поискать? В каком? Даля? Нет такого слова у Даля. И вообще такого слова нет. Это французский сленг. Есть феллацио и кунилингус. Нам Ханга все объяснила.

Что у меня с кофе? Время еще есть.

Свернуть

Так. В моей родной психушке, нам приходилось проводить экспертизу. По заказам разнообразных организаций. Отказываться от такой “нагрузки” было не принято, но работу можно было сделать честно и добросовестно. Однажды принесли нам некоторый текст. С просьбой проверить, не порнография ли? Как текст назывался я не помню. Вроде:”Техника современного секса.” Фотокопии. Текст и фотографии. Параллельно с такой же просьбой обратились в местный пединститут. Те не глядя постановили, что да- порнография. А мы мудрить стали, про критерии заговаривать, Про эротику вспомнили. А лейтенант, или кто он там был, пальцем в текст тычет и говорит:” А вот это слово разве на порнография?”

В то время у нас в лаборатории снимала комнатушку за перегородкой группа вычислительного центра. Не безвозмездно. Они нам результаты психологических обследований на компьютере обрабатывали. В 84-85 году. А!

Девочки из ВЦ не удержались и приняли участие в обсуждении.Из соседней комнаты. Лейтенант аж побледнел. Конспиратор хренов.
А девочки кричат: “Какое там слово? Минет, что ли? Пусть сюда идет, мы ему разъясним.”

Короче, мужика того, владельца и распространителя мы отстояли. Да и времена уже были не строгие. Начало перестройки.

О чем это я? Мне же отвечать надо. И тон правильный взять. Ханге хорошо, ее учили. Она профессионалка.
Стоп. А я кто? Я тоже крутая профессионалка. А профессия моя предусматривает прежде всего уточнение понятий и контекста.

Сколько у меня секунд осталось?

“Доченька, что ты читаешь? “Пять секунд.

“Унесенные ветром”, про Скарлет.”

Так!. Не было там минета. Там была Гражданская война, Ку-клукс-клан и ханжество. Куклуксклановцы в публичный дом для конспирации пошли и от ханжества глаза закрывали. А минета там не было.

Снимаю кофе с огня.

“Доченька, прочти мне все предложение, чтобы я могла объяснить в связи с контекстом.”
Была не была.

“Минет много лет, прежде ,чем Скарлет поймет…”

“Минет” поправляю я ударение, ставя его на первом слоге. Это глагол первого спряжения, совершенной формы. Неопределенная форма, или инфинитив – миновать. Обозначает это слово…

Дальше следует короткий, но занудный урок грамматики.

Чтобы неповадно было.

© Ольга Штерн

  • Upvote 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

про аборт есть старый советский анекдот..когда еще про минет не знали )) сын у папы спрашивает про пборт, тот после мучений ..у ну прочти.."волны бились аборт корабля"

  • Upvote 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
Цитата

 

Ездил в деревню к тёще.

Погрузился в пошарпанный блестящий вагон с грязными белоснежными занавесками на окнах, застелил неудобный мягкий диван и забылся беспокойным сном под равномерный стук колёс.

Утром проснулся тоже под стук колёс.

За окном проплывали унылые поля Ростовской области, засеянные ярко зелёными пожухлыми злаками. По полям обречённо сновала сельскохозяйственная техника, тут и там виднелись бедные лачуги красного кирпича с черепичными крышами, а в перелеске двое голодных крестьян жадно поедали сырого зайца, разделывая тушку прямо на капоте своего уазика «Патриот».

Пока искал тапочки, стараясь не разбудить храпящего соседа, и пока возился с защёлкой двери, поезд проехал примерно с Израиль.

https://cont.ws/@greentea/624945

 

Весь текст не привожу он очень большой ...

Боюсь многие не поймут не скрываемой иронии автора, а я "хохотался" с первых строк )))

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Збигневу Бжезинскому.

В 1772 году императрица Екатерина Алексеевна вызвала к себе таможенного специалиста Даля. По простому российскому делу. Сенат выпустил указ, по которому поляки не могли торговать в Прибалтике солью, отчего шведы начали мучить в очередной раз финнов, вымогая у них деньги на покупку соли, которую калмыки через немирные нагайские земли везли армянскими караванами в Ригу. А финны написали на родном им шведском языке французу Вольтеру в Швейцарию о своих кручинах и Вольтер просил прусского короля как-то воздействовать на австрийцев, чтобы те смогли уговорить саксонцев как-то с поляками что-то такое сделать, чтобы Екатерина указ пересмотрела.

Дело казалось не очень сложным. Если бы окаянный Вольтер не написал бы об этой пустяшной комбинации самой Екатерине Алексеевне. Написал с присущим ему легким саркастическим шармом. Шарм тонким слоем под тяжёлым сладким слоем комплиментов и три багровые розы из марципана сверху. Любимое пирожное матушки- императрицы. Потому как полезное и не полнило ничуть. Мол, какая же вы умная и могущественная, сколько в вас возвышенной силы, всё-то у вас ладится и будет ещё славнее и пышнее, смотрите как все мы тут суетимся, чтобы как-то уговорить вас пересмотреть единый росчерк вашего острого и мудрого пера, с конца которого...И так далее.

Екатерина вызвала Даля. Сидят напротив друг друга два немца. Говорят с акцентом на родном русском языке. Екатерина делает вид, что указ такой и не помнит, и не видела, а если и видела, то другой, а если и тот самый видела указ, то поясняли ей его в совсем ином смысле, и что если бы она поняла тогда, то совсем напротив бы вышло.

Даль, который прибыл из Риги в качестве эксперта, делает вид, что слова matuschka-tzaritza для него экстаз и чистое наслаждение, atemberaubende russische Freude и сладкий православный glocken läuten.

"Так выходит, что, может, и не было никакого указа? При эдаком-то раскладе странных совпадений и недоразумений? ", - спрашивает государыня с наивностью неописуемой, утвердительно качая головой. И пальцем так ритмично по папке с указом, который только что притащил, часто моргая от исполнительности, тайный советник Кузьмин.

"Впервые об указе этом слышу!", - чистосердечно кивает Даль, который указ и готовил.

"Надо теперь написать Вольтеру, чтобы он обрёл покой. Подарить ему надежду, что недоразумение исчерпано!"

"Мы и сервиз серебряный подготовили", - степенно дополняет Даль.

"И шубу", - говорит Екатерина Алексеевна.

"И её!" - кивает с сердечностью Даль.

"Поляки жалуются...", - грустит Екатерина, - "надо им как-то помочь. Вольтер вот просит. И иные тоже...в Европе-то..просят помочь полякам. Надо помочь!"

Даль меланхолично вздыхает. Ну как обычно вздыхают немцы, глядя на жалобы гордых поляков.

"А напишем так...", - говорит Екатерина внезапно, - "вообразите, мсье, две прелестные местности, разделенные некоторой полноводной рекой. Одна местность, славная и богатая, украшенная планами преобразований и дерзкими замыслами мудрецов. Мы назовём её Рутенией, например. Вторая же местность в нищете и заболочена. Нуждается в осушении и благоустройстве, наречём её, смеха ради и случайно, Полонией что ли..."

"Я сейчас карандашом набросаю карты этих местностей! 
Ich habe einige Ideen zu diesem Thema", - переходит на немецкий Даль, - "Надо действительно помочь полякам. 
Wir können die Polen helfen! Что мы на полпути-то остановились?! Мы же православные! Jede mögliche Art und Weise...и Варшаву! там четыре дневных перехода!"

"Рисуйте попроще, скоро перерисовывать надо будет.
Unser glorreicher Voltaire... Ich liebe ihn ", - на немецком же отвечает государыня с бесконечно нежной улыбкой.

Разговор потом пошёл сплошь на германском сладкозвучии.

Тайный советник Кузьмин, стоявший болваном в уголке и немецкого не знавший, счастливо благоговел, немо свидетельствуя русскую простоту. Слыл недалёким и красномордым. Отлучённым от секретов большой политики и кормила власти за глупость. Не все почему-то знали, что тайный советник Кузьмин выкупил в прошлом году девять десятых откупов на соледобычу в Прикаспии. И все эти вольтеры, калмыки, поляки, армяне, шведы, голландцы, саксонский курфюрст, король Пруссии, обречённый и прекрасный Понятовский, хитрый Даль, мудрая матушка Екатерина были для него агентами активного трейдинга и факторами низкорискового депозитарного размещения.

Помрёт Кузьмин через семь лет случайно, объевшись с чего-то дынь.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

http://www.colta.ru/articles/specials/6288
…Вот, скажем, малолетняя дочь журналиста Н., человека верующего, но доведенного жизнью до гностицизма, приходит из своей умной частной школы с заданием по религиоведению: побеседовать с родителями об истории про Адама, Еву и змия. И на следующий день рассказывает классу, что есть, значит, такая версия: змий хотел спать, а его жена змия нудила: «Я хочу яблочко! Я хочу яблочко!» А змий, у которого тогда еще были ножки, по деревьям лазил с трудом и отбрехивался. А жена ему говорит: ну вон ходит баба какая-то, договорись, чтобы она достала. А змий ей отвечает: «Да ты погляди на ту бабу, она это яблочко сама сожрет». Ну и прав был. А умная учительница религиоведения в ответ на это объясняет детям, что все нормально, история религии — это история интерпретаций, но все-таки спрашивает малолетнюю дочь журналиста Н: «Катенька, тебе самой эта интерпретация как?» А Катенька говорит: «Знаете, мне нормально. Только я вот думаю — змий вообще ни при чем. Он устал, хотел спать, много работал, только выпил и лег, читал Facebook, переживал за судьбы Родины, ходил по ссылкам, писал в ЖЖ пост с анализом текущей ситуации, потом плакал в ванной. Не верю я, что он пошел с кем-то про что-то договариваться».

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

 

https://tyumen.zarplata.ru/vacancy/card/132987921/Imitator_programmista

Имитатор программиста
10 000 — 30 000 руб.
Создание сайтов веб студия "Правильная"
Тюмень, Чекистов, 28посмотреть на карте
Создание сайтов веб студия "Правильная"
Неполное среднее образование и без опыта
Полный рабочий день
Полная занятость
Обязанности: Имитировать деятельность программиста, когда приходят клиенты, открывать код (файлы с кодом дадим), внимательно смотреть в монитор, бормоча под нос фразы на вроде "говорил же, надо на фрэймворке делать!", "о май гад, нет!, уф, я же сделал бэкап...", "что за кретин писал этот код?!" и т.д. полный список дадим, обязательно выучить его наизусть, будем спрашивать, раз в месяц список будет пополняться.

Требования: Наличие подзатасканного свитера (можем предоставить), носителям очков дополнительный плюс, "хлипкий" внешний вид - приветствуюеся. Если согласитесь сделать татуировку на видном месте, что тона вроде "Я - KDEраст и горжусь этим" дадим надбавку к окладу (накинем пару тысяч).

Условия: У нас хорошая веб студия, есть 4 очень крутых специалиста, два дизайнера, маркетолог и программист, мы справляемся, не берем сверх меры. Но, когда к нам приходят клиенты, видят в офисе всего 3 человека (с 1, работаем удаленно), думают что мы "фирма однодневка" и теряют доверие. В связи с этим, мы решили нанять 2-3 человек, имитаторов программиста и имитаторов дизайнера. К окладу прилагаются ежедневный кальян, кофе и печеньки, в свободное время можно играть в танки или сидеть ВК.


 

  • Upvote 3

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
Однажды в одной из британских газет было напечатано объявление: «Ищу работу. Выпускник Кембриджа, имею большие связи, много ездил по миру, обладаю лидерскими качествами. Проходил службу на флоте и в авиации, вдовец с двумя детьми. Размер оклада значения не имеет». Дал объявление вот этот джентльмен.
 
255508ff06.jpg

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
14 минуты назад, Эду сказал:
Однажды в одной из британских газет было напечатано объявление: «Ищу работу. Выпускник Кембриджа, имею большие связи, много ездил по миру, обладаю лидерскими качествами. Проходил службу на флоте и в авиации, вдовец с двумя детьми. Размер оклада значения не имеет». Дал объявление вот этот джентльмен.
 
255508ff06.jpg

Есть место для привратника внешность подходящая, мундир тоже , знание языков приветствуется )))

  • Upvote 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

ВОЖДЬ И ЕГО ПИСАТЕЛЬ (ИЗ СТАРЫХ ЗАМЕТОК)
Загадку самоубийства Фадеева раскрыл мне старый писатель-чекист NN незадолго до своей смерти. Он просил меня молчать тридцать лет; минуло сорок, и теперь я могу рассказать эту историю.
– Тут три легенды, – сказал NN. – Номер один – тяжелый запой, как было сказано в медицинском заключении, прямо под некрологом. Это для народа. Застрелился по пьянке, с кем не бывает. Легенда номер два – что ему невыносимо тяжело было встречать людей, которых он фактически сажал, и вот они вернулись из лагерей. Это для интеллигенции. Легенда номер три – искреннее и злое письмо в ЦК. Что, мол, партийные чиновники извели его талант под корень. Это – для отделов культуры обкомов и райкомов. Чтоб не увлекались администрированием.
– А на самом деле? – спросил я.
– Сейчас, – старик развязал тесемки на картонной папке и вытащил простую общую тетрадь, перелистал. Я увидел четкий фадеевский почерк. – Вот. Его заметки на память. Сорок седьмой год.
«Совещание у тов. Сталина по премиям. 12 крупных писателей. Сидим в приемной. Ждем полчаса. Поскребышев входит: “Подождите”. Ждем еще час. Поскребышев: “Вы, вы, вы, и тов. Фадеев”. Ведут двое военных. Коридор, комната. Чай, боржом, печенье. Сидим вчетвером еще сорок мин. Мол. чел. в штатском, сильно пахнет шипром: “Тов. Фадеев, идемте. Остальные обождите”. Ведет по лестнице вверх. Вводит в кабинет. На столе трубка, папиросы. Но дыма нет. Книга, какой-то том Ленина (не рассмотрел). Входит мол. ген.-лейт.: “Присядьте. Тов. Сталин неважно себя почувствовал, у него проф. Виноградов”. Я: “Мне подождать?” Он: “Вот замечания тов. Сталина”. Дает мне список лауреатов. Синим карандашом кто-то вписан, кто-то вычеркнут. Встаю: “Могу идти?” Он: “Посидите полчаса”. Сам сидит за письм. столом! Потрошит папиросы, набивает трубку, нюхает, выковыривает спичкой, и опять. Я: “Тов. Сталин все-таки меня примет?” Он отвечает: “Трубка у тов. Сталина английской марки Дунхилл – белая точка на мундштуке, видите? Фирменный знак”. Я: “Тогда я пойду?” Он: “Полчаса, сказано! Тов. Сталин очень внимателен к нуждам писателей. И носит потертый китель, понятно?” Полчаса прошло, он нажал кнопку. Вошел который шипром воняет. Отвел меня к нашим. Они: “Ну, что?” Я говорю, какой на товарище Сталине китель, какая у него трубка и какие он дал замечания. Потом мы четверо рассказываем это всем остальным. Поскребышев на нас смотрит: “Что, рады встрече с тов. Сталиным?” Все как закричат: “Счастливы! Счастливы! Какой он великий и простой!” 
Через неделю в “Метрополе” – тот молодой ген.лейт. С двумя балеринками. “Тов. Фадеев!” – “Тов. генерал!” Он балеринок отослал. Сели, выпили. Я: “Тов. генерал, я своим писателям рассказал, как я с тов. Сталиным встречался, а они теперь интервью дают, как он их принимал, это правильно?” Он: “Все о’кэй! Не бзди горохом!”. Грубо и на ты. Я: “Как тов. Сталин себя чувствует?” Он ржет: “Хоть ты и писатель, а мудак!” Я всё понял. Мудак, верно. Последний из мудэге, ха-ха-ха».
NN закрыл тетрадку и вздохнул:
– Он был очень наивен. Для него это был страшный удар. Стал пить. После 1953 года ждал, что партия признается, что никакого Сталина не было. А Хрущев начал все валить на несуществующее лицо. На портрет в газете. И вот этого бедный Саша Фадеев не вынес. Стал алкашам на станции всю правду рассказывать. Они его избили. Не поверили. Народ, сука, не поверил! Он пришел домой и застрелился.
– То есть вы хотите сказать... 
– Ты что, такой же мудак? – засмеялся старый чекист.
– Но как же...
– Ай, я вас умоляю! – сказал он. – Геловани-Шмеловани. Монтаж-шмонтаж.
– Допустим, – сказал я. – А почему тогда Сталин умер? Жил бы до ста лет.
– Берия смешал все карты, – сказал старик, пряча тетрадь в папку. – Он хотел быть реально первым. Ну и напоролся. Вождь бывает только на портрете, запомни.
– А кто был этот молодой генерал-лейтенант? – спросил я.
– Неважно! – сказал старик и завязал тесемки.
 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Драка в ресторане "Якудза" была великолепна. В ней было всё: причина в виде женщины, крики "яегомать", задетая честь офицера, разбитые головы, и конечно ОМОН на десерт.

А ведь ничего не предвещало. В большом зале кабака, две компании отмечали каждая своё: гражданские - день рождения годовалого мальчонки, военные - 23 февраля. Все были настроены миролюбиво.

Уже под занавес вечера начались танцы. Разгоряченные отдыхающие самозабвенно отплясывали под синий иней который лег на провода. Среди танцующих был замечен Бзо. В любой компании бывает такой тип. Мирный и безобидный, но отмеченный печатью рока. При любом хипише он выхватывает первым.

Бзо был в меру пьян и сосредоточенно танцевал с супругой - женщиной крупной и суровой. Лицо Бзо выражало печаль и самопожертвование. С таким же лицом отдают супружеский долг на 20-м году совместной жизни.

Вдруг от "военного" стола на танцпол ворвалась Она: пышногрудая и крепкожопая брюнетка в коротеньком платюшке. Решительно оглядела танцующих. Спина Бзо показалась ей самой привлекательной.

Бзо, видимо очень давно не испытывал таких ощущений. Ну согласитесь, когда тебе под 60, у тебя пузико и лысинка, прикосновение к спине чужих сисек это всегда неожиданно и даже тревожно. Фантомные боли. Поэтому повернувшись на 180 градусов он сначала замер, а потом издал громкий гортанный крик переходящий в вой. Так кричал Тарзан в старом фильме. В этом крике было всё: и пресловутое "яегомать" и "спасибо господи!".

Шок был настолько сильным, что Бзо даже забыл о том, что он женат. Брюнетка между тем сделала выпад. Теперь забытые прикосновения чужих сисек ощутили на себе и щеки Бзо. Да. Незнакомка была значительно выше партнера. Бзо зарычал и начал свой танец состоящий из элементов диско, кунг-фу и лезгинки. Так танцует ослепленный страстью пингвин, которого неожиданно ебнуло током.

Больше Бзо, удивилась только жена Бзо. Такой активности у супруга она не наблюдала с 2000 года, когда Бзо баллотировался в местный парламент. Но не успела она толком порадоваться, как на танцполе возник новый персонаж. Он быстрым, но нетвердым шагом ворвался в дискотэку. Правая рука его с зажатым кулаком была вытянута вперед. Он походил на летящего Супермена, который атакует злодея. Долетев до танцующей пары, Супермен неловко ткнул Бзо в голову вытянутой рукой.

Бзо удивился и сказал: "Оу?!" Вновь прибывший не понимал тонкостей туземного диалекта. На такое "Оу?!" надо максимально нагло ответить "Всыси?!". Завяжется диалог. И возможно будет достигнуть консенсус. Но увы, человек с кулаком был недавно прикомандирован в наш горный край. Он не знал всех тонкостей ведения переговоров на Кавказе. Поэтому На "Оу?!" он заявил:

- Пррррекратить! Я не позволю! Это моя жена! Я офицер! Я майор!

Бзо растерялся. Он не служил в армии и никогда не видел офицеров так близко. Поэтому на всякий случай предложил:

- Иди ты нахуйотсюдова!

Офицер, который так и не опустил суперменскую руку, еще раз попытался ткнуть Бзо. Но Бзо был на стороже. И ловко оттолкнул незнакомца. Тот, естественно начал падать, так как был чертовски пьян. И спиной налетел на другого танцующего. И на вежливое замечание "Оу!", ответил несмелым ударом в грудь.

В тот вечер, на танцполе присутствовало человек 70. Майор умудрился выбрать самого неудачного партнера для спарринга. Совершенно трезвого чемпиона Европы по кик-боксингу в тяжелом весе. Среди юниоров. Но мальчики на Кавказе быстро взрослеют. Поэтому Чемпион был небрит и всегда готов к бою. Чисто рефлекторно поставил блок и провел прямой в корпус. Майор охотно лёг.

Сразу на двух языках раздалось "наших бьют!". И понеслось. Военнослужащие, находясь в численном преимуществе, атаковали. Но получили достойный отпор. Драка проходила прекрасно. Мужчины били друг-друга весело и азартно. Вокруг драки бегала крепкозадая и пышногрудая майорша с белым полотенцем в руках. Она заливисто хохотала и кричала:

- Боже мой! Из-за меня дерутся мужчины! Кавказ! Как это прекрасно! Господа! Прекратите! Остановитесь!

И бросала между дерущимися полотенце. Её не слушали. А кто-то, из не знавших обычаев гор, даже дал ей подсрачника.
В этот момент, для усиления эффекта от подсрачника, Аллегрова запела про шальную Императрицу.

Охрана кабака сначала пыталась разнимать дерущихся. Но тут народ и армия оказались едины. И кто-то сломал об одного из секьюрити стул. Охранники сняли бейджики и стали рядовыми участниками конфликта.

Минут через 15 появилась милиция. Два скромных ППСника, вошли и наблюдали. Поинтересовались у официантки, кто кого бьет. Время было такое. Нельзя было с наскоку мешать людям драться. Мало ли... Получив объяснения, патрульные бочком удалились.

Дрались уже долго. Даже начали уставать. Поэтому прибытие ОМОНА оказалось весьма кстати. Можно было прекращать драку не потеряв лица, что бы потом рассказывая о ристалище сказать :
- Ну если бы не менты, мы бы конечно им вломили!
Особо пострадавших увезли "Скорые", особо дерзких "автозаки".
Из "Скорой" слышались крики "Я не позволю! Я офицер!", а из "автозака" доносился раскатистый женский смех...

В разгромленном зале ресторана оставалось совсем немного людей. В центре танцпола на стуле сидел Бзо. Его жена мокрым полотенцем пыталась вытереть кровь которая сочилась из рассеченого лба Бзо. Он отмахивался и грубил. Иногда матом. Но жена не обижалась, а только утирала слезы и смотрела на отважного мужа влюбленными коровьими глазами...

  • Upvote 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Диковатое время было, эти ваши 90-е... Тогда, во Владикавказе, не иметь пистолета считалось моветоном. Не принимали в приличном обществе без ствола. Меня однажды даже на входе в мэрию спросили: "Оружие есть?" , я гордо сказал "Есть!" и мне сказали "Заходи!". 
Приличные люди таскали ствол боевой. Но большинство - ПСМ переделанный из газюка местными умельцами. И малолетние дебилы охотно покупали такое. Ведь 200 баксов не сумма за престиж и компактность. И конечно, у меня такой был. И конечно меня с ним однажды приняли.

Эпизод Первый.

Случилось сие на трассе Владикавказ - Беслан по дороге в аэропорт. 
Все как обычно: ГАИшники, остановка, проверка документов и понеслось:
- А чо это мы на нерастаможенной машинке? А чо это у нас за трубочка "Сенао"? А выйдите-ка! Ой а чо это у Вас такое за поясом? А ну-ка, извольте мордой в капот! 
Остановили нас не обычные ГАИшники, а "Спецназ ГАИ", призванный бороться с особо оборзевшими гражданами на дорогах. А мы на тот момент именно так и выглядели - директор команды КВН на нерастаможенной BMW 750 и молодой, но талантливый автор с пистолетом. Время было такое...
И повезли нас в Северо-Западный ОВД .

Эпизод Второй

Если бы вы прогуливались тем осеним понедельником 95-го по улице Леонова, вы бы наверняка обратили на нас внимание. Спецназовцы бегали, мигалки крутились, собаки гавкали. А я скромно стоял в сторонке. Интеллигентный паренёк в очёчках, дублёнке и наручниках. Делал вид, что гуляю. 
Я тогда жил прямо напротив милиции. Мимо ходили соседи:
- Здравствуй Сослан, как дела?
- Всё хорошо, тётя Фатима, вот жду кого-то...

Наконец нас завели в дежурку. Гаишники гордые, аж светятся:
- Вот! Бандюганов привезли! Оформляй! Ствол и средства связи!
Дежурный посмотрел на меня с тоской, вздохнул, и прокричал куда-то в пространство:
- Понятых сделайте мне.
Распахнулась дверь и ввели двух людей. 
Первое, что бросалось в глаза, богатый синий оттенок кожи. Но поражал конечно не цвет. Запах. Знаете, такая оригинальная палитра ароматов... Так наверно пахнет крупный, мертвый скунс, который перед смертью знатно обосрался. Это и были мои понятые.

И оба, человеки с интересной судьбой: один соскочил из психушки, второй только откинулся с зоны. Они познакомились. И опьяненные запахом свободы и дешевой осетинской водкой, решили отомстить системе. И при этом обозначить свою твёрдую гражданскую позицию. Короче мои понятые обоссали клумбу с дубками. Клумба была гордостью Северо-Западного ОВД и располагалась прямо перед центральным входом.
В нее даже бычки не бросали. А эти взяли и... Днем. На глазах всего отдела... Диссиденты. Сахаров и Солженицын.

Я тихо сказал дежурному:
- Понятые явно не трезвые. Будет проблема .
Дежурный снова вздохнул .
- Ну, а где я тебе тут нормальных возьму?
Внезапно понятой № 2 (который с зоны) сообщил мне интимно:
- Братуха! Не сцы! Я на суде, если чё, в отказ пойду! Не видел я как у тя валыну доставали! Может она у мусоров заранее на столе лежала?!

Появление такого союзника сразу прибавило мне сил и уверенности. А когда другой, который беглый с психушки, начал пускать слюни и мычать всячески демонстрируя солидарность, я понял - вместе мы победим систему.
Тут дежурный отложил ручку. Посмотрел на шапку протокола. Потом на "Спецназовцев" которые волками ходили перед зарешеченным окном дежурки. И понизив голос уточнил:
- Плиев Сослан Эдуардович?
- Да.
Дежурный наклонился ко мне и еще тише поинтересовался:
- Эдуардович?
- Ну да.
Милиционер встал, закрыл дверь и совсем шепотом спросил сокровенное: 
- А вот Эдуард Григорьевич, декан юрфака, Вам никак не доводится?
Я не стал его разочаровывать. Признался в нашем кровном родстве. 
Дежурный начал восторженно повизгивать:
- Серьёзно???? Тебя Бог послал! Па брацки! Пробей мне у пахана своего, Римское Право! Три раза уже сдавал!

Я решил не вдаваться в наши сложные семейные отношения и объяснять, что с Эдуардом Григорьевичем мы в принципе общаемся крайне редко и дежурный, наверняка видит его чаще чем я. К черту детали! У нас тут не программа «Пусть говорят». Поэтому я развязно пообещал этому милому заочнику:
- Я тебя умоляю...Такие мелочи... О чем речь. Хочешь, всю сессию закрою. На год вперед! На два! Прямо завтра.

Дежурный, только что сдавший римское право, сразу начал рассуждать уже как дипломированный юрист:
- Значит так... ствол ты нашел… На БАМе … Там чё угодно можно найти … Вёз его сдавать… Почему не к нам? Спешил в аэропорт. Увидел патруль...хотел сдать, но не успел. Почему не сдал, скажем на Архонском перекрестке? А там ГАИшников не было! Но ты вспомнил, что на трассе они есть всегда и поехал их искать!
Вроде так…

Он так хорошо рассказывал. Я уже чувствовал, что всё идет к благодарности со стороны МВД. А то и к медали.
Дежурный снова задумался:
- Так! Теперь как-то это всё надо ГАИшникам донести. Эй! Кто старший - зайдите!
Зашел старший гаец. Дежурный сразу взял быка за рога:
- Вы кого привезли? Вы чё не видите? Нормальный человек! Не наркоман, не бандит! Прилично одет! На хрена его привезли? У него же… Вон! Пейджер есть!
Это был серьезный аргумент. Граждане с пейджерами, в те времена, попадались на улице гораздо реже, чем люди со стволами.
Гаец грустно посмотрел на дежурного и вздохнул:
- Не вариант. Мы уже доложили о задержании. Сюда комполка едет.
Но Римское Право очень сложный предмет! Поэтому дежурный, приобняв коллегу за талию, ринулся в атаку: 
- Да и хрен с ним! Пацан же ствол сдавать нёс! Ну бывает…Не донёс! Да па брацки! Как твоя фамилия?

В течении семи минут, дежурный и гаишник сверили родословные и оказались близкими родственниками по материнской линии. И даже я им немного доводился. Еще через минуту у гаишника обнаружились задолженности по римскому праву, УПК и философии. Поэтому он охотно включился в процесс. Ходил туда-сюда по "дежурке", иногда больно задевая меня прикладом и накидывал версии: 
- Хорошо! Допустим! Но почему он сразу к нам не вышел со стволом? Так мол и так - вот нашел!
Дежурный всплескивал руками, прижимал их к груди и аргументировано парировал:
- Вы себя в зеркало видели? Эти ваши маски-хуяски, автоматы-пулемёты! Вы пиздец страшные! Он испугался! Он студент! У него пейджер!

У них получалось просто здорово. Братья Гримм. Но приехал комполка. Целый майор. Сирота, c законченным высшим юридическим образованием.
Быстро рассказал дежурному, что будет с ним если тот будет ипать мозги правосудию и дал пинка подчиненному. Жернова репрсессивного аппарата закрутились с новой силой!

Меня оформили. Гайцы умчались. Дежурный затосковал:
- Ну что будем теперь делать? Я тебя отпустить не могу. Сам видел. Теперь уже не на моем уровне решается. Звони папе.

Какому папе? Тут и маме-то звонить неловко. На что нам друзья?
- Аллё . Марат привет! (Марат служил в… ну пусть будет в ФСБ, которая тогда называлась ФСК … сложно объяснять место работы моего друга )
- Здарова... (и как-то голос у него не бодрый)
- Ты болеешь?
- Караул как! Температура 40. Дома я лежу .
- Аааа… ну ладно ….
- Что случилось? Ты где?
- Тут… возле дома... в Северо-Западном.
- Мудак! Тебя хлопнули со стволом???!!!

И дальше мой друг рассказал мне, как надо поступать с теми кто покупает и таскает на себе левые стволы, хотя старшие товарищи им сто раз запретили это делать.
- Я приеду сейчас и тебе пиздец!
Друг! Ниразу в тебе не сомневался.

Дежурный тем временем совсем впал в меланхолию:
- Скоро подойдёт дознаватель. Будет с тебя показания снимать. И в камеру тебя надо… Но как я могу...Нет! Не надо тебе в камеру! Пошли к операм!

Эпизод Третий

В кабинете сидели четверо молодых людей которые азартно играли в нарды на фофаны.
- Пацаны! Пусть у вас парень посидит пока?
- А он кто?
- Задержанный. Ствол.
- Ааа. Ну пусть сидит.
И продолжили партию. Смеркалось. Кто-то предложил поесть пиццы. Милиционеры скинулись, гордо отказавшись от моей лепты:
- Нигани... Ты ж у нас в гостях!
И вот сидим - едим пиццу и пьём водку. Ну как без этого? А я же с задержания уставший, посему развезло меня великолепно. И вдруг распахнулась дверь и в кабинет влетел дежурный.

В левой руке у него извивался понятой №1, а в правой висел понятой №2. Дежурный всем своим видом выражал недоумение: 
- Соооос! Ну чё это за хуйня твориться?! Мы ж с тобой по – человечески! А ты нас так подставляешь!
- Братан! Что случилось? Я отсюда вообще не выходил!
- Приехал твой друг чекист, запугал этих гандонов (он встряхнул руками) и они в отказ пошли! Говорят, не видели, как ствол изымали и вообще ничо не подписывали! Мне ж теперь пиздец! В смыси сначала вот им пиздец (он снова встряхнул понятыми), а потом и мне пиздец!

Я был уверен, мой друг не мог так топорно проводить операцию по моему освобождению из застенков.
- Спокойно! Давай я выйду на пару минут и разберусь.
В коридоре стоял сильно больной и сильно злой Марат. 
Я еще раз прослушал рассказ, что надо со мной сделать. Реально - отрывание яиц в этом рассказе самое милое.
- Марат, не удобно перед ментами. Они нормальные пацаны. Кормят меня. Ты зачем понятых запугивал?
- Да нахрен они мне нужны?! Просто спросил, чё да как было.

Ага. "Просто спросил". И представиться наверное не забыл. А понятые, люди не молодые и видимо решили, что в этом конфликте лучше принять сторону органов Государственной Безопасности. Ну и проявили инициативу .
Возвращаюсь к операм. А там уже недалеко от насилия. Понятые стоят «руки на стену – ноги раздвинули», а вокруг носятся опера с дежурным и рассказывают, что сейчас с ними сделают!
- Всё нормально. Они не пойдут в отказ .
- Спасибо, брат!
И мы вернулись к столу.

Но снова распахнулась дверь и вошла мама. И что же она видит?
Её сын - как ей сообщили добрые люди задержанный милицией - уже сильно хороший сидит со стаканом водки в компании сотрудников уголовного розыска. 
А возле стены, раком, стоят два интересно пахнущих человека. Мама, строго на всё это поглядела и произнесла:
- Что. Здесь. Происходит.
Понятой с понятиями тут же развернулся и начал жалостливо ныть:
- Гражданочка! Тут чистый произвол происходит! Мусора поганые! Безвинных людей пытают!
Понятых конечно сразу вывели в коридор, а маму быстро ввели в курс дела. Учитывая, что родительницу мою всего один раз за 10 лет вызывали в школу, я заиграл в её глазах новыми красками.

И тут, один из оперов, внимательно посмотрев на маму говорит:
- Извините, а Вы в адвокатуре не работали? Я у вас кажется практику проходил!
Ну всё! Начались воспоминания и умиления. Обо мне стали забывать. Мне даже пришлось покашлять. Милиционеры смутились и задумались:
- Отпустить мы его не сможем. Пусть у нас переночует – вон диванчик. Удобный! Мы сами на нём спим. А уж завтра как-то всё и утрясется.
Тут я подал голос:
- Пацаны, мне надо к среде быть на воле! У нас концерт. А я его веду.
На меня посмотрели как на идиота, а мама заметила:
- Ничего. Тебя на твой концерт в наручниках привезут. Как Деточкина.

Мама покинула нас, а мы продолжили отмечать мой арест! К нам присоединился и дознаватель – милая и юная девушка. Однако квасила презрев гендерные отличия. И вдруг через час все вспомнили, что показания с меня надо таки снять. Бюрократия. Но дознавательнице процесс печатанья на компе уже не давался. Умаялась.
- Сооос , а ты печать умеешь?
- Умею.
- Попечатай сам? А я диктовать буду! Ну пожаааалуйста!
В Осетии не принято оказывать сотрудникам милиции находящимся при исполнении. Тем более сотрудницам.

Наш творческий тандем родил потрясающий триллер с элементами шпионского боевика. Опера, которым мы почитали вслух протокол допроса аплодировали, а некоторые места просили повторить!

Потом была ночёвка на диванчике, которая прерывалась задержанными гражданами. Той ночью, кабинет посетили: малолетние насильники, пьяный мужик который с деревянным автоматом выставлял ларёк и был отметелен этим же автоматом, три путаны, и барыга Жанна. Короче ночь прошла спокойно.

А утром меня препроводили в камеру. Опера закончили дежурство и смущаясь сказали, что не могут оставить меня в кабинете. Жаль – я сильно привык к диванчику...

Эпилог.
К вечеру я был уже дома. Как? Учитывая экономические и нравственные реалии того периода, cкорее всего присутствовала коррупционная составляющая. Не знаю. Мама до сих пор молчит как партизан.

А в среду я пригласил всех, с кем провёл эту ночь, на концерт команды КВН «ВС».
Все пришли. И после слов благодарности спонсорам, я от своего лица поблагодарил сотрудников уголовного розыска Северо-Западного ОВД, заметив, что если бы не они, сегодняшний концерт вряд ли бы состоялся .
Милиционеры сильно смеялись.

Вот такие весёлые 36 часов я провёл в милиции осенью 1995 года. Впечатлениями запасся – на всю жизнь .
Выводов сделал – примерно на такой же срок.

  • Upvote 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Много лет тому назад человек серьезно ранил его “жену”. С тех пор этот аист каждый год …

Много лет тому назад человек серьезно ранил его “жену”. С тех пор этот аист каждый год …Каждый год 25 марта сердца жителей хорватской деревушки замирают, глядя на крышу одного из домов. Там, прямо под небом, находится гнездо аистов. Там верная Мелена всегда ждет своего Клепетана.
Пара аистов начала гнездиться на этой крыше уже давно. Каждый год в августе Клепетан улетает на юг, оставляя Мелену и свое гнездо.
«Жена» не может мигрировать вместе с ним из-за раны, полученной много лет тому назад от итальянского охотника. Мелена, прикованная к гнезду, вынуждена ждать своего мужа всю осень и зиму. 
25 марта Клепетан всегда возвращается домой, где его ждет не только Мелена, но и все жители деревни. В этом году аист прилетел позже на неделю. Мелена простила: в конце концов, ему пришлось пролететь 12000 км над Африкой, чтобы вернуться к ней. 
Ивен Вокич, подкармливающий аистов, каждый год готовит для пары ведро рыбы, чтобы Клепетан смог полакомиться с дороги. 
Аисты обычно не остаются надолго с одним партнером. Именно поэтому история Мелены и Клепетана кажется людям такой особенной. У «супружеской» пары, между прочим, уже более 40 детей! 

 

...............................................................

  • Upvote 3

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Denis Dragunsky
11 hrs · 
БЛИЗОСТЬ.
У одного человека арестовали брата, дали 10 лет без права переписки, за троцкизм; он был из прокурорских. Жену брата тоже отправили в лагерь для жен врагов народа. Потом взяли тетку, тоже была какая-то подозрительная интеллигентка, то ли бывшая меньшевичка, то ли вообще эсерка. Как пишут в плохих романах, кольцо сжималось. Тяжко было жить, ожидая ночного стука в дверь. Что было делать?
Тогда он принял трудное, но верное решение. Он работал бухгалтером в небольшой строительной конторе. Однажды вечером он взял деньги из кассы и пошел в ресторан. Кутил два дня и две ночи, на третье утро пришел на службу весь пахнущий перегаром и в следах помады от ночных красавиц. Признался директору: мол, не удержался, прокутил казенные деньги. В конце дня за ним пришли.
Осудили на пять лет как растратчика. В лагере был учетчиком и считался "социально близким". Так и пересидел большой террор.

  • Upvote 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

 59-летняя шимпанзе устала от жизни и не реагировала на мир... Но вдруг к ней пришёл давний друг!

Самую старую шимпанзе во всей Европе зовут Мама и ей 59 лет. Она была матриархом колонии обезьян в Королевском зоопарке в Нидерландах.
Животное доживало последние дни и отказывалось от еды. Все вокруг думали, что силы окончательно покинули обезьяну, но к ней пришел ее старый друг-ученый и случилось то, чего никто не ожидал!  Ян ван Хофф знал животное с 1972 года и приехал к обезьяне, чтобы попрощаться.
Мама не сразу узнала Яна, но, когда ей это удалось, ее реакция была очень эмоциональной! Сначала она громко вскрикнула, а потом обняла человека...  Кажется, в тот момент она вернулась к жизни!
К сожалению, через несколько дней после этой трогательной встречи Мама умерла... Но в последние мгновения жизни она была счастлива! 

 

  • Upvote 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
6 минут назад, Арарат сказал:

у нас бы не прокатило.)))))

Скорее всего, это красивая байка. Самолет не может заходить на посадку петляя между домами)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
13 минуты назад, w i t o сказал:

Скорее всего, это красивая байка. Самолет не может заходить на посадку петляя между домами)

да и успеть прочитать, а потом еще и шум поднять. байка безусловно.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Артур Миллер привез свою невесту, Мерилин Монро, с мамой знакомиться. Сидели, пили чай, и Мерилин собралась пописать. А квартирки в Нью-Йорке маленькие, туалет рядом, все слышно. Но Мерилин не растерялась, открыла кран и пустила в раковину воду, заглушить.
Вечером Миллер звонит маме, спрашивает, как ей понравилась его подружка. Мама вздохнула и отвечает:
- Хорошая девушка, только ссыт, как лошадь.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

«Джек, ты любишь мороженое?»

Я работаю смотрителем на кладбище: убираю могилы, протираю пыль на памятниках, ставлю живые цветы в вазы. Участок у меня — более ста захоронений, и за каждым требуется тщательный уход. Особенно перед посещением родственников. Кладбище-то наше непростое, что называется, не для всех, сами понимаете… Большинство родственников еще ничего, но есть среди них такие… Чуть что — сразу жалуются директору: почему, мол, цветы несвежие, пыль не вытерта, жухлые листья на дорожке? Хотя на самом деле я все убираю, а цветы вообще меняю каждый день — как положено. Просто хочется им погонять смотрителя, норов показать. Пусть терпит и улыбается, работа у него такая…

…С утра пораньше я беру тележку, щетки, тряпки, метелки — и вперед, на участок. Пока всё обойдешь, приберешься… А если в этот день еще и посещение, так вообще забот полон рот. Два часа пройдет, пока блеск наведешь. И перед завершением надо непременно проверить сенсорную панель, чтобы работала. А то как бывает: придет посетитель, а голограмма барахлит, изображение плывет. Скандал, да и только! Родственники возмущаются: они же за тем приходят, чтобы со своими усопшими пообщаться, а не просто так у могилы постоять. За это и деньги платят, причем очень немалые. 

Пока посетители со своими общаются, я тихонько в стороне стою, не мешаю. В строгом черном костюме и белой рубашке. На лице — подобающее случаю скорбное выражение. А затем подхожу и вежливо спрашиваю, не нужно ли чего, нет ли каких пожеланий. И обязательно провожаю посетителей до выхода, где, как правило, получаю чаевые. Но дают далеко не все — богатые, знаете ли, часто жадные… Но все равно я стою и кланяюсь — работа у меня такая.

У каждого из нас, смотрителей, есть свои любимые могилы. Нет, вы не подумайте, это не связано с чаевыми, тут совсем другое… Как бы это объяснить? В общем, убираешь такую могилу, и чувствуешь какую-то особую ауру. Словами не передать, это самому ощущать надо… У меня тоже такая есть — семьи Имамото. Выглядит она очень скромно: простая черная базальтовая плита с двумя именами: Лиза Имамото, тридцать восемь лет, и Джек Имамото, десять. Мать и сын.

Я хорошо помню ту историю, о ней много говорили. Лиза и Джек погибли в автомобильной катастрофе — в их прогулочный мобиль на полном ходу врезался тяжелый грузовик. Что-то случилось с тормозами, не успел остановиться. В общем, двадцать пять тонн металла и бетона (а грузовик перевозил балки для нового небоскреба) смяли легкий мобиль в лепешку… 

Хоронить оказалось почти нечего — сплошное месиво из человеческой плоти и горелого пластика. Но все-таки похоронили, а затем господин Имамото заказал голограмму. Очень дорогую. Хорошая получилось, Джек и Лиза на ней как живые. Господин Имамото денег не пожалел… Посмертная голограмма — дорогое удовольствие, не каждый может себе позволить, но он уже тогда был богатым человеком, президентом крупной корпорации. А затем поднялся еще выше, стал министром…

После похорон господин Имамото часто навещал могилу своих близких. Придет, бывало, сядет на скамеечке и разговаривает с женой и сыном. Час, два — как позволяет время. Такому деловому человеку времени всегда не хватает. А у ворот кладбища его всегда ждал большой черный лимузин с личным шофером — везти на заседание совета директоров или на совещание в министерство. Занятой был человек, что и говорить. Кстати, чаевые он давал всегда хорошие, никогда про них не забывал.

***

Со временем господин Имамото стал бывать реже, иногда не появлялся по несколько месяцев. Я понимал — дела, заботы, министр все-таки… Но на День поминовения он всегда приходил и возжигал свечи — как положено. 

Однажды мне сказали, что господин Имамото придет на кладбище в обычный, будний день. Я удивился — а как же работа, он же такой занятой человек? Но потом понял: господину Имамото, видимо, хочется побыть наедине, пообщаться с Лизой и Джеком без лишних глаз. И ушей тоже. Хотя у нас и закрытое кладбище, посторонних людей не бывает, но все-таки… 

В традиционные поминальные дни народу всегда много, как ни скрывайся, а все равно будешь у всех на виду. В будни же почти никого нет, тихо, спокойно… Вот господин Имамото и решил прийти в такой день. Тем более что пошли слухи о его скором назначении премьер-министром, и внимания к нему стало еще больше. Как тут спокойно поговорить со своими родными?

И вот с раннего утра я ждал его. А до того еще раз прошелся тряпочкой по плите, подмел дорожки и освежил цветы. Затем переоделся в черный костюм и встал у ворот. Смотрю, в десять часов он идет. Но не один, а с молодой красивой дамой. Та цепко держала его за руку и буквально висела на нем. И вообще вела себя так, будто имеет на него какие-то особые права. Ну, вы меня понимаете… 

Я поклонился, как положено, проводил господина Имамото и его спутницу к могиле. Молодая дама оставаться не захотела — сразу же пошла гулять по кладбищу. Что понятно: многие наши памятники — настоящие произведения искусства, сделали известные скульпторы. И за очень большие деньги… Господин Имамото грустно посмотрел ей вслед, но ничего не сказал. Только вздохнул тяжело и вызвал голограмму жены. Он всегда так делал — сначала с ней говорил, а потом уже с сыном. Такой уж у него был заведен порядок…

Значит, вызвал господин Имамото Лизу, поговорил. О чем, я, разумеется, не слышал — нам запрещено близко подходить. Однако заметил, что Лизе разговор этот очень не понравился — хмурила брови и сердито поджимала губы. Но потом все-таки кивнула. А что ей оставалось делать? Голограммы ведь не для того созданы, чтобы спорить с родными, а для того, чтобы только общаться…

Потом господин Имамото вызвал сына. Он обрадовался, стал, как всегда, что-то говорить, но господин Имамото прервал. Опустил виновато голову и прошептал что-то. «Нет, ты не можешь!» — воскликнул Джек. Да так громко, что даже я услышал, хотя и стоял на приличном расстоянии.

Господин Имамото снова тяжело вздохнул и развел руками — прости, мол, сынок. Попрощался с ним быстро и выключил голограмму. А тут и его молодая спутница пришла — нагулялась уже. Подхватила она господина Имамото снова под руку и потащила на выход. Тот шел и спотыкался, еле ноги переставляя, так плохо ему было. И даже забыл дать мне чаевые, впервые за многие годы. Впрочем, я не обиделся — понимал, что ему сейчас не до того. Даже жалко его было…

Конечно, если разобраться — жизнь есть жизнь, живые должны думать о себе, а не о мертвых. Но, как бы вам сказать… Одним словом, в тот день у меня на душе было очень грустно, как будто пошел серый осенний дождь…

***

После этого господин Имамото долго у нас не появлялся, целых пять лет. В поминальные дни вместо него приходил специальный человек — возжигал свечи и следил, чтобы все было так, как надо. Но я всегда прилежно исполняю свои обязанности, и претензий ко мне не было.

Накануне очередного Дня поминовения мне сказали, что господин Имамото лично посетит кладбище. Я очень обрадовался — давно пора, а то Джек с Лизой начали скучать. Конечно, голограммы чувств не имеют, это так, но я давно заметил, что, если могилу долго не посещают, то они как бы тускнеют, выцветают. И дело тут вовсе не в технике… 

В десять часов утра я, как всегда, был у ворот кладбища. Вот появился господин Имамото, а с ним — девочка лет четырех, маленькая, хорошенькая, просто загляденье. Очень на господина Имамото похожая. Я проводил их до могилы, а затем встал неподалеку, чтобы послушать. Впервые за много лет я нарушил строгую инструкцию… 

Господин Имамото сначала вызвал жену, Лизу. Та бросила короткий взгляд на девочку, понимающе кивнула и попросила выключить ее голограмму. Что господин Имамото и сделал. Затем он вызвал Джека. Тот также посмотрел на девочку, улыбнулся и произнес: 

— Здравствуй, как тебя зовут?

— Юми, а тебя? — спросила малышка.

— Джек. 

— Джек, ты любишь мороженое? 

И они стали беседовать. Я хотел еще послушать, но меня неожиданно вызвало начальство, а я когда я вернулся, то Джек и Юми уже прощались:

- Пока, приходи еще! — махал рукой Джек.

Юми кивнула — конечно. Джек, видно, ей очень понравился. Господин Имамото был очень доволен, просто сиял. После этого он стал часто бывать у нас, почти всегда — с маленькой Юми. Лиза держалась с девочкой прохладно, а Джек болтал охотно и подолгу. 

***

Прошло несколько лет. Юми потихоньку росла, господин Имамото старел, только Лиза и Джек не менялись, оставались все такими же. Мертвые, знаете ли, не стареют. Новая жена господина Имамото так ни разу у нас после этого и не появилась — наверное, некогда ей было. 

Затем господин Имамото опять надолго пропал, на полгода. Я уже начал волноваться — не случилось что? Хотя, с другой стороны, сообщили бы, ведь он человек богатый, известный. Наконец господин Имамото снова появился, и я заметил, как он сдал, постарел. Наверное, долго болел… Потом жизнь снова вошла в привычное русло…

…И вот настал день, которого я ждал и боялся. Юми пришла на могилу вместе с матерью, обе они были в траурных платьях. Я низко поклонился и, как обычно, проводил до могилы.

— Ты уверена, что тебе это надо? — нервно спросила госпожа Имамото.

— Да, — твердо ответила внезапно повзрослевшая и очень серьезная Юми, — это моя обязанность, мой долг.

— Ну, как знаешь, — пожала плечами госпожа Имамото.

И Юми осталась одна. Она подождала, пока мать отойдет, а затем вызвала голограмму Лизы. Та мельком взглянула на ее траурное платье, черную вуалетку и все поняла.

— Где его похоронили? — только спросила она.

— На городском кладбище, — тихо ответила Юми. — Мама не захотела, что его хоронили здесь. Но вы не волнуйтесь — отец заплатил за вашу могилу на десять лет вперед, а затем буду платить я. 

— Зачем тебе это надо, девочка? — грустно улыбнулась Лиза. — Ты молодая и, очевидно, скоро забудешь о нас. У тебя своя жизнь, друзья. Зачем тебе чужие мертвецы? Да и мать твоя наверняка будет против… 

— Нет, — упрямо повторила Юми, — я стану навещать вас. И мать не сможет этого запретить, не имеет права. Да и невыгодно ей, потеряет деньги.

— Разве не она наследовала все состояние? — удивилась Лиза.

— Нет, я единственная наследница, — ответила Юми. — И, по условиям завещания, сама распоряжаюсь деньгами. Такова предсмертная воля моего отца. Мать это знает и препятствий мне чинить не станет. Понимает, что ей лучше со мной не ссориться… 

Лиза кивнула: 

— Хорошо, пусть будет так. Ты, наверное, хочешь поговорить с Джеком?

— Да, если вы не против.

— Как я могу быть против? — горько усмехнулась Лиза. — Я лишь голограмма. Разговаривай, сколько захочешь, он только будет рад этому. 

Юми вызвала Джека. Тот очень обрадовался, заулыбался, замахал руками. И они стали беседовать. А я стоял в сторонке и тихо плакал. Но не от горя, а от счастья. Я очень был счастлив, что у Джека и Лизы появится новый опекун. Значит, они не останутся одни. Никто не должен оставаться один, ни в этом мире, ни в другом…

На выходе из кладбища Юми дала мне чаевые, очень хорошие — как раньше ее отец. Госпожа Имамото скривилась, но ничего не сказала. Кстати, она больше на кладбище не приходила, а вот Юми приезжала довольно часто. Конечно, не каждую неделю и даже не каждый месяц, но в поминальные дни и праздники — обязательно. Разговаривала с Джеком и с Лизой, а я, как обычно, стоял и ждал, не будет ли каких приказаний. Но ничего обычно не бывало.

Шло время. Юми сменила школьное платье на форму престижного столичного университета, затем — на деловой костюм одного из солидных банков. Значит, у нее все было хорошо. Потом Юми надолго исчезла, ее не было пять или шесть лет. Я уже стал думать, что она забыла о Лизе и Джеке. Что ж, бывает. Возможно, она вышла замуж, уехала далеко… Жизнь-то идет, а мертвые… Что мертвые? Они подождут, никуда не денутся. В конце концов, у них есть я, их верный смотритель. 

Но однажды она вернулась. Я, как обычно, прибирал могилу, когда Юми неожиданно появилась. Да не одна, а с девочкой трех-четырех лет. Очень хорошенькой. Юми вежливо поздоровалась со мной, а потом вызвала Джека.

— Смотри, Лизи, — сказала она, — это твой дядя Джек. Поздоровайся с ним!

— Здравствуй, дядя Джек! — прощебетала малышка. — Ты любишь мороженое?
_____

Рассказ победителя конкурса для авторов портала "Хороший текст" Игоря Градова.

  • Like 1
  • Upvote 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
В 14.02.2018 at 17:42, w i t o сказал:

Сергей Петрович Капица рассказывал:

Дело было в 60–х годах. Группа физиков–ядерщиков из закрытого НИИ поехала на Чёрное море. Все как один — доктора наук. Пришли на бережок, по пути купив несколько бутылок винца с такой пластмассовой крышкой, которую надо срезать ножом. Приходят, приготовились уже — опа! — а бутылки открывать нечем! Видят невдалеке мужичка бомжеватого вида.

— Уважаемый, а у вас не найдётся чего–нибудь, чтоб бутылочку открыть?
— Откроем, как не открыть! Спички есть?
Мужик берёт спички, нагревает пробку и срывает её, размякшую, со словами:
— Физику в школе надо было учить, салаги!

У меня родственник был физиком в советское время. Жил на одну зарплату, и иногда с коллегами подрабатывали грузчиком. Однажды они должны были грузить в машину что-то тяжелое, а рядом сидел водитель грузовика и курил. Они просили ему помогать, на это водила ответил: нормально учились бы в школе в свое время, сейчас не приходилось бы такую работу сделать (վախտին սովորեիք, հմի սենց գործի չէիք ըլնի).

Изменено пользователем Gevorg
  • Upvote 4

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Однажды я, еще студентом, присутствовал при беседе товарища Полянского, разжалованного из членов Политбюро в послы, с очень важным японцем древнего аристократического рода. «А ты хиитрый старикан!» - сказал бывший хрущевский любимец потомку владетельных даймё, который пришел на встречу в парадном кимоно с гербами. Переводчик не моргнув глазом прошелестел: «Мы знаем вас, сенсей, как большого друга Советского Союза». Я стоял рядом, учился мастерству.

https://borisakunin.livejournal.com/80171.html

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Denis Dragunsky
4 mins · Moscow, Russia · 
ПАБЛО ПИКАССО БЫЛ ОТЛИЧНЫМ РИСОВАЛЬЩИКОМ.
Он жил в Париже, рисовал очень похожие портреты тамошних богачей и отлично зарабатывал. А у него были три нищих друга-художника: немец Блауман, англичанин Роузвуд и еврей Кубик. Чтоб поддержать товарищей, он покупал у них картины, прямо на корню - всё, что они ни напишут. Эти трое разбаловались, стали вести очень невоздержанный образ жизни, и скоро скончались - один от пьянства, другой от кокаина, третий от женщин. Тогда Пикассо взял и выставил их картины как свои.
Отсюда и пошел "голубой период", "розовый период" и "кубизм". Самому Пикассо больше всего нравился кубизм, потому что легче в производстве. Он потом и сам так наладился рисовать - кубиками и глаза на затылке.
Но по ночам запирался в своей мастерской и тонким карандашом, со штриховкой, рисовал академическую натурщицу.

  • Like 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Гайто Газданов
Ночные дороги (фрагмент)
<…>
Я помню, как в начале шоферской работы я остановился однажды у тротуара, привлеченный стонами довольно приличной дамы лет тридцати пяти с распухшим лицом, она стояла, прислонившись к тротуарной тумбе, стонала и делала мне знаки; когда я подъехал, она попросила меня прерывающимся голосом отвезти ее в госпиталь; у нее была сломана нога. Я поднял ее и уложил в автомобиль; но когда мы приехали, она отказалась мне платить и заявила вышедшему человеку в белом халате, что я своим автомобилем сбил ее и что, падая, она сломала ногу. И я не только не получил денег, но еще и рисковал быть обвиненным в том, что называется невольным убийством. К счастью, человек в белом халате отнесся к ее словам скептически, и я поспешил уехать. И впоследствии, когда мне делали знаки люди, стоящие над чьим-нибудь распростертым на тротуаре телом, я только сильнее нажимал на акселератор и проезжал, никогда не останавливаясь. Человек в прекрасном костюме, вышедший из гостиницы Клэридж, которого я отвез на Лионский вокзал, дал мне сто франков, у меня не было сдачи; он сказал, что разменяет их внутри, ушел – и больше не вернулся; это был почтенный, седой человек с хорошей сигарой, напоминавшей по виду директора банка, и очень возможно, что действительно директор банка.
Однажды, после очередной клиентки, в два часа ночи, я осветил автомобиль и увидел, что на сиденье лежит женская гребенка с вправленными в нее бриллиантами, по всей вероятности фальшивыми, но вид у нее был, во всяком случае, роскошный; мне было лень слезать, я решил, что возьму эту гребенку позже. В это время меня остановила дама - это было на одной из авеню возле ChampsdeMars – в собольем sortiedebal Женская вечерняя накидка (фр.).; она поехала на авеню Foch; после ее ухода я вспомнил о гребенке и посмотрел через плечо. Гребенки не было, дама в sortiedebal украла ее так же, как это сделала бы горничная или проститутка.
Я думал об этом и о многих других вещах почти всегда в одни и те же утренние часы. Зимой было еще темно, летом светло в это время и никого уже не было на улицах; очень редко встречались рабочие - безмолвные фигуры, которые проходили и исчезали. Я почти не смотрел на них, так как знал наизусть их внешний облик, как знал кварталы, где они живут, и другие, где они никогда не бывают. Париж разделен на несколько неподвижных зон; я помню, что один из старых рабочих – я был вместе с ним на бумажной фабрике возле бульвара delaGare – сказал мне, что за сорок лет пребывания в Париже он не был на Елисейских Полях, потому что, объяснил он, он там никогда не работал. 
В этом городе еще была жива, – в бедных кварталах, – далекая психология, чуть ли не четырнадцатого столетия, рядом с современностью, не смешиваясь и почти не сталкиваясь с ней. И я думал иногда, разъезжая и попадая в такие места, о существовании которых я не подозревал, что там до сих пор происходит медленное умирание средневековья. Но мне редко удавалось сосредоточиться на одной мысли в течение более или менее продолжительного времени, и после очередного поворота руля узкая улица исчезла и начиналось широкое авеню, застроенное домами со стеклянными дверьми и лифтами. Эта беглость впечатлений нередко утомляла внимание, и я предпочитал закрывать глаза и не думать ни о чем. Никакое впечатление, никакое очарование не могло быть длительным при этой работе – и только потом я старался вспомнить и разобрать то, что мне удалось увидеть за очередную ночную поездку, из подробностей того необыкновенного мира, который характерен для ночного Парижа. 
Всегда, каждую ночь, я встречал нескольких сумасшедших; это были чаще всего люди, находящиеся на пороге сумасшедшего дома или больницы, алкоголики и бродяги. В Париже много тысяч таких людей. Я заранее знал, что на такой-то улице будет проходить такой-то сумасшедший, а в другом квартале будет другой. Узнать о них что-либо было чрезвычайно трудно, так как то, что они говорили, бывало обычно совершенно бессвязно. Иногда, впрочем, это удавалось.
Я помню, что одно время меня особенно интересовал маленький, невзрачный человек с усиками, довольно чисто одетый, похожий по виду на рабочего и которого я видел примерно каждую неделю или каждые две недели, около двух часов ночи, всегда в одном и том же месте на AvenuedeVersailles, на углу, напротив моста Гренель. Он обычно стоял на мостовой, возле тротуара, грозил кому-то кулаками и бормотал едва слышно ругательства. Я мог только разобрать, как он шептал: сволочь!.. сволочь!.. Я знал его много лет всегда в одни и те же часы, всегда на одном и том же месте. Я заговорил наконец с ним, и после долгих расспросов мне удалось выяснить его историю. 
Он был по профессии плотник, жил где-то возле Версаля, в двенадцати километрах от Парижа, и мог приезжать сюда поэтому только раз в неделю, в субботу. Шесть лет тому назад он вечером повздорил с хозяином кафе, которое находилось напротив, и хозяин ударил его по физиономии. Он ушел и с тех пор затаил против него смертельную ненависть. Каждую субботу он приезжал вечером в Париж; и так как он очень боялся этого ударившего его человека, то он ждал, пока закроется его кафе, пил, набираясь храбрости, в соседних "бистро" один стакан за другим, и когда, наконец, его враг закрывал свое заведение, тогда он приходил к этому месту, грозил незримому хозяину кулаком и шепотом бормотал ругательства; но он был так напуган, что никогда не осмеливался говорить полным голосом. Всю неделю, работая в Версале, он с нетерпением ждал субботы, потом одевался по-праздничному и ехал в Париж, чтобы ночью, на пустынной улице, произносить свои едва слышные оскорбления и грозить в направлении кафе. Он оставался на авеню Версаль до рассвета – и потом уходил по направлению к порт Сен-Клу, время от времени останавливаясь, оборачиваясь и помахивая маленьким, сухим кулаком. Я зашел потом в кафе, которое держал его обидчик, застал там пышную рыжую женщину за прилавком, которая пожаловалась на дела, как всегда. Я спросил ее, давно ли она держит это кафе, оказалось, что три года, она переехала сюда после смерти его прежнего владельца, который умер от апоплексического удара.
<…>

  • Upvote 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

С другой русской особенностью я столкнулся во время моего первого пребывания в Петербурге в 1859 г. В первые весенние дни принадлежавшее ко двору общество гуляло по Летнему саду, между Павловским дворцом и Невой. Импера­тору бросилось в глаза, что посреди одной из лужаек стоит ча­совой. На вопрос, почему он тут стоит, солдат мог ответить лишь, что «так приказано»; император поручил своему адъю­танту осведомиться на гауптвахте, но и там не могли дать другого ответа, кроме того, что в этот караул зимой и летом отряжают часового, а по чьему первоначальному приказу — установить нельзя. Тема эта стала при дворе злободневной, и разговоры о ней дошли до слуг. Среди них оказался старик-лакей, состоявший уже на пенсии, который сообщил, что его отец, проходя с ним как-то по Летнему саду мимо карауль­ного, сказал: «А часовой все стоит и караулит цветок. Импе­ратрица Екатерина увидела как-то на этом месте гораздо рань­ше, чем обычно, первый подснежник и приказала следить, что­бы его не сорвали». Исполняя приказ, тут поставили часового, и с тех пор он стоит из года в год. Подобные факты вызывают у нас порицание и насмешку, но в них находят свое выражение примитивная мощь, устойчивость и постоянство, на которых зиждется сила того, что составляет сущность России в противо­вес остальной Европе. Невольно вспоминаешь в этой связи ча­совых, которые в Петербурге во время наводнения 1825 г. и на Шипке в 1877 г. не были сняты, и одни утонули, а другие замерзли на своем посту.

Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк «Мысли и воспоминания»

  • Спасибо 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Последний комбайн " Сталинец 1" был выпущен в 1941 году , но некоторые детали на него ( они только на эту модель подходили) производили до 1972 года, так как не было команды " остановитесь ".  Производили, отправляли в Ромсельмаш на сборку , те оформляли, как ненужные и в металлолом. И так по кругу почти 30 лет. Оба завода находились в Ростове, метров 500-700 друг от друга.

Изменено пользователем cartesius

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти

×