Перейти к содержанию
Авторизация  
French

Стихи об Армении

Рекомендуемые сообщения

СТИХИ ОБ АРМЕНИИ

Я никогда не слышал песен,

Чтоб радостней армянских были.

Как был твой голос чист и весел,

Когда мы по Севану плыли!

Качались косы, плечи, руки,

Горел твой взор рассветной ранью,

Меня томили песен звуки –

Слов непонятных обаянье.

Летела эта песня в дали,

Сквозь камни, речки и отроги,

И путь ей скалы уступали,

Сходили вежливо с дороги.

Казалось, спрыгнув на поляну,

Смеются песни, словно дети,

Казалось, кружит по Севану

С волнами эти песни ветер.

Казалось, звон Раздана чистый

По скалам прокатился эхом,

Казалось, кто-то голосистый

Счастливым разразился смехом…

Не слышал песен никогда я

Грустней армянских и печальней,

Как ты их пела – вспоминаю –

У вод Севана в час прощальный!..

Мне слышался в них стон Раздана,

Тоска немая Арарата,

Как взгляд твой горький, непрестанно

Они влекли меня куда то…

Казалось не слова слетают,

А слезы катятся по лицам, –

Вся скорбь Армении святая

Стремится в песнях тех излиться…

Казалось, древние хачкары

Рыдают на степном просторе;

Казалось, кто-то очень старый

Чуть слышно плачет в тяжком горе…

В армянской песне – боль и сила,

Народа радость и страданье…

Ты, как любовь, меня пленило,

Армянской песни обаянье!..

* * *

Пойдем к Севану в ранний час зари

И постоим, словам стихии внемля:

«О, как земля прекрасна – посмотри,

Люби ее, сухую эту землю!..»

К Севану подойдем в вечерний час

И постоим у волн, их зову внемля:

«Взгляни, как хороша земля сейчас!

Люби ее, свою родную землю!..»

Когда бы мы к нему ни подошли,

Горит огнем вода его живая,

На солнечный простор родной земли

Своих сынов далеких созывая.

Я СМОТРЮ НА АРАРАТ

Как армянин, я Арарат люблю,

Как армянин, с ним вместе я скорблю.

Туман его, дыхание его

Сгущаются у сердца моего.

И мнится мне, не луч зари горит,

А кровь армян снега его багрит.

И кажется, не дождь сечет туман,

А льются слезы горькие армян…

Потоки слез текли века подряд –

Ты их вобрал, безмолвный Арарат…

И сам мечтал столетья напролет

Увидеть близко свет севанских вод…

О, как же прочен снег извечный твой,

Коль он не тает от тоски людской!

Смотрю я на далекий Арарат,

Любовью и волнением объят!

ПАМЯТНИКИ-РОДНИКИ

Сверкают родники

На берегу Зангу,

Слышны их голоса

Полдневною порою.

Прозрачная вода

Мне шепчет на бегу:

«Не умирают никогда герои!..»

И если в Ереван

Приедешь ты, мой друг,

Пойди к тем родникам,

Где так любил стоять я, –

Услышишь шум воды –

И ты поверишь вдруг,

Что ожили они –

Твои родные братья.

Армения моя!

Не в белизне перин –

В седых снегах полей

Сыны твои почили;

Среди лесов глухих,

Среди степных равнин

Горячие сердца

Вдали от гор застыли...

Склонясь в тоске

Над их могилою святой,

Я плакал у Днепра,

Где пел им славу ветер,

В Болгарии цветок

Над светлой их плитой

В далеком Пловдиве

Я видел летом этим.

Скажи, Армения!

Найдется ли земля,

В чьих недрах бы сынов твоих

Не хоронили?

Найдется ли река,

Кропящая поля,

Куда бы кровь свою

Сыны твои не лили?!

И знаю я:

Мечта томила их в бою –

Испить родной воды,

Живой, неповторимой,

И в свой последний час

Они в чужом краю

Мечтали о своей Армении родимой.

Сверкают родники,

Как свет дневной, чисты,

И в мире нет воды

Их капель драгоценней...

И если в Ереван,

Мой друг, приедешь ты –

Пойди к тем родникам

И преклони колена.

Прислушайся к воде

Бессмертных родников,

О подвигах она

Поет ночной порою...

И коль земли своей

Услышишь ратный зов,

Ты сердце ей отдашь,

Как воины-герои.

УЕЗЖАЯ

Г. Эмину

Когда на подножке вагона стою,

Как весело другу я руку даю!

Шутя и смеясь, мы прощаемся с ним.

Уж мчатся столбы за окошком моим.

Пою я и вдруг замолчу в тишине,

И грусть с опозданьем приходит ко мне.

Приходит по другу большая тоска,

Не вижу я дыма, не слышу свистка,

Ни моря, ни гор я не вижу кругом –

Лишь друга лицо за вагонным стеклом

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Немного модифицируя тему, начатую Френчем, предлагаю собрать небольшую библиотеку стихов об Армении, написанных неармянами. Буду особенно признателен за стихи современных поэтов - известных и не очень.

Итак, дамы и господа, - прошу! :hammer:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Молчание... Хорошо, тогда начну первый. Стихотворение написано Светланой Биткетовой, молодой леди русско-скандинавско-еврейского происхождения:

Город мой

Увези меня в Ереван, где из туфа дома, где горы,

И блестит под солнцем Севан и родник журчит по-родному,

Где в твоем дворе виноград, и дудук баюкает ночью,

Где нам пир заменит гранат, и вино - рекой, сколько хочешь.

Где горячий лаваш с утра, и детишки гурьбой повсюду,

Где на каждом столе толма, и соседи песнями будят.

Увези меня в Город мой, задыхаюсь среди березок,

Он согреет меня зимой даже в минус двадцать мороза.

Там мне каждый прохожий – брат, каждый камень – далекий предок,

И в окно каждый день Гора, а не серый бетон до неба.

И когда-нибудь я дождусь, нам Масис даст примерить шапку,

Я в долину к нему спущусь, соберу васильков охапку,

И оставлю цветы лежать у подножья его вершины

И вернусь в Ереван, назад, и уже никогда не покину.

Светлана Бикетова, 2006

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

ФАЭТОНЩИК

На высоком перевале

В мусульманской стороне

Мы со смертью пировали -

Было страшно, как во сне.

Нам попался фаэтонщик,

Пропеченный, как изюм,

Словно дьявола поденщик,

Односложен и угрюм.

То гортанный крик араба,

То бессмысленное "цо" -

Словно розу или жабу,

Он берег свое лицо:

Под кожевенною маской

Скрыв ужасные черты,

Он куда-то гнал коляску

До последней хрипоты.

И пошли толчки, разгоны,

И не слезть было с горы -

Закружились фаэтоны,

Постоялые дворы...

Я очнулся: стой, приятель!

Я припомнил - черт возьми!

Это чумный председатель

Заблудился с лошадьми!

Он безносой канителью

Правит, душу веселя,

Чтоб вертелась каруселью

Кисло-сладкая земля...

Так, в Нагорном Карабахе,

В хищном городе Шуше

Я изведал эти страхи,

Соприродные душе.

Сорок тысяч мертвых окон

Там видны со всех сторон,

И труда бездушный кокон

На горах похоронен.

И бесстыдно розовеют

Обнаженные дома,

А над ними неба мреет

Темно-синяя чума.

Осип Мандельштам

12 июня 1931

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Даже не знаю к кому больше любовь, к Еревану или человеку ради которого город полюбила :)

Молодец Светлана.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Орущих камней государство --

Армения, Армения!

Хриплые горы к оружью зовущая --

Армения, Армения!

К трубам серебряным Азии вечно летящая --

Армения Армения!

Солнца персидские деньги щедро раздаривающая --

Армения, Армения!

Осип Мандельштам

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Спасибо, Уткарш! Но вот менее известное - от замечательного еврейского поэта Александра Гитовича:

* * *

Зима — она похожа на войну,

Бывает грустно без вина зимою.

И если это ставят мне в вину,

Пожалуйста, — ее сейчас я смою

Не только откровенностью прямою,

Признаньем слабости моей к вину,

Но и самим вином. Как в старину,

Мы склонны трезвость сравнивать с тюрьмою.

Во-первых, это правда. Во-вторых,

Не спорьте с нами: в блиндажах сырых

Мы породнились — брат стоит за брата.

А в Эривань поехать кто не рад?

Там, если не взойдем на Арарат,

То хоть сойдем в подвалы "Арарата".

* * *

Армения! Бессмертен твой народ,

Он не числом прославлен, а уменьем —

И на него глядят с недоуменьем:

Что он предвидит? Что изобретет?

В какой еще посмотрит телескоп,

Какое чудо вырастит в долине.

Через какой перемахнет окоп,

Чтоб вместе с нами ликовать в Берлине?!

* * *

Хмельного от хлеба и соли,

Меня развлекали друзья —

Но думал старик поневоле

О том, о чем думать нельзя.

Спала под снегами Европа.

А тут уже знал человек

Звериную злобу потопа,

И разум, и Ноев ковчег.

1955

* * *

ОБЛАКА НАД СЕВАНОМ

А. Галенцу

Пришедший из далеких стран

С поклажею нехитрой,

Сезанн, влюбившийся в Севан,

Колдует над палитрой.

Над ними глыба облаков

Плотна и серебриста —

Она как шерсть для башлыков

И рай — для пейзажиста.

1965

* * *

Пиры — это битвы. Заране

Был час испытанья суров:

Меня проверяли армяне,

Пригоден ли я для пиров.

И вот на колхозном базаре

Я принял как первый удар —

Кувшин ледяного маджари

И красного перца пожар.

1965

"ДВИН"

Ты прав опять, мой добрый Вартанян:

Нет коньяка, что равен был бы "Двину", —

Пусть я сейчас наполовину пьян,

Но я зато и трезв наполовину.

Я закаляюсь в медленном огне.

Чтоб мысль работала легко и ясно,

И то, что в Ленинграде вредно мне,

В Армении — полезно и прекрасно.

1966

ВАЛУНЫ

Мне кажется, что когда-то

Природа, в глубоком горе,

Оплакивала Армению

Каменными слезами,

И слезы, соединяясь

Подобно шарикам ртути,

Образовали эти

Гладкие валуны.

1966

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Чичибабин «Псалом Армении»

Первый Псалом Армении

Ну что тебе Грузия? Хмель да кураж,

приманка для бардов опальных

да весь в кожуре апельсиновый пляж

с луной в обезьяновых пальмах.

Я мог бы, пожалуй, довериться здесь

плетучим абхазским повозкам,

но жирность природы, но жителей спесь...

А ну их к монахам афонским!..

А сбоку Армения - божья любовь,

в горах сораспятая с Богом,

где боль Его плещет в травинке любой,

где малое помнит о многом.

Судьбой моей правит не тост тамады -

обитель трудов неустанных

контрастом тем пальмам, - а рос там один

колючий пустынный кустарник.

И камень валялся, и пламень сиял, -

и Ноем в кизиловом зное,

ни разу не видев, я сразу узнал

обещанное и родное.

Там плоть и материя щедро царят,

там женственность не деревянна,

там беловенечный плывёт Арарат

близ алчущих глаз Еревана.

Там брата Севана светла синева,

где вера свой парус расправит, -

а что за слова! Не Саят ли Нова

влюблённость и праведность славит?

Там в гору, всё в гору мой путь не тяжёл, -

причастием к вечности полнясь,

не брезгуя бытом, на пиршестве сёл

библейская пишется повесть.

Там жизнь мировая согласна с мирской,

и дальнее плачет о близком,

и радости праздник пронизан тоской

и жертвенной кровью обрызган.

Не быть мне от времени навеселе,

и родина мне не защита -

я верен по гроб камнегрудой земле

орешника и геноцида.

И сладостен сердцу отказ от правот,

и дух, что горел и метался,

в любви и раскаянье к небу плывёт

с певучей мольбой Комитаса...

Что жизнь наша, брат? Туесок для сует -

и не было б доли унылей,

но вышней трагедии правда и свет

её, как ребёнка, омыли.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

“Подражание армянскому”

Я приснюсь тебе черной овцою

На нетвердых, сухих ногах,

Подойду, заблею, завою:

"Сладко ль ужинал, падишах?

Ты вселенную держишь, как бусу,

Светлой волей Аллаха храним...

Так пришелся ль сынок мой по вкусу

И тебе, и деткам твоим?"

Ахматова А.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

КОМИТАС

Ничего душа не хочет

И, не открывая глаз,

В небо смотрит и бормочет,

Как безумный Комитас.

Медленно идут светила

По спирали в вышине,

Будто их заговорила

Сила, спящая во мне.

Вся в крови моя рубаха,

Потому что и меня

Обдувает ветром страха

Стародавняя резня.

И опять Айя-Софии

Камень ходит предо мной,

И земля ступни босые

Обжигает мне золой.

Лазарь вышел из гробницы,

А ему и дела нет,

Что летит в его глазницы

Белый яблоневый цвет.

До утра в гортани воздух

Шелушится, как слюда,

И стоит в багровых звездах

Кривда Страшного суда

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

ВАН

Душа, огромная как море,

Дыша, как ветер над вулканом,

Вдыхает огненное горе

Над разоренным раем, Ваном.

Как жертвенное счастье,

Как сладкое мученье

В народной гибели участье,

С тенями скорбными общенье!

Еще я мог пробыть с живыми

При свете солнца, в полдень знойный,

Но над садами горевыми

Поднялся лик луны спокойный.

Непобедимое сиянье

И неподвижные руины

Развалин жуткое зиянье

И свист немолчный, соловьиный.

Луна лавины света рушит.

В садах, от лепестков дремотных

Исходит ладан, душу душит

Среди цветов толпа бесплотных.

Они проходят вереницей

И каждый в дом былой заходит

Как узник связанный с темницей

Меж стен обуглившихся бродит.

Городецкий С.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Из Брюсова:

К АРМЯНАМ

Да, вы поставлены на грани

Двух разных спорящих миров,

И в глубине родных преданий

Вам слышны отзвуки веков.

Все бури, все волненья мира,

Летя, касались вас крылом,—

И гром глухой походов Кира

И Александра бранный гром.

Вы низили, в смятенье стана,

При Каррах римские значки;

Вы за мечом Юстиниана

Вели на бой свои полки;

Нередко вас клонили бури,

Как вихри — нежный цвет весны:

При Чингиз-хане, Ленгтимуре,

При мрачном торжестве Луны.

Но, воин стойкий, под ударом

Ваш дух не уступал Судьбе;

Два мира вкруг него недаром

Кипели, смешаны в борьбе.

Гранился он, как твердь алмаза,

В себе все отсветы храня:

И краски нежных роз Шираза,

И блеск Гомерова огня.

И уцелел ваш край Наирский

В крушеньях царств, меж мук земли:

Вы за оградой монастырской

Свои святыни сберегли.

Там, откровенья скрыв глубоко,

Таила скорбная мечта

Мысль Запада и мысль Востока,

Агурамазды и Христа,—

И, ключ божественной услады,

Нетленный в переменах лет:

На светлом пламени Эллады

Зажженный — ваших песен свет.

И ныне, в этом мире новом,

В толпе мятущихся племен,

Вы встали — обликом суровым

Для нас таинственных времен.

Но то, что было, вечно живо,

В былом — награда и урок.

Носить вы вправе горделиво

Свой многовековой венок.

А мы, великому наследью

Дивясь, обеты слышим в нем.

Так! Прошлое тяжелой медью

Гудит над каждым новым днем.

И верится, народ Тиграна,

Что, бурю вновь преодолев,

Звездой ты выйдешь из тумана,

Для новых подвигов созрев;

Что вновь твоя живая лира,

Над камнями истлевших плит,

Два чуждых, два враждебных мира

В напеве высшем съединит!

23 января 1916

К АРМЕНИИ

В тот год, когда господь сурово

Над нами длань отяготил,—

Я, в жажде сумрачного крова,

Скрываясь от лица дневного,

Бежал к бесстрастию могил.

Я думал: божескую гневность

Избуду я в святой тиши:

Смирит тоску седая древность,

Тысячелетних строф напевность

Излечит недуги души.

Но там, где я искал гробницы,

Я целый мир живой обрел:

Запели, в сретенье денницы,

Давно истлевшие цевницы,

И смерти луг — в цветах расцвел.

Не мертвым голосом былины,—

Живым приветствием любви

Окрестно дрогнули долины,

И древний мир, как зов единый,

Мне грянул грозное: «Живи!»

Сквозь разделяющее годы

Услышал я ту песнь веков.

Во славу благостной природы,

Любви, познанья и свободы,—

Песнь, цепь ломающих, рабов.

Армения! Твой древний голос —

Как свежий ветер в летний зной:

Как бодро он взвивает волос,

И, как дождем омытый колос,

Я выпрямляюсь под грозой!

9 декабря 1915

К АРАРАТУ

Благодарю, священный Хронос!

Ты двинул дней бесценных ряд,—

И предо мной свой белый конус

Ты высишь, старый Арарат,

В огромной шапке Мономаха,

Как властелин окрестных гор,

Ты взнесся от земного праха

В свободно-голубой простор.

Овеян ласковым закатом

И сизым облаком повит,

Твой снег сияньем розоватым

На кручах каменных горит.

Внизу, на поле каменистом,

Овец ведет пастух седой,

И длинный посох, в свете мглистом,

Похож на скипетр вековой.

Вдали — убогие деревни,

Уступы, скалы, камни, снег...

Весь мир кругом — суровый, древний,

Как тот, где опочил ковчег.

А против Арарата, слева,

В снегах, алея, Алагяз,

Короной венчанная дева,

Со старика не сводит глаз.

1916

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

И еще из Городецкого -

Армении

Как перед женщиной, неведомой и новой,

В счастливом трепете стою перед тобой.

И первое сорваться с уст боится слово,

И первою смущаются глаза мольбой.

Узнать тебя! Понять тебя! Обнять любовью,

Друг другу золотые двери отворить.

Армения, звенящая огнем и кровью!

Армения, тебя хочу я полюбить!

Я голову пред древностью твоей склоняю,

Я красоту твою целую в алые уста.

Как странно мне, что я тебя еще не знаю,

Страна - кремень, страна - алмаз, страна - мечта!

Иду к тебе. Привет тебе! Я сердцем скорый.

Я оком быстрый. Вот горят твои венцы -

Жемчужные, алмазные, святые горы.

Я к ним иду. Иду во все твои концы.

Узнать тебя! Понять тебя! Обнять любовью,

И воскресенья весть услышать над тобой.

Армения, звенящая огнем и кровью!

Армения, не побежденная судьбой!

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Из французской литературы

Les Alliés sont en Arménie.

Gémis donc, Haiasdan, crie pour qu’on t’entende

Le monde entier, le dos tourné, plante des choux

Ne faut-il pas que l’on achète et que l’on vende

Qu’on se marie et qu’on mettre au coffre des sous.

Mais quel autre que Dieu peut écouter la plainte

D’un peuple tout entier au pied de l’Ararat ?

Il n’est plus de croisés mourant en Terre Sainte !

Il n’en est qu’en esprit et je suis de ceux-là…

Interprète effrayé de la douleur humaine,

Je vous offre les pleurs qu’on verse près de vous

Et le sang de ce prêtre qui s’ouvrit les veines

Le proposant en prix pour apaiser des fous,

Seigneur !…voyez aussi ! je vous offre mes larmes !

Le fer à Ton Côté que je sens dans le mien,

Celui que d’Arméniens a causé tant d’alarmes

Et les bûchers de ces nouveaux martyrs chrétiens !

La douleur de la terre est un gouffre sonore.

Comme tu as souffert, faut-il qu’on souffre encore ?

Pour quelle dette, ô Dieu, une telle rançon ?

Quoi ! le sang de ton fils rougissant le calvaire

N’a-t-il pas des mortels obtenu le pardon ?

Et ne devait-il pas apaiser ta colère ?

Se peut-il Jéhovah, qu’il soit dans ton dessein

Qu’on prenne les enfants de la mère à son sein,

L’épouse à son époux, à son foyer la vierge ?

Qu’on allume un bûcher du prêtre avec un cierge ?

Celui qui t’abandonne appartient au démon

Qui le transperce à la pointe de l’hameçon,

Mais ce peuple arménien écoutait tes apôtres !

Ont-ils comme Jésus sur eux l’erreur des autres ?

L’Eglise dit que les martyrs des premiers temps

Etaient pour affirmer la puissance du Verbe ;

Vous servez-vous, mon Dieu, des bourreaux musulmans

Pour punir les païens d’Occident trop superbes ?

Peuples dont les moissons attendent la faucille

Et chez qui le paysan, le labeur accompli,

Goûte la paix des soirs avec sa famille

Que l’oiseau de l’azur couronne de ses cris,

Laboureurs qui vivez de la chère verdure,

Citadins qui glissez dans les douces voitures,

Ouvriers qui vous reposez du bon travail,

Fonctionnaires qui vous promenez sur le Mail,

Songez qu’il est là-bas un peuple que l’on pille,

Quand il n’a plus d’argent, qu’on lui ravit ses filles,

Qu’on y vit en l’état de siège en temps de paix,

Qu’on y est criminel encore étant parfait,

Qu’on n’y est jamais sûr de posséder une acre,

Ni que demain ne sera pas jour de massacre.

De Diarbékir, mil huit cent soixante-dix-huit,

Au rapport d’un évêque on lisait ce qui suit :

« Les Kurdes ont souillé notre église arménienne ;

Nos biens sont, disent-ils, les leurs, et les chrétiennes

Par la mort seulement échappent à leurs bras.

L’autorité des Turcs ne nous protège pas ;

Ceux dont quelque cachot punit le brigandage

Si c’est un Arménien qui subit son dommage

Le peuple en court ouvrir la porte à deux battants.

Si l’on résiste ‘A mort’ !…s’il faut des combattants

Le carnage ! les boutiques sont dévastées ».

Lisez les feuilles qui en furent publiées !

Les détails sont lassants et n’ont plus rien de neuf.

Soixante-dix-huit ! et quatre-vingt-seize et neuf !

Ce rapport ne dit rien ! les faits sont plus atroces !

On torture au fer rouge ; on fait bouillir les gens ;

On emplit le calice avec des excréments ;

On salit tout objet qui sert au sacerdoce

Et pour insulter Dieu, on insulte l’autel.

Les Gaulois envoyaient des flèches vers le ciel

Mais le Kurde s’enivre ayant sur son épaule

La croix comme un fusil, la chasuble et l’étole !

Il fait un feu vivant de morts et de blessés

D’enfants pris à la chair des épouses enceintes

Et dans l’horrible odeur de bitume enflammé,

Il donne par la danse à la mort une enceinte !

Trois cent mille Arméniens, si l’on ne nous abuse,

Cachant leurs nudités aux yeux quand on pouvait

Comme en un colossal radeau de la Méduse !

Et tous les jours on en laissait ! Il en mourait !

Plusieurs devenaient fous. On vit un certain prince

Mendier ! Souviens-toi ! rien qu’en une province

Cinquante mille veuves, dix mille orphelins,

N’attendaient de la vie autre espoir que sa fin.

« Voisin ! je crois prudent de fermer la boutique !

« L’air ne sera tantôt pas bon à respirer.

« Un soldat inconnu, un Kurde à l’œil oblique

« Errait dans le marché ce matin. Le pire est

« Que pour nous il n’est pas de défense possible

« Orfèvre, toi ; changeur, moi ! songe quelle cible !

« Quand on aura vidé nos maisons de nos biens…

« Le bout d’un fusil…pan !…sans juge pour toi, chien !

« -J’enverrai mes enfants…- Tiens ! c’est trop tard, regarde

« Ces fourmis sur les remparts, vois-tu ? c’est des gardes

« Pour tirer sur ceux qui s’évadent par les toits.

« Le gouverneur ? – ce sera comme l’autre fois !

« Le gouverneur était là-haut sur la montagne

« Et fit servir le soir aux Kurdes du champagne.

« Mon père ! ils l’on coiffé de leur turban maudit

« puis tué pour qu’il fût digne de leur Paradis

« Ce jour-là. Ecoute ! ce coup de feu ! signal.

« Cet autre est la réponse. Ah le glas paroissial ! »

Une affiche en un coin rassemblait les figures :

« Que la population chrétienne se rassure

« Malgré toutes ses plaintes, ses provocations,

« Le vol fait à un Turc d’un bœuf et d’un mouton,

« Moi, gouverneur, dis qu’il n’y aura pas d’alerte

« Pourvu que les portes chez vous restent ouvertes.

« Je garantis encore l’église à ce propos

« Comme asile inviolable et de parfait repos » !

Or, ce n’était que pour simplifier la besogne

Pour que chaque maison ne devînt pas un fort

Pour que chaque amateur trouvât un coffre-fort

Qu’une cave s’ouvrît aux désirs de l’ivrogne.

La foule avec des cris, ô ville, en tes remparts,

Est pareille à l’oiseau qui veut fuir de sa cage :

Ses efforts sont un jeu pour l’enfant campagnard.

Rien ne s’opposera au Kurde qui saccage ;

Les consuls étrangers par hasard sont absents.

Quelqu’un songe à Constantinople, au téléphone…

Innocent ! le coup vient justement du sultan !

Des têtes pour des loups ! des femmes pour des faunes !

Les soldats à cheval avancent insolents

Comme sur un tapis de femmes et de filles ;

On enferme avec soin à part les plus gentilles.

Elles demandent le martyre en gémissant !

Or le pacha qui commanda l’horrible attaque

Avait les ordres du sultan sur sa chabraque ;

On entre par la ruse en un couvent chrétien

Un signal est donné : il n’en reste plus rien !

L’église est un piège et pas une citadelle :

Aucun espoir jamais et dans aucun recours !

Aux marges des vitraux, sur des degrés d’échelle,

Le Kurde ricanant et pareil au vautour

Dans la foule à genoux mouvante et accablée

Choisit son homme et tire et réussit d’emblée.

« Regarde ce vieux-là et son petit marmot !

« Parions qu’ils vont tomber ensemble et sans un mot ».

Et voici la suprême horreur dans la folie !

Des crochets ont montré, dans une boucherie

Des pieds, des bras humains, pendus au bout de chaînes :

« A vendre, à bon marché, des morceaux de chrétiennes ! »

Le soir, c’est le silence ! en des mares de sang

Ivres, deux Kurdes se disputent un enfant.

Toukilat-Habar-Assar, vainqueur de l’Akhari,

Fit avec son portrait graver au bord d’un fleuve :

« Devant le Dieu Samas, courbe-toi, Naïri !

« J’ai conquis ce pays où mon cheval s’abreuve !»

Naïri, c’est le nom qu’avaient tes pâturages,

Tes rochers de volcan et tes vallons sauvages

Avant qu’en souvenir du glorieux Aram

Qu’aima, dit-on, Sémiramis ou Chamiram,

On leur donna celui des chaînes aratiques.

Naïri allait mieux à ces lieux bucoliques

Où le buffle et le cerf emmêlent aux rameaux,

Des oliviers d’argent qui cachent les moineaux,

Leurs cornes ; où le renard fait s’enfuir les cygnes

Sur les lacs reflétant les poiriers et la vigne,

Où le berger laissant à son fidèle chien

Le soin contre le loup de conserver ses vaches

Chante te mort, mouschegh le Mamigonien,

Et les Ar’lesq qui ne punissent que les lâches.

Mais Dieu n’a pas voulu, délicieuse Haïasdan,

Que tu jouisses en paix d’un site verdoyant !

L’Arabe, Tamerlan, le Perse, la Chaldée

Dans des siècles d’exil tour à tour t’ont damnée.

Mais l’armée aujourd’hui de tes envahisseurs

A le drapeau de liberté des nations sœurs !

Je te plains, intelligente et belle Arménie !

Que ma plume trop faible à te plaindre convie

Ceux qui savent combien tes peuples ont souffert

Depuis que les chrétiens commandés par Vartan

Défendaient Jésus-Christ contre les Musulmans.

Depuis que tu demandes aux vainqueurs idolâtres

De respecter la foi que chantent tes vieux pâtres.

La respecter ! Parler de respect à des Kurdes !

Plus que prévaricateurs, les Turcs sont absurdes.

Ils croyaient que malgré les journaux trop bavards

La main de la paix repoussait le cauchemar ;

Ils croyaient que tes monts, Arménie, ont des piles

Franchissables jamais pour des automobiles,

Que la Bourse en ce monde a déprimé les gens,

Et qu’on ne se bat plus que pour question d’argent

Que la diplomatie avait la bouche close

Qu’on s’entêtait partout à voir la vie en rose.

Or, les temps ont changé ! la guerre est dans les airs !

Les Alliés sont tombés chez eux comme un éclair !

Depuis que le canon tonne sur les Carpathes,

Il coupe d’un seul coup les fils des diplomates.

La guerre, c’est pour vous la paix, chrétiens martyrs,

Et l’on va relever les églises de Tyr.

Oui, recherche Haïasdan, ton ancienne limite

Et de tes anciens rois la glorieuse suite.

Tes larmes vont tarir, regarde l’avenir !

C’est apprendre à régner que d’apprendre à souffrir.

MAX JACOB

Avril 1916

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

этот стиx Дудина, я думаю все знают :)

То геноцид, то Сумгаит,

То гром землетрясения.

Все кровь и кровь.

И все болит В твоей судьбе. Армения.

Не достает тебе равно

На хлеб и песню рвения.

И я люблю тебя давно

За веру в жизнь. Армения.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

И еще - Гитович:

... И когда нас буря долу гнула

Видели мы через туман

Драгоценные дворцы Стамбула,

Созданные гением армян...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Корнелий - как нам запостить или дать линк на Концерт Альфреда Шнитке для Смешанного Хора по Книге Скорбных Песнопений Григора Нарекаци? Научите плиз!!! :flower:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Елена Широкова-Тамбовцева

Из цикла «Стихи об Армении»

Праздник в селе Малишка

Средь голых гор лежит село Малишка.

Дома карабкаются прямо к солнцу.

Бреду вдоль речки. У ворот малышка

кудряво-черноглазая смеётся.

Жуёт осёл солому под навесом.

И рядом с ним к ограде жмутся овцы.

А девочка всё смотрит с интересом

на незнакомку. Смотрит и смеётся.

Встревожено армянское селенье

приездом фотокоров, журналистов.

На праздник собралось всё населенье.

Там микрофон так громок и неистов.

А здесь — внизу — жуёт осёл солому,

и виноград взбирается на крышу,

и в садике за девочкиным домом

лишь голос речки каменистой слышен.

Бросает тень тутовник на дорогу.

Так хочется к нему мне прислониться.

Так отдохнуть мне хочется немного.

И я прошу у девочки напиться.

По-русски ничего не понимает,

но за руку ведёт меня девчонка

во двор, где брат — постарше — наливает

воды, потом смеётся также звонко.

Их бабушка спускается из сада

и, улыбаясь, по-армянски внуку

велит нарвать ведёрко винограда.

А девочка всё держит мою руку.

Я поднимаю нa руки малышку.

Её глаза — две вишенки весёлых.

Сегодня праздник у детей Малишки —

сегодня новую открыли школу!

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Сны о Ереване

Светлана Бикетова

Спокойной ночи, милый друг. Довольно нам

Слагать сегодня бесполезные тирады.

Пусть Вам приснится мой любимый Ереван,

Где в поднебесье вьются лестницы Каскада,

Гарни с дарами от великой Анаит

И Нораванк с его оазисом хачкаров,

Родные горы и святой Эчмиадзин

И львы под сводом в скалах древнего Гехарда,

И смех мальчишек с голубями в Хор Вирап,

И все, что в памяти годами не стирает,

И неделимый и священный Арарат,

Что Aйастан своею мощью охраняет.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Мы выезжали из Эчмиадзина.

Была жара. Летела пыль в глаза.

Как загнанные лошади, машины

Нас заставляли жать на тормоза.

Дорога шла в столицу. У Звартноца

Вода вскипела. Выйдя из машин,

Как будто к долгожданному колодцу,

Спустились по тропинкам в магазин.

Лаваш с водой прохладной, охлажденной,

Был дар небес - и грешным, и святым.

Как группа лиц, судьбой перемещенных,

Мы были рады радостям простым.

Товары из запасов ширпотреба

Не отпускали. Удлиняя день,

Всё новых благ пытались ждать от неба.

И лишь одно нам нужно было - тень.

Но кратер непогасшего вулкана

Был мир вокруг. Там пролегал наш путь.

Нам предстояло поздно или рано

Через самих себя перешагнуть.

Александр Винокур

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Два Арарата, как два брата.

Печальны оба. День за днем

С утра до самого заката

Они стоят у входа в дом.

Печально мне. Седые братья,

Седые оба без вины,

Стоят и слушают проклятья

Чужой, жестокой стороны.

А Араратская долина,

Как вся Армения, как мать,

Что родила их и растила,

Не может двух сынов обнять.

Александр Винокур

http://zhurnal.lib.ru/w/winokur_a_b/

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

и еще, того же автора:

Армянская речь в Тель-Авиве.

...Ашдод, Аштарак, Ашкелон...

Восставшая ретроспектива

Срывает стоп-кран. Эшелон

Озвученных ассоциаций,

Связующий центры планет,

Стирает следы реставраций

И тормоза резкого след.

В расщелинах встречного дома,

Где прошлого ждать не привык,

Так странно услышать знакомый,

Такой непонятный язык.

Подброшенный времетрясеньем,

В осколках проснувшихся лет

Мозаику сопоставлений

Ищу, как счастливый билет.

***

Язык Армении - как эхо,

Как разговор далёких гор.

Язык Литвы прозрачен. Это

Прозрачность голубых озёр.

Они различны меж собою,

Но оба дороги. Во мне

Их беспокойство вековое,

Как привкус терпкости на дне.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
Язык Армении - как эхо,

Как разговор далёких гор.

Язык Литвы прозрачен. Это

Прозрачность голубых озёр.

Они различны меж собою,

Но оба дороги. Во мне

Их беспокойство вековое,

Как привкус терпкости на дне.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Аблертус, Кримсон, спасибо! :flower:

Давеча говорил с одним литовцем, напомнил ему, что они с поляками Москву жгли. Витас потупил глаза, улыбнулся и изрек: "Значит, надо было!" :D

Литовский - удивительный по звучности и насыщенности язык, я имел удовольствие его изучать на РГФ Латвийского Университета. Процентов 30 слов совпадают с почти родным мне латышским, так что это было не очень трудно. Но, что примечательно, намеревающиеся начать изучение санскрита берутся вначале за литовский, - как наиболее близкий к санскриту язык. Как жаль, что третий балтийский народ, пруссы, совершенно ассимилировались немцами и исчезли. Почти ничего не сохранилось - ни фольклора, ни письменных источников, ничего.

А Чюрленис - невероятный поэт, художник и музыкант, умевший рисовать музыку (Скрябин и Артюр Рембо делали, точнее, экспериментироали, в похожем ключе, но с меньшим, как мне представляется, успехом)? И еще - мне нравится Юргис Балтрушайтис, замечательный поэт и переводчик. Кто-нибудь помнит его переводы наших поэтов? :)

Изменено пользователем Viraboff

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Labvakar (labos vakaras), Viraboffs, ka tev iet? :)

Ludzu, tas ir Baltrushaitis:

ВААН ТЕКЭЯН

(1877-1945)

ПАДУЧИЕ ЗВЕЗДЫ

Мои глаза падучих звезд полны.

Я собирал их летними ночами,

Когда, скользя средь сонной тишины,

Они сверкали кроткими лучами.

Я их собрал в полночном летнем храме,

Пока они, в паденье с вышины,

Цвели еще над вольными холмами

И, взрыв любовь, не умерли, как сны.

Моя душа отсель всегда светла.

Мои глаза – ларцы с лучистым кладом.

И в день, когда мне слишком тяжела

Скорбь нищего и горестным разладом

Тревога мрака входит в жизнь мою, –

Из этих звезд я солнце создаю.

http://www.vekperevoda.com/1855/baltrush.htm

:flower:

Изменено пользователем Ablertus

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Мария Петровых

Армения

На свете лишь одна Армения,

Она у каждого - своя.

От робости, от неумения

Ее не воспевала я.

Но как же я себя обидела -

Я двадцать лет тебя не видела,

Моя далекая, желанная,

Моя земля обетованная!

Поверь, любовь моя подспудная,

Что ты - мой заповедный клад,

Любовь моя - немая, трудная,

Любое слово ей не в лад.

Со мною только дни осенние

И та далекая гора,

Что высится гербом Армении

В снегах литого серебра,

Та величавая двуглавая

Родная дальняя гора,

Что блещет вековечной славою,

Как мироздание стара.

И тайна острова севанского,

Где словно дань векам седым -

И своды храма христианского,

И жертвоприношений дым.

Орлы Звартноца в камень врублены,

Их оперенье - ржавый мох...

О край далекий, край возлюбленный,

Мой краткий сон, мой долгий вздох.

1966

_______

Мария Петровых - замечательная переводчица с армянского.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

АНГЕЛ АРМЕНИИ

Он мне явился в блеске алых риз

Над той страной, что всех несчастней стран.

Одним крылом он осенял Масис,

Другим — седой от горьких слез Сипан.

Под ним, как тучи, темен и тяжел,

Сбираясь по долинам голубым,

С испепеленных, разоренных сел

Струился молчаливый, душный дым.

Под ним на дне ущелий, в бездне гор,

В ненарушимой тишине полян,

Как сотканный из жемчугов ковер,

Сияли кости белые армян.

И где-то по тропиночке брели

Измученной, истерзанной толпой

Последние наследники земли

В тоске изнеможения слепой.

Выл гневен ангел. Взор его пылал,

Как молнии неудержимых гроз.

И словно пламень, замкнутый в опал,

Металось сердце в нем, алее роз.

И высоко в руках богатыря

Держал он радугу семи цветов.

Его чело светилось, как заря,

Уста струили водопады слов:

«Восстань, страна, из праха и руин!

Своих сынов рассеянных сомкни

В несокрушимый круг восторженных дружин!

Я возвещаю новой жизни дни.

Истлеет марево враждебных чар,

И цепи ржавые спадут, как сон.

Заветный Ван и синий Ахтамар

В тебе вернутся из былых времен.

Восстань, страна! Воскресни, Айастан!

Вот радугу я поднял над тобой.

Ты всех земных была несчастней стран,

Теперь счастливой осенись судьбой!»

Городецкий 1918

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Батраченко В.С. Арарат, ты - свидетель времён!

Отовсюду армяне глядят

На тебя, о, святой Арарат.

Снеговой сединой убелён,

Ты стоишь, как свидетель времён,

Где-то там, далеко-далеко

Ты пронзаешь ковёр облаков.

С виду ты неприступен, суров.

Почему ж тогда столько стихов

И баллад, и поэм о тебе?

Потому, что ты в каждой судьбе,

В каждом сердце ты - радость и боль…

Сколько длиться разлуке, доколь

Гордый, непокорённый народ

Без тебя? Верю, время придёт –

Всё вернётся назад, а пока

Снова скрыт ты в чужих облаках…

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Батраченко В.С. По всей Армении стоят хачкары

Удар стихии, зверства изуверов –

Ничто не может разобщить такой народ,

Любовь к земле его хранит и вера,

И каждый вместе со страной свой крест несёт.

Безропотно снося судьбы удары,

Как горцы гордые, не сломлены судьбой,

По всей Армении стоят хачкары* -

Кресты, украшенные каменной резьбой.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Расул Гамзатов

Я СМОТРЮ НА АРАРАТ

Как армянин, я Арарат люблю,

Как армянин, с ним вместе я скорблю.

Туман его, дыхание его

Сгущаются у сердца моего.

И мнится мне, не луч зари горит,

А кровь армян снега его багрит.

И кажется, не дождь сечет туман,

А льются слезы горькие армян…

Потоки слез текли века подряд –

Ты их вобрал, безмолвный Арарат…

И сам мечтал столетья напролет

Увидеть близко свет севанских вод…

О, как же прочен снег извечный твой,

Коль он не тает от тоски людской!

Смотрю я на далекий Арарат,

Любовью и волнением объят!

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Твоих имен я повторяю звуки (Темур Варки. Таджикистан - Москва)

Твоих имен я повторяю звуки,

Как тот бамбук. Над трубочкой пустой

Взлетает дрожь мелодии простой

Касаньем легким истины и духа.

Так льется грусть армянского дудука:

Над устьем тута бархатный настой

В горах парит божественный, густой,

Непостижимый для людского слуха!

По ком же так тоскует сильный тут?

По бабочкам, что в коконах растут?

Прожорливые черви шелкопряда.

Неравный быстротечен их союз.

Вернутся ли в период листопада? -

Еще вчера давил сомнений груз.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Лара Фелисион (Москва)

Армении

Я не знала твоих камней,

И не видела твоего неба.

Родиной ты не стала моей,

Я не вскормлена твоим хлебом

Но, как – будто из толщи лет,

Слышу стук сердец моих предков.

Я, Армения, твой поэт,

Твоего абрикоса ветка.

И откуда такая тоска

По тебе и сама не знаю…

Сколько лет уже у виска

Серебрится прядка седая…

Только ты все зовешь меня

Из души проникая в строки…

Жжешь тоскою больнее огня

За потерянные истоки

И живет, во мне тлеет грусть

О родном и далеком корне…

От дудука пастели чувств

Пред тобою в земном поклоне

Изменено пользователем samayanejnaya

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти
Авторизация  

×